Джон Норман - Капитан

— Это впечатляет, — усмехнулся человек в маске. — Отличные рекомендации.

— Да, ваша светлость! — воскликнул Авзоний.

— В основном.

— Что, ваша светлость? — переспросил Туво Авзоний.

— Вопрос состоит в семейном положении, — продолжал человек в маске. — Вы же знаете мнение имперских властей по этому вопросу. Вам известно, что сама мать-императрица озабочена этим?

— О, конечно! — с облегчением воскликнул Туво Авзоний. — Разумеется! Я уже давно веду поиски супруги! Брак уже был назначен с достойным потомком патрицианского рода, с приемлемой планеты Тереннии, с потомком рода, равного моему, Трибонием Аврезием!

Человек в маске поднял глаза от бумаг.

— Конечно, это женщина, — уточнил Туво Авзоний. — «Одинаковые» часто дают девочкам мужские или нейтральные имена, чтобы помочь им подавить свою психологию и вести себя так, как подобает «одинаковым».

— Но вы не женаты, — заметил человек в черном.

— Увы, нет, — подтвердил Туво Авзоний. — Вероятно, вы слышали о случае с «Аларией»?

— Да.

— Она пропала, — продолжал Туво Авзоний.

— Пропало уже несколько кораблей.

— Конечно, причиной стала поломка корабля или метеоритный поток, — объяснил Туво Авзоний.

— Несомненно, — подтвердил человек в маске.

— Моя невеста находилась на борту «Аларии», — дрогнувшим голосом сказал Туво Авзоний.

— Почему же вы не стали искать себе другую невесту?

— Я растерялся, мое сердце было разбито, — проникновенно объяснял Туво Авзоний. — Вы же понимаете…

— Думаю, да, — кивнул человек в маске.

— Но теперь, по прошествии времени, — продолжал Туво Авзоний, — я готов вновь искать себе невесту. Неужели комиссия может предложить мне кандидатуру? Я готов жениться, кем бы она ни была. Я — верный гражданин.

— Ваше гражданское рвение достойно похвалы, — произнес человек в маске. — Но неужели вы думаете, что ваше дело связано с комиссией по бракам?

— А разве нет? — насторожился Туво Авзоний.

— В Империи не практикуется принуждение, — заметил его собеседник. — Как вам известно, в Империи в таких вопросах человек волен решать сам.

— Разумеется, — кивнул Туво Авзоний.

— Очень мало кто из граждан вызывается на комиссию, — добавил человек в маске, — и то лишь в тех случаях, когда на это имеются веские причины. Вы сделали гораздо больше, чем ожидает комиссия — вы заключили помолвку. Вас реабилитируют незамедлительно и без вопросов. Империя приносит вам соболезнования по поводу утраты и уважает ваши чувства.

— Значит, дело не связано с комиссией по бракам? — осторожно спросил Туво Авзоний.

— Разумеется, нет. Как вы думаете, почему вас вызвали на эту планету?

— Не знаю.

— Империя уже давно следит за вами. Ваши рекомендации признаны выдающимися, — пронес человек в маске. Вы приглашены сюда, чтобы вас могли почтить за преданность Империи, вознаградить и даровать повышение.

— Ваша светлость!

— Но при изучении ваших документов, необходимых для представления к награде, обнаружился ряд небольших, но серьезных расхождений.

— Это невозможно.

— Существуют специальные, не обнародованные формулы для выявления таких расхождений.

— Я веду документацию с максимальной точностью, — возразил Туво Авзоний.

— Вероятно, ошибки были следствием невнимательности? — спросил человек в маске.

— Может быть, но мне трудно поверить в это.

— Исследовательская комиссия тоже не могла поверить своим глазам. Ошибки были такими грубыми, повторялись с такой частотой, что их ни в коем случае нельзя было оправдать невнимательностью. Они неопровержимо продемонстрировали комиссии наличие огромной, бессовестной растраты.

— Не понимаю, — произнес Туво Авзоний. Он вдруг очень ясно осознал, что его запястья стягивают крепкие наручники, а колени трутся о цементный пол.

— Может быть, у вас есть враги? — предположил человек в маске.

— Но зачем, с какой целью это было сделано? — вскричал Туво Авзоний.

— Из-за ваших рекомендаций и уважения к знатности рода я приостановил процесс.

— Я невиновен! — настаивал Туво Авзоний.

— Прежде, чем была обнаружена растрата, я даже хотел из уважения к вашим рекомендациям дать вам место в самом дворце, вероятно, на девятом уровне, место особого, или тайного агента, которому доверяют секретные поручения…

— Я сделаю все, что угодно! — закричал Туво Авзоний.

— Я хотел даже вернуть вам все записи, которые подтверждают это… гм… недоразумение, чтобы вы могли их уничтожить или проверить — как вам угодно.

— Ваша светлость!

— Действительно, было бы вопиющей несправедливостью отправить невиновного на рудники, сроком на пятьдесят лет, на тяжелые работы.

— Я невиновен!

— Я верю вам, — успокоил его человек в маске.

— Благодарю, ваша светлость!

— Но есть еще одна, гораздо более серьезная причина, — с сожалением произнес человек в маске.

— Что такое, ваша светлость? — со страхом спросил Туво Авзоний.

— Именно поэтому вас раздели, поставили на колени и заковали в цепи.

— Не понимаю…

— Комиссар! — позвал человек в маске, и офицер вернулся в комнату. — Вы, Туво Авзоний с планеты Митон, обвиняетесь в попытке насилия над свободной женщиной, некой Сеселлой Гарденер, с планеты Митон, и совершении над истицей, свободной женщиной Сеселлой Гарденер действий, уместных только с животными или рабынями.

— Нет! Нет! — закричал Туво Авзоний.

— Приведите свидетельницу, — приказал человек в маске.

На пороге появилась Сеселла Гарденер — злая, пылающая праведным негодованием, в сопровождении двух полицейских.

Она была одета в серое, мешковатое отвратительное одеяние «одинаковых», сапожки и длинный плащ с высоким воротом. Ее волосы скрывала тяжелая и темная материя покрывала.

Плащ был запахнут, горло спрятано под высоким воротом. Туво Авзоний, стоящий на коленях на цементном полу, смотрел на нее с отчаянием и страхом, к которому примешивалось разочарование.

Туво Авзоний с сожалением думал, что две недели назад эта удивительная красавица была совсем другой.

Однако он замечал даже теперь слабые признаки женственности — такие соблазнительные округлости под серым бесформенным одеянием фигуры, стоящей справа от кресла человека в маске. Теперь Туво Авзоний лучше разбирался в женской красоте.

— Это он? — спросил человек в маске.

— Он! — яростно воскликнула Сеселла Гарденер, указывая на коленопреклоненного Туво Авзония.

— Нет! — ответил он.