Главное выжить - Елена Николаевна Маруфенина

–Только что. – Махнула рукой Валя, – пришла, поела и ушла, ни с кем не разговаривает. Смотрит в одну точку. Малахольная.

–Если тебе эта малахольная, что-нибудь скажет, послушайся её. Поверь мне, послушайся. – Налив себе кофе, я пошла в библиотеку.

Подойдя к лестнице, услышала, что меня окликнули. Обернулась, ко мне спешил Николай Фёдорович.

–Алёна Сергеевна, здравствуйте, примите мои соболезнования. Мне поговорить с вами надо.

–Пройдёмте в библиотеку, там удобней. Вам может чаю захватить?– Поинтересовалась я.

–Можно, я с утра ещё не ел.

– Понятно. Поднимайтесь наверх, я сейчас. – Подойдя назад к раздаче, поставила на поднос борщ, макароны с котлетой и компот. Рядом со всей этой композицией примостила свой кофе и пошла назад в библиотеку.

–Ну, что вы. Зачем так себя утруждать, мне бы и чаю хватило. Завтрак сытный был. Маша нас, как на убой кормит. – Говорил Николай Фёдорович, уплетая борщ. – Вкусно! Ребята откуда-то со станицы кроликов привезли, десять самок и двух самцов, истощённые. Не беда, откормим и будем с диетическим мясом.

–Молодцы, ваши тоже на мародёрку ездят? – Удивилась я.

–Это так называется? Да, вы нам рабочих подкинули, можно уделить время и для благоустройства. Мальчишки уговорили. Я не соглашался. Наверное, зря. – Мужчина улыбнулся.

–Хорошо, что согласились, скажите своим ребятам, пусть берут всё подряд. Сейчас не надо, а потом негде будет взять. Заводы теперь когда заработают?

–Вот это-то меня и натолкнуло на идею, – поднял указательный палец Николай Фёдорович. – С этим я к вам сегодня и приехал, а мне сказали, что вы больны. Зашёл в столовую перекусить, смотрю, вы идёте. Обрадовался.

–Да, у меня после пережитого был нервный сон или, как его назвать. В общем, неважно. Я вас слушаю.

–Надо поехать по совхозам, не все же умерли, кто-то и жив остался. Элеваторы стоят полные посевным материалом. Поля под засев обычно с осени готовят. Значит, многие приготовили. Весна идёт, сеять пора. Деревня город всю жизнь кормила, а они её за это презирали. Парадокс. Городу кушать опять захочется, а брать где будут? – С восторгом говорил зоотехник. – Там и скот остался, куда они его? В общем, надо ехать. – Закончил он свою речь.

–Я об этом не думала. А мы потянем всё это? – Я сидела и смотрела на мужчину широко раскрытыми глазами. Он сейчас предлагал создать республику. И главой этой республики, пока, буду я. Надеюсь, пока. А если не мы, то кто?

–Если не мы, то кто? – Прочёл мои мысли Николай Фёдорович. – Я не помню, кто сказал, но сказал сильно. « Жизнь это не поиск себя, жизнь это вообще, не поиск, жизнь это созидание.» Вот и давайте созидать.

–А давайте, – махнула я рукой, – может и таких уродов, как эти сектанты не будет на земле. Влад придёт, я с ним о сроках поговорю. Без военной поддержки мы теперь никуда. Лучше перестраховаться.

–Ну, и чудненько, и поел, и задачу решил. Чудесный день. Посуду только сами отнесёте, мне никак, – поднял он руку, показывая костыль.

–Конечно, – улыбнулась я, – кто принёс, тот и уносит. – Пойдёмте ещё чаю выпьем. Я видела там пирожки. Только с чем не знаю.

В столовой было пусто. Редкое явление.

–А где все? – Обратилась я к Валентине.

–Так на урок к бабе Люсе пошли. Туда и мальчишки с удовольствием бегают. Нина Егоровна с ними. А то эти пострелята бабушке мозг вынесут. – С удовольствием начала рассказывать Валентина, – Мне кажется, они за школой соскучились, а тут хоть какие-то уроки. Только вот эти сидят в углу. Жалко ребятишек. Они же не виноватые. – И она указала в угол столовой.

На стульях прижавшись, друг к другу сидели трое ребят. Девочка и два мальчика. И смотрели на меня широко открытыми глазами. У меня к горлу подкатил ком. Я часто заморгала, чтобы не разреветься. Захотелось прижать к груди малышей. Девочка была старшая, ей, наверное, лет шесть, мальчики младше, одному три, другому два. Может чуть больше. Дети их возраста не могут сидеть спокойно. Это ненормально. Я повернулась к Вале.

–Где их поселили?

–Вон, в дальней комнате, – махнула она в конец коридора. Хотели со всеми ребятами, да они их прибить обещались. Малыши играть хотели с нашими, их погнали. Жалко деток. Делать, что будем?

–Николай Фёдорович, вы уж чай сами, не обижайтесь. – Он понимающе качнул головой. Я пошла к ребятам. При моём приближении они попытались ещё больше вжаться в стулья. Девочка постаралась закрыть мальчишек. Боже мой, смотреть на это не было сил. Но я удержала слёзы. Подошла к ним, села на корточки. Взяла девочку за руку. Её била мелкая дрожь. Господи, что же пришлось перенести этому ребёнку.

–Не бойся, – вкрадчиво сказала я, – прости меня, милая, прости если сможешь. Я знаю, что причинила тебе боль, боль души, но так получилось. Прости. – Я погладила мальчишек по их белобрысым головкам. Никто не собирался их купать. Они, как были чумазыми, так и сидели передо мной. – Что ж ты их не выкупала? – Задала я вопрос девочке.

–Я не знаю где, спросить тоже, боюсь. – Тихо проговорила она.

–Не бойся, всё будет хорошо. Пойдём со мной. Валя, – обратилась я к женщине. – У нас вещи на детей есть?

– Есть, сколько надо?

–Валя, пожалуйста, как освободишься вот на этих бесенят. Хотя бы по сменной. – Взяв малышей за руки, пошла домой.

–Давайте знакомиться, – сказала я, раздевая малышей. Помогая снимать пальто девочке, заметила, что дрожать она не перестала. Похоже на нервной почве, Доку надо сказать. – Я сейчас печку затоплю, воду согрею, выкупаю вас. Меня Алёна звать, – протянула я руку девочке.

–Лера, Валерия, – она посмотрела на мою ладошку и затем несмело подала свою руку. Ладошки у девочки были холодными.

–Ты замёрзла? Сейчас я тебя в ванной отогрею.– Постаралась я растереть руку девочки.

–Давно замёрзла и отогреться не могу, – тихим голосом проговорила Лера,– когда тётка Никитку забрала и увела. Уже темно, а она его увела, – по щекам девочки катились слёзы, – а потом привела всего в красной краске. Я напугалась.

–А Никита это кто?

–Брат мой, вот он, – положила руку на плечо маленькому мальчику, – ему три года. Мама, когда умерла, он разговаривать перестал и улыбаться. А потом папы и бабушки не стало. Нас тётя Света к себе взяла.

–Так, понятно, – меня начало колотить. Я чуть не пристрелила ни в чём не повинных ребят. Как бы я жила с этим. Стоп, надо взять себя в руки. Успокоится. Не убила же. Теперь всё будет хорошо. – А тебя, как