Алан Фостер - Флинкс на распутье

— Ну, ну, расслабься! — посоветовал ему Флинкс.

Шевеление крошечных пальцев замедлилось. Транкс заговорил — снова еле слышно, но вполне разборчиво:

— Вы не из их числа? Не из этих сумасшедших людей, которые напали на нашу колонию?

— Нет. Мы сами едва спаслись от них.

Клэрити подошла ближе:

— Я Клэрити Хельд, ведущий генный инженер фирмы «Колдстрайп». А кто вы?

— Совелману из группы исследователей с планеты Уиллоуэйн. Мы здесь изучаем пищевые ресурсы.

Транкс повернул синеватую голову, чтобы лучше рассмотреть дымящуюся массу щупалец под выступом скалы.

— Похоже, эти ресурсы тоже проявили ко мне интерес. — Транкс перевел взгляд на поврежденную ногу, все еще покрытую лохмотьями хаустория. Его голос дрожал и не вязался с шутливым тоном. — Однако это довольно болезненно, должен вам признаться.

— Что он говорит? — спросила Клэрити. — Я не слишком сильна в транксийском.

— Ему больно, — объяснил Флинкс. — Эта гадость питалась его ногой.

— Надеюсь, она не успела запустить отростки в брюшную полость.

Флинкс сообщил их новому знакомому о лингвистических затруднениях Клэрити и заодно перевел ее последнюю фразу.

— Нет, — ответил транкс на безупречном земшарском. — Как мне кажется, поражена одна только нога.

Затем он с любопытством посмотрел на Флинкса.

— Ты говоришь на чистейшем нижнем транксийском, на какой только способен человек. Я имею честь беседовать с ученым-лингвистом?

— Нет. — Флинкс отвернулся. — Просто у меня был отличный наставник. Но давай лучше обсудим мои таланты в следующий раз. Пока же нам лучше заняться твоей ногой.

— Ах, да, ногой. — Транкс внимательно осмотрел пострадавшую конечность. — Боюсь, что это напрасная трата времени. От нее почти ничего не осталось. Готов поспорить, что если бы вы не поспели вовремя, это ужасное растение — или животное? — сожрало бы меня со всеми потрохами. Голову, конечно, оставив напоследок. Не лучший способ уйти из этой жизни.

— Мы можем вас нести, — предложил Флинкс.

— В этом нет необходимости, полагаю, вы тоже об этом догадываетесь. И тем не менее весьма благодарен. Вы настоящий знаток обычаев Улья. Конечно, я в состоянии ковылять на трех ходильных конечностях, но куда разумнее будет забыть на время о собственном достоинстве и воспользоваться иструками.

Флинкс такого ответа и ждал, но кодекс вежливости Улья требовал, чтобы Флинкс предложил пострадавшему транксу нести его в вертикальном положении. Обычно транксы избегали ходить на верхней паре рук, поскольку это напоминало об их происхождении от безмозглых насекомых.

— Я занимаюсь разведкой наскальных пищевых ресурсов— Транкс повернулся к Клэрити. — Кто по профессии вы, я теперь знаю. — Он вопросительно посмотрел на Флинкса.

— Я изучаю все, что меня окружает, — сказал Флинкс. — Послушайте, если вы в состоянии идти, то нам лучше не задерживаться в этом месте. Здесь не слишком много опасных форм жизни, но я терпеть не могу паразитов.

— Понимаю и вполне разделяю эту точку зрения. А что значит — изучать все, что тебя окружает?

Ему объяснила Клэрити, даже упомянула о том, как Флинкс угодил в эту историю. Все из-за того, что пришел ей на помощь.

— Мне очень жаль, что вы оказались втянуты в эти события, — посочувствовал Совелману. — Но, с другой стороны, мне жаль и самого себя. И дело не только в моей ноге. Если бы вы, человек Флинкс, давно работали здесь, вы бы знали, что надолго оставить рану открытой — значит подписать себе худший из смертных приговоров. Надо что-то предпринять, прежде чем я рискну идти дальше.

— О чем он говорит? — спросил Флинкс у Клэрити.

— О спорах. Их в пещерах тьма-тьмущая, и они повсюду разносятся сквозняками. А потоки воздуха подхватывают их и переносят дальше. Большинство видов плесени и лишайника размножаются спорами, и любая открытая рана тотчас оказывается инфицированной. Не раньше, так позже грибница разрастается и заполняет все тело жертвы. Вот почему здесь не встретишь неприбранного трупа, хотя на Длинном Тоннеле нет стервятников, муравьев или их аналогов. Роль мортусов здесь выполняют растения.

— Надо как-то закрыть рану, — пробормотал транкс.

— Но эта рана — все, что осталось от вашей ноги!

— Совершенно верно, — спокойно ответил Совелману. — Как я вижу, вы при оружии и с его помощью успешно расправились с хаусторием. Это говорит о том, что оно в рабочем состоянии.

Флинкс посмотрел на. датчик заряда:

— Да, еще несколько выстрелов сделает.

— Что ж, прекрасно. — Транкс вздохнул с негромким свистом. — А вы, случайно, не учились на хирурга?

Флинкс отрицательно покачал головой.

— Жаль. Что ж, по крайней мере, умеете обращаться с оружием. — Совелману с трудом перевернулся на бок. — Будьте добры, прицельтесь как следует и избавьте меня от бесполезной конечности.

У Флинкса глаза полезли на лоб:

— Ампутация?! Но я понятия не имею, как это делается. Если соглашусь, вы едва ли выживете. Если и получите квалифицированную медицинскую помощь, то очень не скоро.

— Я все это прекрасно понимаю. Но ведь могло быть и хуже. Что если бы эта тварь попала мне в глаза? Тогда бы вам пришлось куда сложнее — ампутировать транксу голову без летального исхода невозможно. А так шансы выжить у меня есть. Если не выполните мою просьбу — и суток не пройдет, как меня съест грибница. Нет уж, я предпочитаю, чтобы луч отрезал конечность и надежно продезинфицировал рану. Глядишь, и удастся добрести до настоящего врача.

— Ну да, — хмыкнул Флинкс. — При условии, что эти психи не разрушили больницу, помимо всего прочего.

— Вы говорите таким тоном, как будто хорошо знакомы с их целями. Меня они, естественно, интересуют. Чего добиваются напавшие?

Пока они разговаривали, Флинкс регулировал мощность излучателя. У него возникло впечатление, что транкс просто болтает без умолку, чтобы отвлечься от предстоящего испытания.

— Они хотят целиком уничтожить весь Длинный Тоннель, — ответила Клэрити. — Уничтожить все наши наработки. Это худшие из экопуристов, они готовы все крушить, узнав, что кто-то ставит генетические опыты над улиткой, чтобы изменить цвет ее раковины. Сюда они явились, чтобы покарать нас за надругательство над единственно истинной религией, которая называется «Все по-старому».

— Так-так. — Транкс свистом выразил третью степень понимания вкупе с сочувствием. — Теперь мне ясно, почему для первого удара они выбрали именно «Колдстрайп». Разумеется, в их глазах это средоточие самых опасных «осквернителей».