Норман Хьюз - Лавина

В щегольских юфтевых сапогах, шелковой рубахе и тонком плаще, без огня, палатки и одеяла… Киммерийцу здорово повезет, если к утру он не превратится в сосульку.

Знать бы еще, где эта проклятая долина!..

И вот — неожиданная встреча.

Девушку, должно быть, тоже застал врасплох сход лавины. Северянин обнаружил ее в укрытии под скалой, совершенно замерзшую, но невреди¬мую. Основная масса снега сошла в стороне, и незнакомка оказалась в безопасности. Но, похоже, сорвавшийся с каменной стены обломок уда¬рил ее по затылку, — Конан обнаружил кровь в светлых волосах, — и она потеряла сознание. А холод поспешил воспользоваться этим…

Но сейчас, в объятиях северянина, — которому, после всех пережитых приключений, приятно было прижать к груди хорошенькую девчонку, — она отогрелась и слабо шевельнулась. Дрогнули веки, — ив лицо северянина уставились испуган¬ные серые глаза.

— К-кто ты такой?

Он понимал ее без труда: она говорила на привычном наречии кезанкийских горцев, и это тут же успокоило северянина. Значит, по крайней мере, никакое колдовство не перенесло их караван на другой конец света, или и вовсе в иной мир, о чем всерьез уже начинали поговаривать накануне самые пугливые из караванщиков…

В двух словах Конан объяснил незнакомке, кто он такой и как оказался здесь.

— А ты сама?

Девушку звали Кайта. И для варвара было огромным облегчением услышать, что она и впрямь родом из заветной долины, и идти туда совсем недалеко. К вечеру они будут на месте…

Обрадованный, северянин поднялся на ноги легко, словно и не чувствуя усталости.

— Ты сможешь идти? — обратился он к Кайте? — Или тебя придется нести на руках?

Она смерила его оценивающим взглядом, не скрывая восхищения мощной фигурой киммерийца.

— Это было бы приятно, но… Так мы слишком задержимся в пути, и ты устанешь. А нам надо скорее вернуться домой.

По счастью, когда они прошли чуть дальше по склону, то там, куда лавина не смогла дотянуться, в целости и сохранности обнаружили тропу, ведущую через перевал. Несмотря на выпавший недавно снег, было заметно, что этой дорогой нередко пользовались, и идти здесь оказалось легко.

Избавившись от тревоги за ближайшее будущее, Конан наконец смог подумать и о прошлом. До сих пор у него не было ни единого лишнего мгновения, чтобы тратить время на пустые до¬мыслы и тревоги, но теперь, когда он с каждым шагом приближался к загадочной долине, единственный вопрос мучил его все сильнее:

Кто и почему не хотел, чтобы их караван достиг цели?

Кто боялся их прихода так сильно, что вызвал лавину?!

Жесткий, хладнокровный убийца, не останавливающийся ни перед чем…

В первый момент, когда он. только заметил Кайту на снегу под скалой, у Конана мелькнула мысль: не она ли кричала с вершины те страшные слова, что обрушили снежную смерть на невинных людей. Но ни голосом, ни статью, ни одеждой девушка ничуть не походила на загадочного убийцу. Северянин гордился своим умением разбираться в людях, и сейчас был твердо убежден: Кайта — такая же невинная жертва, как и он сам.

Однако ей может быть известно нечто такое, что прольет свет на всю эту таинственную исто¬рию…

— Ты знаешь того, кто вызвал лавину? — спросил он ее напрямик.

Она молчала очень долго. Так долго, что, помимо воли, мрачные подозрения вновь всколыхнулись в душе киммерийца. Но затем девушка начала свой рассказ, и когда закончила, пришел его черед долго, очень долго хранить молчание.

— Я помогу вам отомстить! — Вот и все, что он сказал наконец.

Он обнял Кайту за плечи, и она доверчиво прильнула к северянину, с надеждой глядя в его синие глаза, в которых полыхал неукротимый гневный огонь.

— И как давно ведьма не пускает вас в доли¬ну?

…Все оказалось именно так, как рассказывала ему девушка. Убогие лачужки, засыпанные сне¬гом почти до самых окон. Еле тлеющий огонь в очаге. Скудная похлебка из каких-то кореньев… И усталые, изможденные лица людей, вынужден¬ных ожесточенно, изо дня в день бороться за вы¬живание, без малейшей надежды на успех.

Вместо Кайты на вопрос северянина ответил ее отец, тощий, жилистый мужчина с горящими ненавистью глазами:

— Полтора десятка лет… может, и больше. Она, к примеру, — он указал на дочь, — и вовсе там не была никогда. Только издали и может по¬любоваться… пока Стражи не подоспеют.

Конан задумчиво хмыкнул, грея ладони об глиняную кружку с кипятком, — иных напитков, кроме воды, в этом нищем поселке не водилось.

— Но почему вы не уйдете отсюда? Мир ве¬лик. Есть места и получше вашей долины…

— Тебе не понять, чужак. — Это вступила в разговор мать Кайты, такая же истощенная и оз¬лобленная, как и ее муж. — Там — наш дом. И там — наше сокровище…

— Сокровище? — мигом заинтересовался ким¬мериец.

Но отец Кайты лишь покачал головой.

— Нет, это не драгоценность. Это просто… ре¬ликвия нашего племени. Но… — он внезапно встрепенулся, словно осознав скрытый смысл во¬проса северянина. — Если ты поможешь нам вер¬нуться в долину, мы сумеем расплатиться с то¬бой. Там, в замке, немало ценностей…

Однако в ответ Конан лишь покачал головой. Если все, что рассказали ему селяне, — правда… Он взялся за меч, словно готовый немедленно ринуться в бой.

— Эта ваша ведьма убила моего друга. Убила подло, из прихоти. Как вы говорите, только ради того, чтобы ваш поселок не получил товаров, ко¬торый вез караван… Я не возьму ни гроша за то, чтобы уничтожить ее. Подобная гнусность не имеет права поганить собой землю. Если оста¬вить ее безнаказанной, боги мне этого не про¬стят!

Теперь родные девушки и она сама взирали на северянина с благоговением. Мать Кайты вы¬скользнула за дверь, — и вскоре весь дом напол¬нился гомонящими, оживленными людьми. В крохотной лачуге поместились далеко не все. Ос¬тальные толпились во дворе, заглядывая в окна и через дверь, в надежде хоть одним глазком увидеть своего будущего спасителя. Смущенный таким вниманием, Конан обвел людей недоумен¬ным взглядом:

— Но вас ведь, как я вижу, немало. Почему вы сами не сумели совладать с ведьмой? И поче¬му думаете, что это под силу мне одному?!

Старуха, сморщенная и беззубая, протисну¬лась вперед, цепко ухватив киммерийца за руку.

— Ведьма не всемогуща! Ее колдовские стра¬жи убивают только нас, бывших жителей доли¬ны. Только мы видим их — и только мы падаем под ударами их огненных копий. Но те люди, ко¬торых ведьма никогда не видела в глаза… против них она бессильна. Вот почему она так боится ка¬раванов из Большого Мира. Она опасается таких людей, как ты. Кто пройдет напролом через все ее преграды — и наконец уничтожит ее подлое колдовство!