Возвращение демонического мастера. Книга 9 - Антон Романович Агафонов

Мы с Руоном явно выделялись на этом фоне. Наши ханьфу хоть и были адаптированы для путешествий, выглядели слишком строго и непривычно для этого места. Моя одежда, сшитая из плотного шелка, казалась слишком тяжелой для здешнего климата. Да я и сам порой замечал, что в ней жарковато. Не рассчитана одежда других витков на такую жару. В пору заняться созданием освежающего артефакта, способного дарить прохладу.

Хм-м-м… А это не такая уж плохая вещь. Можно будет на досуге обдумать такой вариант, в месте вроде третьего витка он определенно будет иметь спрос.

Пока я обдумывал эту любопытную мысль относительно дополнительного рынка сбыта для своего дома, мы продолжали рассматривать окружение. Всё-таки сильно окружение различалось от привычного нам Гаруда.

Тангуан оказался гораздо больше, чем я ожидал изначально. Мне вообще плохо представлялись оазисы, я воображал, что это что-то вроде небольшого водоема, вокруг которого растут пальмы, но истина оказалась совершенно иной. Это был город, крупный и многолюдный, гораздо больше Гаруда. Возможно, сравнимый с Ладоном, когда там ещё управляла секта Несокрушимого Алмазного Солнца.

Улицы тут были разными. Одни — широкие аллеи, вдоль которых растут пальмы, создавая тень. Но стоит сойти с них, как легко оказаться в лабиринте из мелких улочек и переулков. Центральные улицы города были вымощены всё тем же светлым камнем, но видимо, на переулки его не хватило, и там по большей части была галька.

Меня поразило, что между домами виднелись небольшие сады с травами, кустами, и даже несколько фруктовых деревьев заметил. Вода из озера в центре оазиса распределялась по каналам, которые тянулись вдоль улиц, питая растения. Местные возвели тут огромную систему орошения, что раскинулась на весь город, и порой городские жилые районы заканчивались, и нашему с Руоном взору открывались крупные поля и сады, на которых работали люди.

Руон даже ненадолго остановился, задумчиво разглядывая их.

— Что-то интересное увидел? — спросил я.

— Это рабы, — с долей омерзения бросил он.

— Мы ничего не можем с этим поделать, — я похлопал парня по плечу и пошел дальше. Руон последовал моему примеру, но взгляд с рабочих не спускал. То, что они рабы, легко было понять по клейму на шее, оно очень характерное, а у некоторых оно и вовсе было на лице. Если я всё так помнил, те, кто носил клеймо на шее, были когда-то свободными, их часто называли долговыми, а рожденные получали клеймо на лицо. Первые ещё могли выкупить свободу, а вот вторые оставались рабами, если только их не освобождал хозяин, но случалось это крайне редко.

— Это неправильно, учитель. Никто не должен владеть другими людьми вот так… — все с тем же омерзением и сдерживаемой злостью произнес Руон.

— Не должен, — согласился я. — Поэтому я и отменил в Гаруде рабство.

— И это одна из причин, почему я горд, что стал вашим учеником, — немного приободрился он. — Вы самый достойный из людей, которых я знаю.

И ведь парень не врал, смотрел на меня, как на героя из каких-то легенд, и в какой-то мере так оно и было, учитывая мое собственное происхождение. Костяной палач действительно фигурант нескольких древних легенд, которые мне поведала Юл Эй, только это обычно сказки, которыми пугают ребятишек. «Будете плохо себя вести, и за вами придет Костяной палач и сожрет ваши души».

— Я рад это слышать, Руон, но не стоит, — попросил его. — Я такой же человек, как и ты, я тоже совершаю ошибки, и возможно, совершу ещё не одну. Мне правда лестно, что ты стараешься брать с меня пример, но… я знаю множество более достойных людей для этого.

Руон хотел возразить, но в итоге передумал. Просто покачал головой.

Приближение базара мы услышали гораздо раньше, чем увидели. Людской гомон доносился издалека, и теперь нам оставалось идти на него — не пропустим. И местный базар действительно впечатлял, по крайней мере Руона. Мне уже доводилось видеть действительно крупные города и их рынки, а вот ученик был не столь искушен в подобном.

— Ого, — охнул он, когда мы оказались перед этим живущим своей жизнью местом, наполненным звуками, запахами и красками.

Торговцы, стоявшие за прилавками, активно зазывали покупателей, их голоса сливались в единый гул. Одни предлагали свежие финики и инжир, другие — керамику и изделия из кожи, третьи — оружие и вещи, необходимые для выживания в пустыне. Куда не глянь, прилавки завалены товарами от свежих фруктов и овощей до специй, тканей и украшений. Воздух бурлил от ароматов жареного мяса, свежего хлеба и экзотических пряностей.

Среди толпы сновали дети, которые то и дело ныряли между взрослыми, играя в догонялки или выпрашивая монетки у прохожих. Женщины в ярких платьях задорно призывали путников к своим прилавкам звонкими голосами, а мужчины в свободных рубахах обсуждали дела, попивая прохладительные напитки из глиняных кружек, бросая на них заинтересованные взгляды.

Когда мы проходили мимо одного из таких прилавков, путь нам преградила темнокожая женщина в алом платье, что-то там затараторила на том же языке, на каком говорит команда Арашина.

— Спасибо, нам ничего не нужно, — сказал я её, выставив ладонь перед собой, а та уже другим тоном что-то крикнула нам вслед.

— Кажется, вы её обидели, — рассмеялся ученик, поглядывая назад.

— Это неважно. Ты не голоден? — поинтересовался я.

— Немного. Тут столько запахов…

— Да, интересно попробовать, что такого готовят местные.

Мы медленно продвигались дальше, стараясь не потерять друг друга в толпе. Пару раз местные воришки пытались стянуть у меня что-то с пояса, но каждый раз их ждала неудача. Похоже, что те мешочки, что я видел ранее, действительно были своеобразным аналогом пространственных хранилищ. Сам видел, как один из покупателей доставал из такого деньги. Но я не понимал, почему нельзя использовать кольца или браслеты? Это намного более надежный способ спастись от воришек, чем эти странные мешочки, которые так легко стянуть с пояса.

Проходя мимо прилавков, мой взгляд зацепило нечто, выбивающееся из общей картины. Какой-то старый седовласый бородач с угольного цвета кожей и пронзительно светлыми глазами продавал древности. По большей части это был какой-то старый хлам: вазы, побитая посуда с неизвестными гравировками, но среди них было то, что я уже видел прежде. Кусок древнего механизма, какие мог создавать Сев, Рабочий-78.

— Учитель? — удивился Руон, когда я свернул к одному