Гений Медицины. Том 4 - Игорь Алмазов

нужен кот, серебряная чаша и кошачья мята. Разумеется, проводить его можно только с моего согласия.

Крыс замолчал и задумчиво посмотрел куда-то в сторону. Что-то не договаривает.

— Говори всё, — приказал я. — Ты же так долго об этом мечтал. А тут молчал очень долго, хотя ритуал уже давно выяснил. Что не так?

— Во-первых, сущность кота, в которого переселюсь я, наоборот переселится в тело крысы, — пискнул он. — То есть тот, кто был всегда котом, станет крысой. А раз это не фамильяр, это может оказаться для него слишком тяжело.

Представляю. Клочок и сам-то с трудом адаптировался к своему телу в современности. А если это просто домашний кот, то он вообще и умереть может от стресса.

Но это явно не главный пункт, почему Клочок так переживает.

— Что ещё? — серьёзно спросил я.

— Цена ритуала, — вздохнул крыс. — Мы потеряем часть нашей магической связи. А если Великому Пауку покажется этого мало, можем потерять и всю связь. И я перестану быть твоим фамильяром.

А вот это уже серьёзный риск! Клочок может обрести своё кошачье тело, но потерять нашу с ним связь. Тогда он сам станет обычным котом.

— Слушай, это слишком большая цена, — покачал я головой. — Мы с тобой вместе ещё с прошлой жизни.

— Я понимаю, — пискнул крыс. — Хозяин, но я ведь мечтал об этом! Снова быть котом, найти себе кошку… Понимаешь, о чём я. Я не хочу больше быть крысом! Уже больше года заперт в этом теле. К тому же, этот риск вовсе не так велик. Я уверен, что Великий Паук заберёт только часть нашей магической связи. И мы легко сможем её восстановить!

Всё равно очень рискованно. Но я понимал своего фамильяра. Мне бы тоже не хотелось жить в теле собаки, что примерно равнозначно.

— Так, у нас есть две недели, — подытожил я. — В ближайшее свободное время снова пойдём в храм медитировать. Укрепляй связь с вашим Пауком, чтобы ритуал прошёл успешно. Будем укреплять и нашу связь.

— Хозяяяяин! — Клочок подпрыгнул от радости и обнял меня лапками за руку. — Я боялся, что ты не согласишься! Спасибо, спасибо! Всё сделаем в лучшем виде!

— И всё равно остаётся вопрос с поиском кота и поиском мага животных, — добавил я. — Абы кому свой секрет мы доверять не будем. Так что придётся постараться.

Самое простое из списка для ритуала — это кошачья мята. Хотя я вообще не уверен, что она нужна. Возможно, крыс просто решил насладиться ею после окончания ритуала.

В ординаторской зазвонил стационарный телефон, прервав наше совещание. Снова на помощь попросил подойти Хромов. Интересно, он других терапевтов также дёргает в дежурства, или только мне такая радость досталась?

Крыс остался продолжать искать информацию по ритуалу. На этот раз смотрел объявления в интернете. Сейчас его очень интересовал подбор кота.

А я отправился в приёмное отделение.

— Игорь Станиславович, мы, кажется, уже говорили об этом, — войдя в кабинет Хромова, строго произнёс я. — Вы можете советоваться и со своими коллегами по отделению.

Я просил его наладить контакт с коллегами. Очевидно, что к совету он не прислушался.

— Они снова сказали, что им не до меня, — попытался оправдаться он. — Мой сосед из кабинета напротив заявил, что здесь каждый сам за себя. Простите меня, Константин Алексеевич.

Что ж, значит, после помощи с пациентом придётся самому поговорить с этим врачом из кабинета напротив. Уже все границы переходит такое общение с коллегами.

— Что на этот раз за проблема? — перевёл я тему.

— Вот, пациент, пятьдесят пять лет, — затараторил Хромов. — Поступил с жалобами на боль за грудиной, выраженной интенсивности, иррадиирует между лопаток. Давление сначала было высокое, сейчас идёт на спад. Слабость, одышка, тахикардия. В общем, всё говорит на острый инфаркт миокарда.

— Но на ЭКГ инфаркта нет, — догадался я.

— В точку, — кивнул Игорь Станиславович. — А диагностическим аспектом мне подсветило сердце и сосуды. В общем, я не понимаю…

А вот я, взглянув на внешнее состояние пациента, и прослушав всё, описанное Хромовым, уже примерно прикинул несколько вариантов диагноза.

Не теряя времени, активировал свою магию. О, да тут даже одного диагностического аспекта хватило бы, прокаченного на нужный уровень. У пациента расслоение аорты.

Расслаивающаяся аневризма аорты — дефект внутренней оболочки аорты, с образованием гематомы, которая продольно расслаивает сосудистую стенку и формирует ложный канал. Причины чаще всего лежат в повышенном давлении.

Я активировал сосудистый и кардиологический аспекты, влил солидное количество магии. Это облегчит состояние пациента.

Но лечение здесь только хирургическое — резекция повреждённого участка аорты, ликвидация ложного канала, восстановление фрагмента аорты.

— Это расслоение аорты, — коротко пояснил я Хромову. — Сразу направляйте в сосудистую хирургию. Они уже сделают необходимые манипуляции. Да, на предварительном этапе обеспечьте обезболивание, капельницу с физраствором для восстановления объёма циркулирующей крови, мониторинг диуреза и сердечных показателей обязательно.

Игорь Станиславович кинулся выполнять распоряжения, а я решил побеседовать с его коллегой из кабинета напротив.

Я всегда был рад помочь другим врачам, но Хромову явно проще было бы обращаться за помощью в соседний кабинет, а не через несколько этажей. Да и мне не хотелось каждый день сюда бегать, когда есть более рациональный способ решения проблемы.

В кабинете как раз не было пациента, сидел только невысокий полный мужчина с короткими светлыми волосами, в сопровождении такой же медсестры. Похожи друг на друга как брат с сестрой.

— Мне нужно поговорить с вашим врачом, оставьте нас на пару минут, — обратился я к медсестре.

— Денис Фёдорович мне доверяет, — противно высоким голосом отозвалась она.

А в приёмном отделении ещё и яркая проблема с воспитанностью медсестёр. В первый раз это удивило меня, когда я работал с медсестрой Антона. Она тоже решила оспорить моё мнение. Теперь снова схожая ситуация.

— А я вам не доверяю, — спокойно отрезал я. — Оставьте нас на пять минут.

Она недовольно оторвалась от стула и скрылась в коридоре. Наверняка будет под дверью подслушивать. Но мне всё равно, я выгнал её больше из уважения к врачу приёмного отделения, которого собирался отчитать. Хочет — пусть слушает.

— Что вы себе позволяете? — тем временем очнулся и сам Денис Фёдорович. — Пришли тут. Командуете. Вы вообще кто?

— Боткин Константин Алексеевич, — представился я. — Врач-терапевт. Мне нужно с вами поговорить.

На лице у Дениса Фёдоровича появились явные потуги, в голове пытался идти мыслительный процесс.

— Я слышал о вас, — заявил он. — Но ваши заслуги не дают вам права врываться!

— Я не врывался, а просто пришёл поговорить, — напомнил я. — Меня очень интересует, почему вы отказываете в помощи вашему коллеге из соседнего