Путь крови. В начале пути. Том 1 (СИ) - Ткачев Андрей Сергеевич "фантаст"

Еще одним нюансом в обучении печатей было то, что проходили они не на самой поляне, где я больше занимался отработкой движений и медитацией. Наставник больше не желал, чтобы я разрушал то, что он так долго возводил. Для меня он создал тренировочную площадку в десяти минутах ходьбы от места проживания, посчитав, что этого будет достаточно, чтобы ничего не задеть на самой поляне, если я что-то напутаю в печатях. Такое отношение несколько настораживало, но все равно особого выбора у меня не было.

Она представляла из себя небольшую полянку, освобожденную от деревьев и травы. Судя по отсутствию ям или остовов деревьев, все они были пересажены на новое место, а земля выровнена в целях удобства.

В который раз поражаюсь такому показу умения Хрона, который не видит в этом ничего необычного. Интересно, а у меня когда начнет получаться что-то похожее и начнет ли вообще?

По краю очищенной площади протекал ручей, исключающий необходимость постоянно возвращаться на обжитую территорию, чтобы утолить жажду, а еду я могу прихватить с собой. Чтобы я ненароком не повредил, как выразился наставник, «местную живность или она тебя», по краям поляны он вырастил деревянный частокол высотой в два моих роста из прочного дерева.

И только одна секция в нем отодвигалась в сторону, да и то надо было понять, как именно нажать, чтобы ее сдвинуть. По крайней мере случайный зверь так бы точно не смог и этого в принципе было достаточно.

Первое время пришлось привыкать к давящему ощущению стен вокруг. С учетом того, что вокруг был неизвестный лес, а я, по сути, был заперт в ограниченном пространстве, спокойствия это не сильно добавляло, но человек быстро привыкает ко всему — так говорили учителя в поместье. Да и отчасти это тоже можно было считать тренировкой, ведь не всегда есть возможность относительно безопасно заниматься тренировками, окруженным враждебной средой.

Я периодически вспоминал о доме и думал, ищут ли меня или проклинают за позор? Наверняка весть о том, с каким результатом я закончил испытание мастера Ора, уже дошла до всех интересующихся, да и сомневаюсь, что устроивший все это Крил так бы оставил все без внимания. Такие мысли угнетали. Но я их неизменно отгонял от себя. Вот поднимусь на ступень Понимающего и тогда никто не будет смотреть на меня с презрением и скрытыми ухмылками. Возможно, тогда все вспомнят, что я не только бастард, а в первую очередь сын своего отца.

Вот и сейчас, находясь в одиночестве на тренировочной поляне, погрузился в раздумья. Но все-таки смог собрать силу воли в кулак и отринуть грусть.

— Я стану сильнее и докажу всем, что они были неправы! — выкрикнул я обещание в пустоту.

Лес ответил мне шевелением листвы и ничем больше. Впрочем, я и не надеялся на какой-то знак свыше, одобряющий мое решение. Уже давно понял, что все, что я могу получить, я могу добиться только своим потом и кровью и то, что у меня появился такой, пускай и несколько странный, но все же наставник и так было подарком судьбы. Не думаю, что еще кто-то взял бы себе в ученики калеку, когда в любой деревне можно найти паренька с куда большим потенциалом на пути Возвышения.

В первую очередь на этой выделенной для меня полянке я занялся отработкой печати Барьера, посчитав, что лучше мне добиться хотя бы от первой получившейся печати лучшего результата и хоть какого-то автоматизма создания, чем приступать к более сложным. Да когда печать истощала запасы моей духовной энергии, я занимался медитацией, погружаясь в свой внутренний мир в попытках понять, почему он выглядит именно так. В такие моменты духовная энергия восстанавливалась чуть быстрее.

Когда только Хрон показывал мне эту печать и давал первые наставления, он сам с помощью техники ломал созданный Барьер. Вот только ему не хотелось тут находится со мной в ожидании, когда у меня сработает печать, чтобы проверять, насколько успешно я ее создал. Вместо этого старик сделал специальный шест, больше похожий на обычную дубину, выстругунную с первой попавшейся на земле сухой ветки. Точнее, таких дубинок было три — в них были запечатаны техники (Хрон наотрез отказывался рассказать, как он это сделал, ссылаясь на мою слишком низкую ступень развития и что я просто не пойму его объяснения из-за этого) с плотностью энергии, соответствующей определенному уровню культивации. От Понимающего до Разрушающего.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Моей задачей было создавать Барьер и пытаться поддерживать его в течении десяти минут, что получалось далеко не всегда и не так хорошо, как мне бы хотелось. Если проблем с поддержанием не возникало, то я должен был взять один из шестов и ударить себя. Если барьер схлопнется, передав всю энергию в место удара и тем самым предотвратив попадание техники, то это будет положительный результат. Если я получу удар и место попадание окрасится в зеленый цвет, а именно техника окраски была заложена в шестах, то это будет означать неточность в построении барьера. Надо было добиться устойчивой защиты от первых двух шестов.

Наверное, и так понятно, что первые дни я постоянно ходил перемазанный в зеленый цвет. Хорошо еще, что в округе больше не было ни одной живой души, чтобы высмеять такого неумеху.

Как я уже упоминал, на каждую активацию печати Барьера тратилось довольно много духовной энергии, а она естественным образом восстанавливалась слишком долго, чтобы я мог использовать печать чаще. В промежутки между восстановлениями я использовал камни Юран, наполненные моим духом. Ведь если я их могу наполнить энергией, то и они могут ее отдавать обратно. Так я отрабатывал свой контроль над данным типом энергии, которого у меня было в какой-то мере аномально больше по сравнению с внутренней энергией и в то же время я благодаря этому запасу мог использовать печать чаще.

Как только я дошел до такого способа ускорения тренировок, то сразу же сообщил о своем открытии Хрону. Это происходило вечером, когда я, уже истощенный от частых активаций печатей, вернулся обратно на поляну и застал наставника за вырезанием какой-то фигурки из дерева.

— Ведь если есть возможность быстрее восполнять свою духовную энергию, то тогда печати можно использовать в бою более эффективно, как минимум из-за того, что их можно будет применять чаще, — гордый от собственной догадки, рассказал я старику о своей задумке.

— Молодец, что смог прийти к такому решению без подсказки с моей стороны, — похвалил меня, отложив в сторону еще не оконченную заготовку. — Вот только это подходит для спокойной обстановки и в рамках боя будет довольно проблемно использовать. Да, восполнение духовной энергии за счет камней Юран более быстрый процесс, чем ее естественное восстановление. С этим спорить сложно. Вот только помимо, собственно, самой скорости есть еще нюансы, — начал объяснять Хрон. — Практик из этих камней может забрать только духовную энергию, что сам вложил в них. Если наполнением камня занимается другой человек, то его духовная энергия неизбежно содержит отблеск его воли. Это не дает возможность усвоить ее в полной мере, да еще ведь придется прилагать усилия, чтобы перебороть пускай ослабленную, но все же чужую волю, которая не хочет подчиняться кому-то иному, кроме своего хозяина.

И последнее… — произнес старик, сделав небольшую паузу. — Обычный практик сможет поглотить лишь примерно тридцать процентов духовной энергии, заложенной в Юран, остальные семьдесят просто развеются. Так что представь, сколько надо времени на подготовку даже для участия в небольшом бою с использованием печатей, — устало произнес это Хрон. — Так что лучше учись концентрации, ученик!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Как только я научился более-менее сносно ставить Барьер, способный выдержать удар палки с техникой уровня Понимающего, наставник разрешил практиковаться в следующей печати. Само собой, отработку печати Барьера с меня никто не снимал, так что, несмотря на успех, нагрузка только возросла.

Следующей печатью для изучения стал Импульс. Сама печать представляла из себя ряд кругов с неизвестным мне сложным в написании символом посередине. В момент активации круги схлопывались и вызывали направленный резонанс. И это были слова наставника. Правда, сам он не мог мне объяснить, как рисунок может так меняться и что такое резонанс, что, впрочем, не мешало печати работать как заложено в ее функционале.