Охота на злодеев. Без экипировки - Аннетт Мари

– Ты не знаешь? Амулет В’альира дает своему владельцу защиту от контрактов. Вот почему hh’ainun не призывают демонов Двенадцатого Дома. Они считают, что Dīnen et Vh’alyir все еще владеют им и убьют любого призывателя.

От этих слов у меня отвисла челюсть. Зуилас тоже выглядел потрясенным.

– Откуда ты это знаешь? – неуверенно спросила я.

– Это известно королям Lūsh’vēr и Dh’irath. Я думал, что это просто легенда, пока Тахеш не рассказал мне об этом, – он посмотрел на Зуиласа. – Ты не знал?

Губы демона дернулись.

– Кто бы рассказывал мне историю моего Дома, Dh’irath? Ты и Lūsh’vēr убили всех, кто ее знал.

– Значит, ты не знаешь, как работает амулет.

Ответ Этеррана прозвучал абсолютно хладнокровно, и нервы у меня загудели от злости. В нем не слышалось ни грамма раскаяния за убийства демонов Дома Зуиласа, совершенные его Домом. Интересно, сколько демонов В’альир были убиты Этерраном, прежде чем его призвали сюда?

– Похоже, ты уже знаешь все, что тебе нужно знать, – холодно произнесла я. – Если у тебя есть амулет, ты получишь защиту от контракта и сможешь расстаться с Эзрой. Все, что вам нужно сделать, это найти его.

– И удачи вам с этим, – пробормотала Амалия.

– Нам нужно знать больше, – прорычал Этерран. – Амулет…

Его голос неожиданно прервался, и рычание скривило губы. Он хлопнул себя ладонью по левому глазу, плечи сгорбились, на шее резко выступили сухожилия. Температура упала, и воздух наполнился пронизывающим до костей холодом.

Постепенно напряжение отпустило мага. Он выпрямился и опустил руку, обнажив светлый глаз – уже без малинового свечения.

– Этерран кое-что упустил. Я не позволю ему – или, скорее, нам – даже приблизиться к этому амулету, пока точно не пойму, что произойдет. В лучшем случае наш контракт будет расторгнут, и Этерран сможет покинуть мое тело. А я освобожусь от него.

– У него что, еще есть тело? – спросила Амалия. – Сколько времени демон может владеть кем-то, прежде чем его тело просто… перестанет существовать?

– Он останется таким же, как был, – Зуилас щелкнул хвостом по полу. – Демоны пропадали в Ahlēvīsh долгие годы и возвращались в том же виде.

– Что за Ах… – начала я.

– А что произойдет в плохом случае? – перебил меня Зуилас.

– Амулет расторгнет контракт, но не разрушит магию, которая удерживает Этеррана в моем теле, и тогда он получит полный контроль надо мной, – оттолкнувшись от стены, Эзра подошел к дивану и сел на противоположном конце. – Или же его магия не совпадет с магией мага-демона, и тогда мы оба сойдем с ума.

– Но это и так произойдет, – заметила Амалия. – Все маги-демоны рано или поздно сходят с ума.

Эзра кивнул.

Он сложил руки и закрыл ими лицо.

– Когда-то давно я пообещал себе, что как только пойму, что мне отказывает разум, я сразу покончу с собой. Но теперь, когда настал момент… умереть не так-то просто, как я думал.

Я тихо, с сочувствием вздохнула. Я понятия не имела, какие обстоятельства вынудили его стать магом-демоном, но он казался неплохим парнем. И Тори уж точно не считала его мошенником.

– Все было бы проще несколько месяцев назад, до… – он замолчал, закрыв глаза.

– Ты и правда думаешь, что амулет может спасти тебя? – мягко спросила я.

– Не знаю, но хочу попробовать. Наверное, это глупо… Я давно сдался, так почему же сейчас вдруг решил бороться?

Перед моим мысленным взором встала пара карих глаз, полных отчаяния и решимости. Он был не единственным, кто боролся, и, наверное, именно поэтому больше не мог покорно принимать свою судьбу.

– Значит, ты хочешь точно знать, как работает амулет, – резюмировала я. – Тебе нужны все подробности о том, как работает заклинание и как оно аннулирует контракты.

Он кивнул.

– Этого я не знаю… пока.

Я замолчала, колеблясь, стоит ли еще что-то добавлять к сказанному. В отношении Эзры я была уверена, что у него есть совесть, но насчет Этеррана у меня были сомнения.

– Думаю, я смогу найти нужные тебе ответы, но сначала нам понадобится твоя помощь, чтобы разобраться с Клодом и колдунами.

– Да, конечно. Мне нужно поговорить с этим Клодом и выяснить, зачем ему понадобился мой профиль. Полагаю, что этот крылатый демон был его.

– Да, и он заключил абсолютно нелегальный контракт, – я с тревогой потерла руки. – Что бы они ни планировали, ничего хорошего ждать от них не приходится.

Эзра встал с дивана.

– Сегодня вечером мы уже ничего не решим. Отдыхай, а завтра поговорим. Мне тоже… – лицо его приняло совершенно равнодушное выражение, словно он стер все эмоции. – Мне надо позвонить Тори и выяснить, где она.

– Ты не знаешь, куда она отправилась?

– Я знаю, куда она поехала, но не знаю, где она, – резко ответил он. – Мне пора.

Он направился к двери, и я быстро встала.

– Подожди минутку. Я провожу тебя вниз.

Эзра открыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Я сунула ноги в ботинки, махнула рукой Зуиласу и Амалии и поспешила за магом.

В тишине мы спускались по шаткой лестнице, где всегда пахло сигаретным дымом. У главного входа мы обнаружили, что на улице льет дождь. Черный мотоцикл на обочине был мокрым и блестел.

Увидев его, Эзра вздохнул.

– Не хочу показаться любопытной, – начала я, задаваясь вопросом, с какой стати я вообще завела этот разговор, – но, хотя Тори этого и не говорила, мне кажется, она переживает за тебя.

Выражение его лица не изменилось, оставаясь пустым и непроницаемым, но, спасибо Зуиласу, я научилась различать намеки на чувства. Едва заметно дернулся мускул на челюсти. Напряглись и расслабились мышцы. Слегка сузились зрачки.

Разглядев все это и многое другое на напряженном лице Эзры, я замолчала в ожидании реакции. Он либо просто выйдет за дверь, либо…

Он резко выдохнул через нос.

– Робин… тебе когда-нибудь лгал тот, кого ты любила?

– Что ты называешь ложью?

– Когда правда изменила бы все.

Дождь лил, по стеклу двери стекали капли.

– Да, – я сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями. – Мои родители. Моя мама. Они… скрывали от меня… скрывали прошлое нашей семьи и все мое будущее. Я даже представить не могу, сколько лжи мне наговорили, чтобы сохранить это в тайне.

Я чувствовала его взгляд на своей макушке и спрашивала себя, ожидал ли он такого ответа.

– И что ты сделала, когда узнала?

– Ничего. Родителей уже не было. Их убил Клод.

Послышался резкий вдох – он почти слился со стуком дождевых капель, бьющихся об стекло.

В уголках глаз вскипели слезы – неутихающее горе опять затопило меня.

– Но если бы я увидела ее еще раз, я бы сказала маме, что понимаю ее… и поблагодарила бы.

– Поблагодарила? – прошептал он.

– Она