Испытание светом и тьмой - Глеб Леонидович Кащеев

ожидания. Она избавила нас от потребности в подпитке эмоциями, подарила возможность любить, а теперь еще и исцелила каннибалов.

– Хотите сказать, что все наши проблемы разом решились? – растерянно спросил представитель Кубани.

– Нет. Конечно нет. Каннибалы появятся снова, когда кому-нибудь из эмеров захочется более ярких ощущений. Или когда снова начнут романтизировать черных и решат им уподобиться. Дикие по-прежнему не знают меры, они слишком подсели на опьянение от эмоций. Цифровая экономика продолжает сокращать наше жизненное пространство – эта проблема тоже никуда не исчезла. Нам просто устроили перезагрузку. Дали возможность начать все с начала. И еще мы впервые способны любить. Возможно, от этого все изменится, – с улыбкой сказала Жанна. – Но самую интересную новость я оставила на десерт. Только сначала одна формальность. Нужно выбрать нового председателя. Я по старой памяти предлагаю свою кандидатуру. Есть кто-нибудь против?

* * *

Через два дня Дениса переводили из реанимации в палату. Это означало, что Кате разрешат его навестить. Она сидела внизу у пропускного пункта и ждала, когда позвонят на охрану и внесут Дениса в списки тех, к кому можно пустить посетителей.

На плоском телевизоре на противоположной от Кати стене шел выпуск новостей. Она не следила за ужасами, которые происходят в мире, но неожиданно услышала знакомую фамилию и встрепенулась.

Симпатичная дикторша за кадром читала текст, а на экране шла пресс-конференция Макеева.

– С известного бизнесмена сняты все обвинения. Кроме того, суд встал на его сторону по вопросу управления компанией «ЭМРОН». Основатель соцсети триумфально возвращается в директорское кресло. Господин Макеев заявил, что проект претерпит глубокие изменения и пользователям стоит ожидать революционных нововведений.

Катю окликнул охранник.

– Все в порядке. Позвонили. Проходите!

Сама не зная почему, она спешила, как будто могла опоздать. Пулей пробежала по коридору и вихрем ворвалась в палату.

Дверь со стуком распахнулась. Денис вздрогнул и настороженно посмотрел на Катю, ища в ее глазах тьму. Повисла неловкая пауза. Катя молчала, не зная, с чего начать, а Денису пока никто не рассказал, что происходило после того, как его ранили. Для него Катя, наверное, все еще была королевой каннибалов.

Она поняла, что если они снова угодят в паутину неуклюжих слов, то никогда уже не распутают завязавшиеся узлы. Она поддалась импульсивному решению: подбежала к Денису, обняла его и поцеловала.

Парень тихо ойкнул – рана после операции еще болела, но спустя мгновение ответил на ее поцелуй.

Неловкость и смущение испарились. Как будто нажалась кнопка перезагрузки, и их отношения начались заново. Кате показалось, что это идеальный момент, чтобы отбросить все, что тяжким грузом лежало на душе.

– Привет, – сказала она с улыбкой, – я Катя. И я тебя люблю.

Денис нахмурился, но тут же уловил суть игры и несмело улыбнулся.

– Привет. Я Денис. И ты научила меня любить, так что теперь я тоже люблю тебя.

– А ты хорошо научился? – Она прищурилась и залилась смехом.

– Не проверишь – не узнаешь, – ухмыльнулся он так же, как в ту ночь на мосту.

Они проболтали часа два, не меньше. И о том, что произошло на площади, и о милом и приятном «ни о чем», когда говоришь только то, от чего у любимого человека на губах играет улыбка, и тебе тоже становится тепло и приятно.

Единственное, чего оба старательно избегали в разговоре, – это вопроса о том, что же им делать дальше. Где и как жить, нужно ли продолжать скрываться и если да, то где и от кого. У них не было ответов, да и тема эта пока отзывалась болью.

Сейчас они оба чувствовали себя настоящими. Такими же, как при первой встрече. Когда любовь раскрашивает мир в самые яркие оттенки.

Неожиданно в палату постучали. Дверь распахнулась и впустила внутрь Алису с огромным букетом белых лилий. Следом за ней протиснулся Алексей.

– Слышала, что тебя выписывать хотят. Боялась опоздать, – улыбнулась Алиса и осмотрелась в поисках вазы.

– Цветы-то зачем? Я ж не девушка, – улыбнулся Денис.

– Дурацкие предрассудки. Цветы приятны всем, только не все имеют смелость в этом признаться. Тем более Катя у тебя здесь, наверное, поселится. Считай, что это для нее.

Так и не придумав, во что поставить букет, Алиса положила его на тумбочку.

– Я должен вас обоих поблагодарить… – начал было Денис, но Алиса отмахнулась.

– Успеется. Хочу извиниться за наглость, но я еще кое-кого привела. Пока ты тут лежал, многое изменилось. Не пугайтесь и не ругайтесь сразу… В общем, вот…

Она подошла к двери, сделала кому-то знак рукой, и в палату вошла Жанна.

Катя сразу подобралась и насторожилась.

– Ну здравствуйте, дорогие мои, – с натянутой улыбкой проговорила мать Алисы. – Не бойтесь, я пришла с миром.

– Хотелось бы верить, – тихо сказала Катя.

– Я лично ручаюсь, что ее стоит выслушать, – сказала Алиса. – Если бы это могло вам повредить, я бы ее не позвала.

– Спасибо, – Жанна кивнула дочери и посмотрела на Катю.

– Признаюсь, у меня были сложные отношения с твоим отцом. И наше с тобой знакомство началось не лучшим образом. Катя, я хочу исправиться. Но обойдемся без лишних слов. Я предлагаю вам войти в семью. Вам обоим.

– Что это значит? – напряженно спросил Денис.

– Это значит, что Катя, как полноправная наследница своей бабушки, имеет право на все, что принадлежит нашему клану. У вас будет свой дом. Будет доля в доходах семьи – поверьте, весьма немаленьких доходах.

– Вы предлагаете мне очередную клетку? Только теперь золоченую? – поморщилась Катя.

– Боже упаси. Никто вас не держит. Хотите путешествовать – пожалуйста. Хотите жить отдельно – ваше право. Место в клане – это защита и помощь, а не обязанность. Это значит, что вас больше никто не тронет, потому что у вас есть те, кто встанет за вас горой. С нашей семьей мало кто рискнет ссориться. Это значит, что вы не будете нуждаться. Кроме того, я хотела бы предложить и Кате, и тебе, Денис, пройти обучение в школе эмеров. Вы оба были этого лишены. Нисколько не умаляю ваших способностей, но неплохо бы причесать и структурировать ваши знания. Кто знает, на что вы тогда будете способны. А если вы когда-нибудь решите проявить ответную любезность и помочь клану в его делах – исключительно добровольно, конечно, – я буду только рада.

– Помочь в делах? – прищурилась Катя.

Денис взволнованно подобрался и постарался сесть, насколько ему позволяла боль в груди.

– Исключительно по желанию… – заговорила Жанна, но Катя ее перебила.

– Я согласна! Мы согласны! – Она бросила взгляд на удивленного Дениса.

Алиса прищурилась. Она слишком хорошо знала