Выбирай своих врагов - Сэнди Митчелл

сказать было нечего и, обменявшись парой уместных любезностей, мы с Эмберли оставили Веккмана ещё более озадаченным, чем ранее.

Портен встретил нас с таким же недоумением, усиленным очевидной нехваткой сна, от которой его не спасали ни рекаф, ни стимм.

— Ни разу в жизни не видел таких штук. — Проговорил он, вертя в пальцах камень души, что Эмберли протянула ему, как будто взглянув с правильного угла, генерал мог что–то понять. — Симпатичная вещица. Наверное, стоит достать такую для жены. — Он зевнул, едва не вывернув челюсть, а его роскошные усы стали похожи на грязевую крысу, бегущую в родную нору. — Если, конечно, она ещё не забыла, как я выгляжу. — Он моргнул, словно выходя из спячки, и вернул светящийся камешек Эмберли. — А теперь, прошу прощения, мне нужно дать несколько инструктажей. Или выслушать? То одно, то другое…

— Поспите немного. — Посоветовал я. — Ради блага Императора, мы должны оставаться в лучшей форме. — Конечно, от меня ожидали таких слов, но от этого они не становились менее верными. Портен недурно справлялся с обороной планеты — или, по крайней мере, этой её части — и его гибель стала бы серьёзным ударом по всем СПО Железоплавильни. Враги, вторгшиеся из подулья так и не прорвались через ворота, а их соратники из космоса лишь пару раз высаживались в верхнем улье, но их всякий раз отбрасывали назад. Само собой, у Портена должны быть достаточно толковые подчинённые, но генерал обладал редкой, присущей лишь исключительным полководцам способностью держать в голове, как общую картину происходящего, так и мелкие подробности. Живан так умел, Махарий так умел (если верить моим наставникам из Схолы Прогениум), но вообще–то таких людей мало, и они на вес золота[148].

— Наверное, вы правы. — Согласился Портен, явно подразумевая, что он будет игнорировать этот совет, пока не станет слишком поздно, или пока ребята из медики не прикажут ему прислушаться к моим словам.

Эмберли, однако, не собиралась отступать.

— Тогда почему ваши солдаты собирают их с поля боя? — Резковато спросила она. — Те, с кем мы говорили, были твёрдо убеждены, что получили такой приказ сверху.

— Но не от меня. — Ответил Портен, явно слишком утомлённый, чтобы подумать о том, что говорить в таком тоне с инквизитором не очень мудро. Он снова зевнул. — Я пошлю кого–нибудь из своих штабных, чтобы разобраться, откуда этот приказ.

— Это было бы очень кстати. — Сказала Эмберли, соскальзывая со стола, на котором сидела во время разговора — кабинет Портена был невелик, особенно с учётом маячивших у дверей Пелтона и Юргена, так что свободное пространство было в цене. — Мы будем на связи.

— Буду ждать с нетерпением. — Ответил Портен, явно пустив в голос больше сарказма, чем хотел. — Удачи в поисках.

Эмберли улыбнулась той улыбкой, которой я привык опасаться.

— Удача нужна не мне. — Спокойно сказала она. — А тем, кого я ищу.

Тем не менее, когда мы ехали на виллу у вершины шпиля, что Эмберли сняла, вскоре после прибытия на Железоплавльню, и которая оказалась столь же роскошной, сколь я и ожидал, зная её фальшивую личность, настроение у нас было подавленное.

— Кто–то из них врёт. — Сказала Земельда, растянувшись на диване и отправляя себе в рот паловинские пирожные здоровой рукой. Вторая её рука уже была перевязана и обездвижена настоящими медиками, но расправы над пирожными это не замедляло.

— Кто–то всегда врёт. — Ответил Пелтон, который, учитывая его прошлую и нынешнюю службу, явно в этом разбирался. — Вопрос только в том, кто. Веккман или Портен?

— Может быть, ни тот, ни другой. — Сказал я, поворачиваясь на знакомый запах и благодарно принимая чашку исходящей паром танны от своего помощника. — Тот, кто подослал ко мне убийцу, имел доступ в губернаторский дворец. Этот же «кто–то» вполне может иметь своих людей и в СПО. Наверное, там стоит узнать у Дефроя, как продвигается его расследование.

— Хорошая мысль. — Задумчиво кивнула Эмберли. — Мельком, поторопи их. Постарайся никого не стращать больше, чем надо.

— Так точно. — Пелтон кивнул и, поправил куртку так, чтобы кобуру с болт-пистолетам было лучше видно. — Перекинусь и парой слов с Клэрис, раз буду рядом. Местные ищейки тоже могли что–нибудь накопать, даже если сами не поняли, что.

— Развлекайся. — Янбель проводил отставного арбитра взглядом и снова сосредоточился на камне души, что сжимал в механодендрите. Последние полчаса он с видимым удовольствием тыкал в него разными инструментами, что жужжали, гудели и пищали — насколько техножрец вообще может испытывать нечто столь человеческое, как удовольствие[149]. Время от времени он пристально вглядывался в камень, хотя, что он там ожидал увидеть, для меня оставалось загадкой[150]. Наконец, техножрец бросил камень к остальному барахлу, что Мотт собрал с тел падальщиков. — Ничего не могу по нему определить, извини. Как и по любому из них. Но если это поможет, то могу сказать, что у еретехов-контрабандистов были точно такие же.

— Еретехи-контрабандисты? — Я был заинтригован. Я понимал, что к порталу в Паутину Эмберли привело какое–то расследование, но пока что они не говорили о нём, а я не спрашивал, разумно считая, что она сама бы всё мне рассказала, если бы хотела. Кроме того, мы всё время были немного заняты — нас пытались убить то эльдары, то демоны, то еретики.

Земельда кивнула, разбросав вокруг несколько крошек.

— Мелкие воришки, продававшие игрушки та’у мягкотелым. — Пренебрежительно объяснила она, из чего я понял, что Эмберли накрыла относительно незначительную банду[151], поставлявшую ксенопобрякушки, местной аристократии, что всегда ставила новизну превыше здравого смысла и сохранения своих душ.

— С которыми мы легко справились. — Сказала Эмберли. — Настоящим сюрпризом тогда оказался камень души, что мы нашли среди имперских артефактов, подготовленных к отправке.

Я почувствовал, как недоумённо хмурюсь.

— Но зачем та’у нужен эльдарский камень души?

Эмберли пожала плечами.

— А почему нет? Он собирают все, что угодно у других рас. Даже у орков, с которых и взять–то нечего.

— Они могли и не знать, что это такое. — Напомнил инквизитору Янбель. — Контрабандисты не знали.

— Верно. — Согласилась Эмберли. — Контрабандисты не знали, что это не значит, что их покупатели тоже.

— А этими покупателями были..? — Спросил я, выказывая интерес. Может,