Кристофер Клин и проклятье туманных вод - Александрия Рихтер

Саймон приподнялся на локтях. Вопросительно посмотрел на Кристофера, потом на пирата.

– Мне велели отвести вас к капитану, – рявкнул Маренгони. – Так что живо вставайте. И только попробуйте что-нибудь выкинуть, я вас жалеть не стану.

– Кто вы такой, чтобы указывать мне, что делать?! – воскликнула леди Мелайора. – Как только окажусь на суше, прикажу казнить вас.

– Какая дерзкая! – Маренгони зло улыбнулся, показав зубы. – А ты уверена, что доберёшься до суши живой?

Леди Катарина ахнула. Кристофер испугался, что она упадёт в обморок.

– Если жизнь дорога, поднимайтесь и следуйте за мной, – продолжал Маренгони. – Иначе я отведу вас силой.

Кристофер посмотрел на леди Мелайору, которая не знала, на что решиться. Наконец она гордо подняла голову и направилась к выходу из трюма. Саймон помог леди Катарине подняться. Она так сильно вцепилась в его руку, что он поморщился.

Кристоферу понадобились все его силы, чтобы встать на ноги без посторонней помощи. Он шёл последним, и, когда приблизился к двери, Маренгони вдруг приказал:

– Спрутти, туши свет!

Трюм погрузился во мрак.

Каюта капитана произвела сильное впечатление – и не только на Кристофера, который от изумления забыл, что его тошнит. Такого Кристофер не видел даже в Чёрном замке, не говоря уж об Академии.

Это была просторная светлая комната с большими окнами, беспорядочно заставленная роскошной мебелью. Повсюду громоздились огромные деревянные сундуки, набитые драгоценными камнями и украшениями. Они были переполнены, и крышки оставались приоткрытыми, а содержимое сверкало и манило к себе. Кристоферу очень захотелось рассмотреть поближе, что в них лежит…

Ещё в каюте было множество зеркал в позолоченных рамах, украшенных резными ракушками или морскими звёздами. Кристофер заметил на стене две скрещённые сабли; на клинках сияли огненные буквы, но разобрать, что там написано, он не смог.

И книги… очень много книг. Они были сложены аккуратными стопками на столах, валялись, открытые, на бирюзовых подушках, слоями покрывали пол.

– Закрой дверь, Маренгони, – бросил капитан Гервин, не отрываясь от бумаг, которые внимательно читал. Он сидел посреди каюты за столом, в кресле, больше напоминающем огромного скорпиона, чем предмет мебели. Вместо привычных подлокотников у него были огромные клешни из светлого дерева, изогнутая спинка превращалась в хвост с шипом на конце. – И не забудь передать на камбуз то, о чём я просил.

Маренгони молча поспешил выполнить приказ капитана. Дверь за ним закрылась так быстро, словно его здесь и вовсе не было.

На столе капитана Гервина лежала карта, а рядом стояла чернильница, обвитая металлической змейкой с фиолетовыми глазами. Капитан обмакнул перо в чернила и что-то отметил на карте. Посмотрел на раскрытую перед ним книгу, затем в свитки и дописал несколько строк.

Молчание затянулось.

Капитан как будто и не собирался с ними разговаривать. Он продолжал делать заметки, время от времени сверяясь с книгами. Наконец терпение леди Мелайоры лопнуло, и она заговорила первой:

– Немедленно верните нас обратно! – Её голос звучал жёстко, ни один мускул на лице не дрогнул. – Если вы сделаете это сегодня, то обещаю, вас отпустят и не будут преследовать. Хотя бы некоторое время.

– М-м… – протянул капитан, не удостоив леди Мелайору взглядом. – Как интересно…

Кристофер нахмурился.

– Если вы сделали это ради выкупа, то я вас расстрою, – не сдавалась леди Мелайора. – Отец никогда не пойдёт на сделку с вами! Даже ради меня.

Капитан отложил свитки в сторону и наконец посмотрел на них.

Кристофер впервые смог разглядеть его при свете. Капитан Гервин был не молод, но и не стар. Обветренное лицо казалось ещё бледнее на фоне собранных в хвост огненно-рыжих волос. Шрам, тянувшийся через переносицу, вызывал в воображении страшные картины. Кристофер поёжился и отвёл взгляд.

– Вся в мать, – сказал капитан Гервин, окинув леди Мелайору недобрым взглядом.

Она вскинула руку, намереваясь призвать магию, но капитан лишь поцокал языком.

– На твоём месте я бы этого не делал. Побереги силы для чего-то более важного.

– Не смейте мне указывать!

И она метнула в него водный диск, который вращался с невероятной быстротой. Капитан Гервин, продолжая сидеть, сцепил руки в замок и поднял их перед лицом. Вода испарилась, оставив за собой лишь облачко пара.

– Вы, Стормстоуны, не умеете слушать, – с досадой в голосе произнёс он.

– Не смейте говорить о моей семье! – сердито бросила леди Мелайора. – Вы ничего о ней не знаете.

– Поверь, пирату, который охотится в Кипящих водах, о короле Томасе известно немало.

Капитан Гервин встал, обошёл стол и остановился перед леди Мелайорой. Кристоферу, который не мог отвести взгляд от его кресла, показалось, что он видит брюшко опасного насекомого, но это была всего лишь зеленовато-жёлтая стёганая обивка. Леди Мелайора снова попыталась использовать магию, но капитан Гервин ударил кулаком по столу.

– Довольно! – грозно крикнул он. – Я говорю с вами, не прибегая к магии, так будьте любезны отвечать тем же. Будущей королеве следовало бы знать правила ведения переговоров.

Леди Мелайора молча сверлила его взглядом. Капитан пожал плечами и обратился к Саймону, поддерживавшему леди Катарину, которая тряслась от страха.

– Не нужно меня бояться, я вас не трону, – неожиданно произнёс капитан и вновь опустился в кресло. – Предложение сдаться, конечно, интересное, но я, пожалуй, откажусь. Хм-м, я думал, в Чёрном замке давно знают, что того, кто использует песок иллюзий, никто и никогда не найдёт.

За дверями послышался грохот сапог.

– Кирсен, заходи! – громко позвал капитан.

Кристофер увидел пирата, который запер их в трюме. Чуть младше капитана, с длинными тёмными волосами и цветком за ухом, он напоминал скорее придворного, чем пирата. И одежда его была бы уместнее при дворе, чем на пиратском корабле: чёрный камзол с серебряными пуговицами, рюши на воротнике и манжетах, высокие сапоги с блестящими пряжками.

– Всё готово! – доложил он. – Распорядиться, чтобы всё выносили?..

– Сначала я представлю тебя нашим… гостям, – капитан подчеркнул последнее слово. – Прекрасная девушка, готовая перерезать тебе горло острейшим водным лезвием, – Мелайора Стормстоун, Дама Треф.

Кирсен во все глаза смотрел на леди Мелайору. Она бросила на него косой взгляд и отвернулась, будто он не стоил её внимания.

– Другая прекрасная леди – Катарина Лайвингтон, старшая дочь нашего обожаемого и любимого правителя Лонгрена.

Насмешки в голосе капитана Гервина не было, но Кристофер почему-то понял, что говорит он неискренне.

Саймон, который почти ничего не слышал, вздрогнул, когда леди Катарина вновь вцепилась в его руку.

– А эти молодые люди мне не знакомы… – Склонив голову набок, капитан Гервин указал на Саймона. – Представьтесь же, юноша.

Саймон не издал ни звука. Лишь продолжил смотреть