Внутри меня зверь… - Татьяна Беляева

ещё раз поздравить Старосту с будущим прибавлением в семействе и выходили. Причём, готов поспорить, у всех замов читалось явное облегчение на лице, что решение принимать не им. Оно и понятно, ответственность за жизнь людей — это тяжёлая ноша.

Мы сидели за столом и поглядывали друг на друга. Младший сынок мэра недавно принёс в комнату горящие восковые свечи, но светлых мыслей у нас от этого не прибавилось. В этот раз первым разговор начал мэр:

— Ну что, хлопчики, попали мы с вами, как кур в ощип. Чтобы мы сейчас с вами не решили, всё равно будут недовольные, а потом и жертвы. Но решать надо и делать это придётся прямо сейчас.

А в общем и целом, я согласен с тем, что уже было говорено, уходить нельзя. Я за войну, будь она неладна! Единственное, что добавлю от себя, очень бы не хотелось допускать врага в наш город. Не особо я разбираюсь во всех этих тактиках и стратегиях, так что думайте сами, как будет лучше, охотники. От меня любая помощь.

Да, не особо порадовала речь мэра. Я, лично, надеялся на какие-то идеи и предложения с его стороны. Староста похоже тоже на это рассчитывал. Мы переглянулись и Староста, со вздохом, начал говорить:

— Тоже согласен. И с тем, что решать придётся нам, и с тем, что делать это лучше сейчас. Добавлю только одно, не знаю как ты, мэр, а я своим ребятам в артели всё расскажу. Думаю, что они всё поймут. Но без общего решения артели я ничего делать не стану!

Мэр на секунду задумался и кивнул головой. Предложив через пару дней провести общее собрание, где всё и будет рассказано. Ну а затем, по установленным правилам, общее голосование.

И как я не пытался этого избежать, но итоговое слово осталось за мной:

— Знаете уважаемые, слушаю я вас и сердце радуется. Воевать нельзя уходить. Запятые, как говориться, расставите сами. Нам для начала надо определиться, что мы вообще сможем противопоставить нашим противникам. А то, как бы не пришлось нам бежать из нашего города, да ещё в спешке и с кучей раненных!

Я ещё не думал о конкретных действиях, но кое-что предложить могу сразу. И начну с довольно неожиданной стороны. Армейцы, в первую очередь, придут не к нам. Так что, Староста, отправь ещё одного Зайца в общины возле мертвого города. И, я так предполагаю, перед соседями встанет такой же вопрос — драться или уходить. И если они решат сопротивляться…

Да, Староста, правильно качаешь головой, ничего хорошего у них не выйдет. А вот теперь подумайте, что они решать делать, когда у них станет совсем жарко?

Так что я уже завтра отправлю Быков и Кабанов расчищать старую дорогу от их посёлков к нашему городу. А тебе мэр надо сразу присматривать места, где эти переселенцы будут размещаться. Я думаю, старые деревни для этого вполне подойдут, особенно те, которые за дальними лесопилками были.

А вот насчёт военных… Тут вопрос очень сложный. И оружия у них много, и технику сохранить умудрились. Так что на открытой местности мы им ничего противопоставить не сможем, а в лес они сами не полезут. Там у нас все преимущества.

Знаете, я тут несколько дней по окрестностям бродил и приметил очень хорошее место. Вспоминайте прежние времена. Посёлок городского типа, рядом с химическим комбинатом. Дома там более-менее целые, но главное не в этом. Во-первых, именно через этот посёлок они и будут идти к нам, другого пути нет. И дорога там, в одном месте проходит мимо пруда, да и низины там заболочены сильно. Так что шикарную засаду организовать можно. Но об этом нужно будет думать, когда решим главный вопрос, будем ли мы уходить или всё-таки останемся, — завершил я.

Вот на этом наше совещание и закончилось. Мы, конечно, посидели ещё немного, но это скорее для порядка. На самом деле каждый уже думал о своём, поэтому общий разговор и не клеился.

Спустя минут десять мы разошлись. И я отправился домой, в слободу, напомнив Старосте о необходимости отправки дополнительного связного в соседнюю общину. Уже подходя к дому, я принял, для себя, окончательное решение. Со своими ребятами я решил поговорить заранее, ещё до общего собрания. Как бы то ни было, но в предстоящей войне их убивать будут в первую очередь.

Своих учеников я собрал в актовом зале вечером, накануне городского собрания. Причём всех, я даже договорился со Старостой, что моих в этот день не будут отправлять в патрули и на вечерние работы. Михайлович, конечно, посмурнел, но моё пожелание удовлетворил.

Отдельно я попросил ребят не брать с собой на собрание родственников, отдельно предупредив, что обсуждать будем вопросы, которые касаются, в первую очередь, только нас. За десять минут до назначенного времени, когда я вошёл в зал, на месте были все, и в помещении царила практически полная тишина.

Откашлявшись, я начал. Сначала рассказал всё, что знал о наших новых воинственных соседях. Особо акцентировал, в первую очередь, на их техническую подготовленность и вооружение. Отдельно поведал о царящих у них правилах и традициях, причём без комментариев, говорил только факты. Завершил свою речь пояснением, какой вопрос будет решаться на завтрашнем городском совете.

Сделав небольшую паузу, я попросил говорить тех, кто готов высказать своё мнение. Обосновав это тем, что нашей слободе пришла пора становиться самостоятельной частью города. И, в идеале, завтра высказать какое-то единое мнение. В зале началось перешёптывание и первым слово взял Бык, негласный глава травоядных. Он попросил перерыв на полчаса, чтобы хорошенько всё обсудить. Я согласился, зачем мне торопить ребят тем более, что они сейчас будут принимать первое в своей жизни важное решение. От которого и будет, в буквальном смысле этого слова, зависеть их дальнейшая жизнь. Или смерть, тут уже как повезёт.

Так что я, без каких-либо сомнений, объявил перерыв и отправился на кухню, добыть себе, что-нибудь перекусить. Есть у меня такая особенность, когда начинаю нервничать, аппетит просыпается просто зверский. Именно там, возле печки, во время поедания третьего бутерброда с олениной, меня и