Самайн у ведьмы пограничья - Уоллис Кинни

Даже если мне привиделось, Маргарет точно не была призраком. Духи – это нечто бесплотное, невидимые силы, которые проникают через Грань, отделяющую живых от мертвых. А я видела Мэгс. Чувствовала ее прикосновение.

– Не нравится мне, на что ты намекаешь, – замечаю я. – Да и чего ты норовишь меня напоить, а?

Гримуар дергается и со стоном захлопывается, да так, что столешница вздрагивает. Я закусываю губу. Ну вот, расстроила свою книгу.

Мерлин нежно покусывает меня за ухо, а потом недовольно ворчит, глядя на дверь.

Смотрю туда же, а все вокруг стихает. До меня долетает далекий отголосок чьего-то намерения. Затем о дверь будто разбивается волна.

Надо же. Миранда.

Подхожу к двери и открываю ее. На коврике обнаруживается небольшой коробок, завернутый в коричневую бумагу, а сверху к нему привязан ярко-желтый конверт. Письмо слегка влажное и пахнет солью. Миранда годами не выходила на связь, и тем более странно, что она написала мне сегодня, вскоре после смерти своей наставницы. Кладу сверток на стол и читаю.

Дорогая Геката!

Раз уж ты наслаждаешься уединением в своем коттедже, то, скорее всего, не слышала последние новости. С прискорбием сообщаю, что старейшина Маргарет Халливел сегодня рано утром отчалила в свою следующую жизнь. Конечно, худшего момента и не придумаешь. Именно Маргарет в этом году отвечала за организацию Самайна, и теперь все планы полетели в тартарары. Она действительно не рассчитала время своего ухода. Разрушительнее шторма и не придумаешь. К счастью, похорон не потребуется. Согласно ее завещанию, тело предадут морю. Так как живых потомков она не оставила, ее гримуар отправят в архив ковена. Маргарет успела уладить дела и оставила несколько коробок для разных членов Атлантического ключа, в том числе и тебе. Я удивилась такому решению, но, как мы обе знаем, в последнее время она была немного не в себе. Так или иначе, посылаю тебе твой короб.

Оторвавшись от письма, разглядываю сверток на столе. Маргарет что-то мне оставила? С тех пор как она заболела в прошлом году, мы очень мало общались, да и в целом Маргарет всегда предпочитала нам с Селестой Миранду. Я нерешительно разворачиваю короб. Он из мангрового дерева, на крышке вырезан бушующий океан. Сверху приклеена маленькая желтая записка, на которой изящным почерком Маргарет выведено: «Геката Гудвин».

Крышка со скрипом открывается, а внутри – все шесть банок бальзама из боярышника, который я сделала для Маргарет в прошлом году. Совершенно нетронутые.

– Ох, Маргарет, – с грустью шепчу я.

Похоже, мою помощь она принять не пожелала. Как жаль. Что ж, содержимое коробки придется сжечь: бальзамы делались специально для старейшины. Если передать их кому-то еще, намерение может запутаться. Внезапно я обнаруживаю внутри еще один предмет: маленький стеклянный флакон, полный какой-то темно-коричневой жидкости. Она мутная, с осадком.

– Что же ты такое? – спрашиваю я, вытаскивая его из коробки и крутя, чтобы рассмотреть получше. Никаких опознавательных знаков. Я даже проверяю обратную сторону записки со своим именем: вдруг там есть какое-то объяснение. Но нет, никаких подсказок. Как странно.

Может, Миранда знает, что это и для чего? Вновь беру письмо и продолжаю читать с того места, где остановилась.

У нас тут полный бардак. Я написала в ковен и предложила встретить Хеллоуин в особняке Гудвин. Люди, конечно, удивились, но обрадовались. Это все очень некстати, но я твердо намерена исполнить свой долг как ведьма Атлантического ключа.

Пожалуйста, открой особняк и подготовь его к сроку. Мы с Селестой прибудем накануне Ночи шалостей и уедем после хеллоуинских празднеств. Хорошо, что первый Самайн без мамы мы встретим вместе. Старые традиции помогут исцелить печаль. И если найдется время, постараемся заодно отпраздновать твой день рождения.

Дай знать, как быстро ты сумеешь подготовить дом. Я пришлю список гостей и меню.

И надо же было так совпасть, что и мама, и Маргарет покинули нас в один и тот же год. Порой мне кажется, мир со мной жесток. Хочется верить, все пройдет гладко, но я особо не надеюсь.

С любовью

твоя сестра

Миранда Хеления Спенс Гудвин

По мере чтения глаза мои становятся все больше и круглее. Сестры приедут в четверг; у меня меньше пяти дней, чтобы подготовить тот Самайн, к которому они привыкли. Обе захотят выставку тыкв, дурацкий ужин, коктейли, пир в честь Хеллоуина. Не говоря уже о ковенских празднованиях, которые проводят в Самайн после захода солнца. Да мне ни в жизнь вовремя не управиться. Я кладу письмо на стол и смотрю на свою метлу, все еще покоящуюся на кухонном столе. Действительно, кто-то придет. Так, человек пятьдесят, подумаешь.

– Ну спасибо за предупреждение, – ворчу я метле.

Все остатки симпатии к старшей сестре рассеиваются без следа. Только Миранда могла воспринять уход наставницы так, будто та специально померла, чтобы добавить ей проблем.

Все мысли о явлении Маргарет и коробке, которую она мне прислала, отходят на задний план. Мне нужно прочистить голову. При такой непогоде было бы неразумно идти в лес. Значит, надо приниматься за готовку.

Высыпаю в сковороду нут и лесные грибы, чтобы запечь их в духовке. Добавляю лимоны, чеснок и розмарин для вкуса. Голос матери эхом раздается в моей голове, когда я нарезаю травы.

– Что это, Геката?

Она указывает на растение с десятками тонких зеленых иголок, торчащих из длинного тонкого стебля.

– Розмарин.

– Очень хорошо, – кивает мама. – А для чего нужен розмарин?

– Оттенить вкус подливки? – отвечаю я через мгновение. Она смеется.

– Это, конечно, один из вариантов. Любой – ведьма, колдун или простой смертный – может использовать розмарин, чтобы придать блюду прекрасный вкус. Но у него есть и другие свойства. Розмарин – для памяти. В руках грамотной ведьмы розмарин может подкрепить и усилить ее намерение почтить память предков. Понимаешь?

Я качаю головой. Моя мать берет стебель розмарина и объясняет, спокойно и терпеливо:

– Любую магию питает намерение. Это желание что-то сделать и повысить шансы на успех. – Она протягивает мне траву, чтобы я рассмотрела листья. – В конце концов, что есть магия, как не способ повернуть судьбу в свою пользу. Усилить вероятность желаемого результата. В Атлантическом ключе мы опираемся на собственное намерение и магию тех ведьм, что были до нас. Души их уходят, но силы остаются. Эта мощь у тебя в крови. – Она щекочет мне нос другой веточкой розмарина, и я пищу от неожиданности. – Однако, – продолжает мать, – сила требует жертв. Иначе она начнет питаться тобой.

Я испуганно таращусь на нее, и мама смеется.

– Не бойся, милая. В нашем ковене волноваться об этом стоит лишь тем, кто практикует метамагию. К счастью, все в этом мире способно давать пищу намерению. Растения, животные, технологии. Если ты можешь этого коснуться, увидеть или представить – оно усилит твои магические таланты. Как ведьма пограничья, ты работаешь с природой. Травы и растения помогут тебе направлять намерение. Очень важно знать, на что можно опереться в своем ремесле. – Она указывает на прочие травы. – Шалфей для мудрости. Сушеные лепестки роз для любви. Тимьян, петрушка, орегано. Все, что можно найти на любой кухне. Запиши это, Геката.

Края овощей и трав начинают припекаться, пока я вытираю слезы с глаз. От внезапного приступа горя, вызванного воспоминанием о моем первом уроке магии, перехватывает дух. Прошло четыре месяца с маминой смерти, а тоска по ней все еще остра, как битое стекло.

Всхлипывая и шмыгая носом, я обжариваю куриную грудку и варю пачку купленных в магазине макарон в воде соленой, как Ипсвичский залив. Когда нут с грибами остывают, я выкладываю на тарелку макароны, курицу и овощи. Последние штрихи – шарик моцареллы, выдержанный пармезан, свежее масло и несколько капель бальзамического уксуса.

Острота и соль от уксуса и пармезана, свежесть от лимона и моцареллы и землистая нотка трав и грибов. Даже со все еще