Испытание светом и тьмой - Глеб Леонидович Кащеев

Когда Катина жизнь состояла из чтения и разговоров о прочитанном с Учителем, она жадно глотала книги по истории. Во многих из них рассказывалось о жизненном пути известных правителей. Сейчас она в красках представила себе, что будет, если Банан действительно получит то, о чем мечтает. Именно из таких людей получались самые жестокие тираны. Из тех, кто поставил себе целью получить власть и за счет нее самоутвердиться. Он не просто обложит данью эмерские кланы – он будет требовать жертвоприношений. Как чудовища из древних мифов, которым ежегодно отправляли на съедение самых красивых девушек.

Только чудовище на этот раз будет двухголовое. Жрать красавиц будет Банан, а держать стадо в страхе она, Катя.

Хочет ли она этого? Ее будут бояться. Неужели в этом конечная цель? А чего она вообще хочет? Куда идет? Неужели, как и сказал Денис, ей владеет дурное желание сделать как можно больнее и ему, и себе, и она ведет себя как малыш, который от злости бьется головой об стену, чтобы наказать маму?

– Ну так как, дарлинг? – закончил свою пламенную речь Банан.

– Пошел прочь, – тихо сказала она.

– Ладно. Поспи. Поговорим, когда ты будешь в лучшем настроении…

– Нет. Уходи и не возвращайся.

– Не понял… – Банан выглядел ошарашенным, – это же моя стая…

– Больше нет. И никогда твоей не была. Ее собрал не ты, и пошли они за тобой только благодаря мне.

Катя вскочила и стремительно вышла из комнаты в соседний зал, где отдыхали около десятка каннибалов. Банан обеспокоенно побежал за ней.

– Теперь ты главный, – сказала Катя, ткнув пальцем в первого попавшегося парня, – а этого, – она махнула рукой за спину, в сторону Банана, – гоните взашей.

Она повернулась и посмотрела в испуганные глаза Банана.

– Вот так вот, дарлинг, – прошипела Катя и направилась в свою спальню.

* * *

Алиса выехала на трассу и, не слишком разгоняясь, направилась в сторону Москвы. Спешить было некуда. Она, собственно, даже не понимала конечную цель. Заявиться в их с Алексеем съемную квартиру? А как он отреагирует? Может, ей сразу же придется с позором уйти. Или еще хуже: она приедет, а там пустота. Навсегда. И зачем тогда там оставаться? Это будет невыносимо. А иначе куда? Вернуться к мамочке с покаянной головой? Вот уж нет!

В потоке машин она не набирала скорость выше ста километров в час, чтобы не отвлекаться на постоянные маневры, и все еще не решалась выбрать маршрут. Неожиданно позади раздалось жужжание мотора мотоцикла. Алиса ожидала, что ее обгонит собрат-байкер, но тот, судя по звуку, пристроился за левым плечом и продолжал назойливо тарахтеть над ухом.

Она мельком оглянулась: это был Алексей. Он жестом показал ей прижаться к обочине. Алиса чуть не поперхнулась от удивления, свернула и остановилась.

Алексей встал рядом и снял шлем. Алиса жадно разглядывала его лицо и ауру в поисках гнева или раскаяния, но там не было ни того, ни другого, а только непонятная ей деловая сосредоточенность.

– Мне звонила твоя мама… – начал он.

Алиса перебила его:

– ЧТО?!

– Она сказала, что…

– Погоди! Она тебе звонила? Ты знаешь, что это значит?

– ПОСЛУШАЙ МЕНЯ! – неожиданно рявкнул он. – Катю хотят убить! Киллеры уже выехали.

– Да она их в порошок сотрет одним взглядом! – ухмыльнулась Алиса.

– Послали не эмеров. Точнее, не только эмеров. За ней едут люди. Обычные киллеры, с пистолетами и винтовками. Поняла?

Алиса осознала только одно:

– Моя мать так и сказала? Упомянула в разговоре термин «эмеры»?

– Я передал почти слово в слово.

Девушка в ужасе смотрела на Алексея. Если мать при нем не стесняясь говорила про эмеров, это значило только одно. Его уже приговорили. И для ее семьи цена его жизни – круглый ноль по сравнению с тем, что стоит на кону.

– Это неважно. Ты меня что, совсем не слышишь? Катю нужно спасать. Предупредить или защитить, как вы там умеете.

Алиса вздрогнула и вернулась в реальность.

– Блин. Мы уже далеко и можем не успеть. Может быть, Ромео еще в Питере? Звони ему.

Она назвала номер. Алексей дозвонился и выпалил Денису все то же, что рассказал до этого Алисе.

– Скажи, что они будут ловить ее на эмеров, как на живца, а киллерами будут обычные люди.

Алексей кивнул и повторил в трубку.

– Теперь погнали, – кивнула Алиса и запрыгнула на мотоцикл.

* * *

Катя вышла из спальни часа через два и увидела, что к ней приковано внимание всех каннибалов, которые устроились в гостиной. Она попыталась вспомнить, кого из них сгоряча назначила главным, но не смогла.

– Банан ушел?

Собравшиеся в зале кивнули.

– Что-нибудь сказал напоследок?

– Да, бред какой-то. Чтобы мы не вглядывались в вечность, а то вечность посмотрит в нас и ничего не найдет, – ответил кто-то.

Катя сама не поняла, почему снова рассердилась. Возможно, потому что сама хотела оказаться на месте Банана и свободно выбрать путь. Ей вдруг стало противно от самой себя и захотелось сделать что-нибудь по-настоящему плохое. Чтобы утвердится как каннибал. До этого, если не считать случая с Денисом, когда он сам глупо подставился, она всегда поглощала чужие души вынужденно – защищая себя или других. Сейчас она впервые захотела выпить кого-то намеренно. Отнять жизнь просто так. Чтобы в первую очередь самой себе показать, какое она страшное чудовище.

– Так. Встали все. Идем на охоту. Собрались, быстро!

– На кого? В округе нет ни одного эмера, – вяло запротестовала какая-то девица.

Катя мигом развернулась в ее сторону, и та замолчала на полуслове, от греха подальше поспешно опустив глаза. О том, что Катя способна опустошить каннибала, знали все.

– Я найду, на кого охотиться.

Каннибалы оживленно вскочили и потянулись за ней к выходу.

От их компании шарахались даже обычные люди – такая мрачная аура исходила от Кати. Парни и девушки в черном шли клином следом за своей предводительницей, а прохожие благоразумно старались оказаться подальше, хотя бы на другой стороне улицы.

Неожиданно Катя остановилась, повернула голову и как будто прислушалась к чему-то неощутимому для остальных.

– Эмеры. Двое. Только что оба запитались печалью, – сказала она и свернула на боковую улочку. Остальные с нетерпеливым улюлюканьем последовали за ней.

Катя сразу заметила на площади нужную парочку. На улице было необычно тепло, и кафе до сих пор не свернули уличные террасы, на одной из которых за столиком сидели мужчина и женщина средних лет. Чувствительность Кати настолько повысилась, что она даже с такого расстояния ощущала дисбаланс, свойственный ауре эмеров. К тому