Призыватель нулевого ранга. Том 4 - Дмитрий Валерьевич Дубов

всецело преклоняюсь перед императором за его позицию по порталам, человеческим жизням и прочим моментам, — ответил я. — Более того, она настолько мне близка, что никогда, даже в мыслях, я не хотел бы подвести нашего государя.

— И это правильный ответ, — усмехнулся седой секретарь. — Я тоже вижу в тебе потенциал. Ты можешь многого добиться. Пойдём, я тебя провожу, машина уже пришла.

Интересно, он слово в слово повторил то, что мне до этого сказал император. Можно было бы этим гордиться. Но вместо этого, я принялся анализировать, что именно послужило такому мнению обо мне. То есть я при первой же встрече производил впечатление пробивного юноши?

Дело в том, что это было не очень хорошо. В столице нельзя было показывать свою сущность каждому встречному и поперечному. Стоило больше прикидываться. Понятное дело, что сразу не получится, и будет очевидно, что я приехал из провинции. Но в то же время меня не должно быть видно так хорошо, как раскрытую книгу.

За этими мыслями я даже не заметил, как мы дошли до выхода. Недалеко от крыльца была сооружена беседка, в которой обслуживающий персонал дымил время от времени. Там я увидел Генриха, который довольно дружественно махнул мне рукой.

Я решил, что пусть я и прибыл с периферии, но зато у меня возможность скачка вверх гораздо выше, нежели у многих, живущих тут. Вообще не знаю, каким бы я был, если бы родился и вырос в этом городе.

Машина была совершенно такая же, как та, на которой меня привезли сюда. Только номер немного отличался на пару цифр. Да уж, интересно.

А затем мы поехали обратно через территорию дворца, через сады, через КПП. И помчали куда-то по оживлённому шоссе. Без сопровождения, насколько я мог судить, но под работающей мигалкой. Это я понял, когда увидел, что мы объезжаем пробку, скопившуюся на оживлённом перекрёстке.

Светило солнышко, лето уже начало входить в свои права, вокруг была зелень и современные высокие строения. Причём, солнечный свет специально доставляли в районы наиболее плотной застройки зеркалами и рассеивали для того, чтобы там было комфортно находиться.

Меня, порой, поражали простые и очень действенные решения, которые находили архитекторы и градостроители. Например, иногда дворы находились на крышах зданий, или были подвешены между несколькими зданиями прямо над дорогой. Причём, всё это было красиво, безопасно и притягивало взгляд.

Ещё одним отличием с Кандом было огромное количество общественного транспорта. Кроме метро в трубах, ходили небольшие вагончики по выделенным полосам, поэтому двигались стремительно, не попадая в пробки. Ещё одна система транспорта находилась под землёй, но она считалась более опасной из-за появляющихся иногда там монстров.

Но и безопасность в столице была на высоте. Я видел проходящих по тротуарам школьников второго-третьего класса, с ранцами и без присмотра родителей. И ничего, никого это не смущало.

Одним словом, различий по сравнению с Кандом хватало. Но с другой стороны, было что-то общее. Какая-то незримая атмосфера, которая объединяла эти города, да и всю империю. Нечто такое — родное, что чувствовал даже я, хотя принадлежал этому миру лишь частично.

«Всё-таки пет? — поинтересовался у меня Йонир, но без явной обиды, скорее, с иронией, но я знал, что это его всегда задевало, так как он считал себя личностью и независимым существом. — Нет, я понимаю, что перед императором не стоило выпячиваться, но всё-таки?»

Пока я подбирал слова, чтобы мой ответ был максимально ёмким и необидным для демона, вмешался Роб.

«Прошу прощения, что вмешиваюсь, но полагаю, что Гардар сделал всё осмысленно и правильно, — проговорило существо, живущее теперь в моей броне, по сути ею и являющееся. — Дело в том, что по сути — пет по законам этой страны неподсуден. Тебя не имеют права схватить и убить, а Гардара не имеют права задерживать за тебя и требовать отдать. А вот статус просто демона, который живёт в кольце призыва, достаточно сомнительный. Тут может случиться накладка».

«Да понял я, понял, — ответил на это Йонир, но весьма уязвлённо. — Просто хочу узнать отношение самого Побеждающего».

«Йонир, — сказал я ему, продумав своё обращение. — Дело в том, что моя цель на данный момент — найти способ, как тебя обезопасить от тех самых людей, которые жаждут твоей крови. Как только я смогу это сделать, сразу же отпущу тебя. В конце концов, теперь я знаю, что у меня ранг просто неопределённый. Я смогу призвать себе пета».

И вот в этот момент произошло довольно неожиданное событие.

«То есть я тебя даже в качестве пета не устраиваю? — спросил Йонир. — Поэтому ты хочешь завести другого?»

Я готов был пробить себе ладонью лицо. Это же насколько неправильно можно было понять мои мысли, чтобы такое спросить?

«Но ты же только что сам сказал, что ты не пет, — ответил я. — Более того, я тебя таковым никогда и не воспринимал. Но, если ты захочешь уйти, я этому препятствовать не буду, вот и всё. Однако, допущу это только тогда, когда буду знать, что ты в безопасности».

«А к чему тогда эти слова про другого пета? — продолжал допытываться демон. — Чтобы дать мне понять, что без меня ты ничего особо не потеряешь?»

Ах, вот оно что! У демона появился кризис собственной значимости. Что ж, понимаю, с этим нужно работать. Просто раньше я о таком даже предположить не мог.

«Послушай, — сказал я. — Если тебя не станет, я не потеряю пета, вот что я хотел сказать. Я потеряю — товарища и соратника, с которым прошёл множество боёв и закалился, как уничтожитель монстров. А пета добыть, полагаю, для меня нынешнего — действительно будет не проблема».

И я реально об этом задумался. Причём, только благодаря этому разговору. Без него я бы вообще не думал пока об этом. Возможно, я смогу призвать кого-то особенного? Просто пока Йонир со мной, зачем мне это? Но, если он захочет уйти, найти себе какую-нибудь демоницу, женится на ней, завести детей и так далее?

Я едва сдержал смех, когда представил себе множество маленьких, бегающих по пещере какого-нибудь данжа демонят. А жена, значит, еду готовит прямо на огнемётах. Ещё чуть-чуть и моё видение грозило скатиться в такой фарс, что я бы не смог сдерживаться и заржал бы, словно конь.

«Кажется, ты думаешь что-то обидное, — проговорил Йонир, но с явным сомнением. — По крайней мере ты хочешь надо