Импровиз. Одиночество менестреля - Владислав Адольфович Русанов

гораздо больше, чем повешенным. — Неторопливо, как бы рассуждая вслух, произнёс пран Гвен. — Но я надеялся, что приведенные мной доводы убедили всех собравшихся и вас, прежде всего, что я — не сторонник нынешних правителей Аркайла. НЕ сомневаюсь, что вы примете мудрое и справедливое решение.

— И всё же… Насколько я понимаю, ваш родовой замок здесь, неподалеку от Вожерона. Вряд ли вы удовольствуетесь тем, что уединитесь там и будете поглощены видами на урожай пшеницы или надо молока. Да и мне, признаться, не хотелось бы упускать вас из виду. Рассказать можно что угодно. Верность и преданность проверяется делом.

— Мне трудно возразить. Встречаясь по долгу службы с предателями и шпионами, я сам разуверился в человеческой честности.

— Тогда убедите меня, что можете гулять на свободе, анне сидеть за решёткой.

— Я не знаю, как вас убедить. Ну, разве что… Кто у вас занимается борьбой с лазутчиками с той стороны?

— Борьбой с лазутчиками?

— Безопасность — превыше всего. Кто охраняет вашу жизнь, прана Кларина?

— Обращайтесь к её светлости — ваша светлость! — в который раз встрял Этуан альт Рутена.

— Прошу прощения. Итак, ваша светлость, кто отвечает за вашу безопасность?

Самозваная герцогиня замешкалась с ответом. Поманила веером отца, зашептала ему в ухо. Пран Клеан нахмурился, дёрнул себя за чёрный с проседью ус.

— Её светлость не нуждается в тайном сыске! — Этуан расправил плечи и выпятил грудь. — Она окружена верными друзьями, каждый из которых готов жизнь положить за неё!

— Подобная беспечность стоила жизни многим достойным правителям прошлого, — покачал головой пран Гвен. — Например, великому герцогу Валлио Седьмому. Удар отравленного кинжала отправил его в могилу за четверть стражи. Пра-пра-прадед герцога Лазаля мучился гораздо дольше. Яд подсыпали в вино. Он умирал трое суток и отправился в Горние Сады в страшных мучениях. Унсала не смогла пятьсот лет назад завоевать всю северную Трагеру только потому, что непобедимый военачальник Арнон альт Рофт упал с коня и сломал шею. После, правда, выяснили, что кто-то подрезал подпругу ровно настолько, чтобы она лопнула не сразу, а когда генерал пришпорит коня и привстанет на стременах. Или возьмём Ильхама Лоддского, который тоже чего-то стоил…

— Довольно! — остановила его Кларина, взмахнув веером. Он закончила перешёптывания с отцом и выглядела решительной, как идущий на абордаж пират. — Я услышала вас. Конечно, я не могу поручить вам заботу о моей безопасности. Вы бы первым начали смеяться, соверши я столь опрометчивый поступок. Но я могу выделить вам благородного прана из моих близких друзей… Или даже из родственников… Вот, пран Клеан посоветует.

— Почему пран Клеан? — обиженно прогундосил Этуан альт Рутена. — Я могу найти достойного прана из Дома Сапфирного Солнца.

— Занимайтесь армией, кузен. А тылом будет заниматься пран Клеан. Вопросы моей безопасности лежат вне поля деятельности главнокомандующего.

Сказала, как отрезала. Этуан закусил губу и отвернулся.

— Вы обучите нашего человека, — продолжала самозваная герцогиня. — Возможно, трёх-четырёх человек. Будете отвечать на вопросы, которые время от времени будут возникать. Жить, разумеется, всё это время будете в нашем городском особняке. Я не могу позволить вам лишнюю свободу перемещений.

— Благодарю, — пран Гвен поклонился. — Конечно, для начальника тайного сыска Аркайла это слишком мало. Но для прана из небогатого провинциального Дома это, пожалуй, слишком много. Поэтому я принимаю службу с благодарностью. Тем более, что в ближайшее время не собирался удалиться в замок и пасти гусей. Постараюсь оправдать доверие вашей светлости.

— Я принимаю вашу службу, — уголками губ улыбнулась Кларина.

— Готов в ближайшее время доказать свою преданность.

— Да? Тогда ответьте мне, что делает в Вожероне юная особа, которая выдаёт себя за вашу племянницу?

— Что? — Пран Гвен допустил непростительную ошибку. Для придворного с его опытом так вообще недопустимую. Он побледнел и оглянулся на Реналлу. — Кто?

— Не нужно портить впечатление о себе, пран Гвен, — холодно прищурилась Кларина. — Вы прекрасно понимаете, о ком я веду речь. Реналла из Дома Лазоревого Кота. Вот она сидит в окружении офицеров Роты Стальных Котов.

— Сейчас я всё поясню… — заторопился бывший глава тайного сыска.

— Поясните, конечно. И мне хотелось бы услыхать убедительные доводы. — В голосе Кларины звенела калённая сталь. Для всех, кто слушает меня, я поясню. Реналла — супруга того самого Деррика альт Горрана, который предал нас. И теперь она здесь.

— Не знаю, насколько мои доводы покажутся убедительными, ваша светлость… Des все слышали об убийстве наследника Гворра?

— Наслышаны, — согласилась Кларина.

— Конечно! — кивнул пран Клеан.

— Более чем, — хмуро буркнул капитан Жерон, сидевший рядом с Реналлой.

— Сын герцога Лазаля был найден с кинжалом в груди. Кинжал этот принадлежал менестрелю Лансу альт Грегору. Само собой, его обвинили в убийстве и осудили, приговорив к смертной казни. Так вышло, что вы покинули Аркайл до того, как я завершил собственное расследование убийства. Признаться, менестрель всегда был мне симпатичен, я не верил, что он мог хладнокровно заколоть Гворра. Дать пощёчину и вызвать на дуэль мог. Но ударить кинжалом в переулке — нет. Поэтому я искал. И нашёл настоящего убийцу. им оказался капитан гвардии Деррик альт Горран из Дома Лазоревого Кота.

— К тому времени покойный, — прошептал лейтенант Сергио.

— Очень удобно, — кивнул лейтенант Жанель.

— Я доложил пране Леахе, вдове наследника Гворра и в то время регентше Аркайла при слабоумном Айдене. Она, пылая праведным гневом, приказала арестовать весь Дом Лазоревого Кота. Отмщение — дело нужное. Я ничего не имел против заслуженного наказания для главы Дома прана Оррэла альт Деррика и его супруги праны Вельмы. В конце концов, они сами воспитали сына и несут ответственность за его поступки. Но за что должна пострадать жена Деррика? Виновна ли она в поступках мужа?

— Согласно законам Аркайла, — проговорил отец Реми, который, казалось, витал мыслями далеко-далеко и никого не слушал, — жена не отвечает за преступления мужа. Но дети должны отвечать за прегрешения отца, ибо дурная кровь передаётся по наследству.

— Я знаю, что у Деррика и Реналлы есть сын, — добавила Кларина.

— Поверьте мне, я очень хорошо знаю законы Аркайла, — не стал возражать пран Гвен. — Но я получил прямой приказ об аресте. Рассчитывать на справедливый суд праны Леахи мог только человек, совершенно