Осколки. Мир первый: Деймос - Игорь Николаевич Конычев

Но у судьбы были другие планы.

Что-то влажное и липкое терло мое лицо. Именно поэтому я и очнулся. Разомкнуть слипшиеся веки оказалось совсем не просто. Все тело затекло и налилось тяжестью. На ноги что-то давило…

Кто-то рядом заскулил.

Показалось?..

Собрав все силы, я поднял руки и поднес их к лицу. На кожу упало что-то холодное и приятное. Снег. Наверное, он меня присыпал и теперь сваливался с одежды. Кое-как растерев лицо холодными колючими кристаллами, я снова почувствовал себя живым.

По крайней мере, отчасти.

Я открыл глаза. Все вокруг расплывалось. Поморгав и потерев глаза, я вдруг встретился взглядом с двумя красными огоньками. Они были совсем близко…

Гарм⁈

Я рванулся изо всех сил, но только неуклюже взмахнул руками и, так и не поднявшись, растянулся на снегу. Но встать помешала не намерзшая ледяная корка, а тело Веры, которое лежало на моих ногах, стесняя движения.

Память, в отличие от зрения, вернулась куда быстрее. Но сейчас мне было не до сентиментальности. Высвободив ноги, я заработал локтями, отползая назад так быстро, как только мог. Пара красных огоньков следовала за мной. Теперь я мог разобрать и темнеющие на фоне снега очертания гарма.

Затылок врезался во что-то твердое. В ушах зашумело.

Глаза-огоньки замерли прямо напротив меня и…

— Рекв… — лица снова коснулось что-то липкое и влажное, и я осекся.

Зрение, наконец, вернулось, и я увидел того самого гарма. Жалобно поскуливая, он вылизывал мое лицо. Это был щенок. Совсем еще мелкий, он чем-то напоминал щенка добермана, но со статью молодого алабая.

— Ты меня облизываешь или моешь перед тем, как съесть? — осторожно спросил я, пытаясь отстраниться от назойливого внимания щенка.

Гарм издал какой-то утробный звук, чем-то похожий на лай, и завилял черным хвостом. Если бы не красные глаза, он выглядел бы вполне обычным псом. Щенок подошел ближе и начал меня обнюхивать.

Не зная, чего ожидать, я решил не шевелиться. Гарм дважды лизнул меня в заросшую щетиной щеку, и вдруг улегся рядом, привалившись теплым боком к моей ноге. Это ощущение показалось смутно знакомым.

Я проследил взглядом свой недавний путь и осмотрел место, где пришел в себя. Рядом с отпечатком, который оставило на снегу мое тело, был еще один, поменьше. Этот щенок лежал рядом со мной, когда я валялся без сознания.

Наши следы плавно засыпал кружащийся снег. Прямо на моих глазах он начал падать гораздо быстрее и уже не плавно опускался вниз, а стремительно летел к земле, подгоняемый завывающим ветром. Начинается метель?..

Вовремя я пришел в себя. Сколько я тут пролежал? Откуда взялся гарм? И, что самое интересное, почему он меня не сожрал?

— Ну и почему ты меня не сожрал? — спросил я у гарма.

Он как-то уловил, что я обращаюсь к нему, поднял на меня взгляд и снова вильнул хвостом.

Чудеса, да и только…

Я рассеянно погладил щенка по загривку. Шерсть у него была жесткой и черной. С радостью приняв ласку, гарм перевернулся на спину, подставляя тощий живот.

Ага, ты у нас очень голодный… мальчик.

Я не слишком хорошо разбирался во флоре и фауне Деймоса. Точнее почти никак не разбирался. Но с гармами познакомиться уже успел. Насколько я мог судить — эти кровожадные твари жрали все подряд. Отто говорил, что они нападали на волков и даже медведей. Трупами тоже не брезговали. Но, то взрослые особи…

На всякий случая я ощупал себя — все на месте. Я поднялся и, пошатываясь, побрел к телу Веры. Гарм вскочил и посеменил следом. Опустившись на колени, я стряхнул с мертвой девушки снег. Следов укусов нигде не было. Щенок обнюхал девушку, лизнул в щеку, а потом неожиданно заскулил и посмотрел на меня грустными глазами.

Ничего не понимаю.

— Ты вегетарианец что ли? — спросил я у пса.

Разумеется, он не ответил.

— Ладно, пойдем, поищем что-нибудь… — я поднялся.

Где-то здесь должны валяться седельные сумки, которые я тащил в гору. Осталось найти их среди снега. Я начал расхаживать взад-вперед, разбрасывая ногами снежные завалы и пытаясь вспомнить, куда упали сумки.

Гарм не отставал ни на шаг и даже помогал — мощными лапами он разрывал сугробы и то и дело заискивающе поглядывал на меня, словно ждал одобрения.

— Молодец, хороший мальчик, — похвалил я, и получил в ответ радостный «гав».

* * *

Вскоре наши совместные усилия дали плоды — сумка с припасами нашлась в одном из множества сугробов. К этому времени я порядком замерз, так что пришлось немного повозиться с ремнями и завязками — пальцы плохо слушались.

Наконец, я получил доступ к припасам. Несмотря на то, что очень хотелось пить, фляги с водой полетели в пропасть — память о том, как колдовство Мартина чуть не вывернуло меня наизнанку, никуда не делась. Лучше умереть от жажды, чем влить в себя эти помои!

Пока гарм ел снег, я вытащил из сумки подмерзлое вяленое мясо и лепешки, теперь еще больше походившие на деревяшки, как по вкусу, так и по плотности. Но это лучше, чем ничего. Не снег же мне есть, право слово.

Кстати, об этом. Гарм уже стоял рядом со мной и не сводил глаз с мяса. Бедняга, заливал снег слюной и тихо поскуливал. Но отбирать мясо он не собирался. Терпеливо ждал, когда я с ним поделюсь.

А стоит ли делиться? Поначалу я раздумывал над тем, чтобы избавиться от щенка. Нет, я не живодер, и убивать или обижать животное не стану. Конечно, если оно не нападет первым. Я хотел накричать на пса, как-то напугать его и прогнать.

Но теперь усомнился в правильности такого решения. Да, гармы опасны, но этот не сделал мне ничего плохого. Наоборот, он, можно сказать, меня спас. К тому же, приятно осознавать, что рядом есть живая душа.

Я взглянул на Веру и грустно вздохнул. Жаль, что все так получилось. Надо что-то сделать с телом, пока…

Щенок вдруг заскулил и попятился.

— Ты чего? — не понял я.

Я проследил за его взглядом и попятился уже сам. По горе к нам поднимались гармы. Взрослые. С горящими злобой глазами. С их клыков тоже капала слюна, но только смотрели они не на вяленое мясо, а на живое. Мое.

— Это не твои друзья, да? — спросил я у щенка.

Тот заскулил и спрятался за арку.

Я тоже начал тихо отходить назад, не поворачиваясь