Сокровище Сивояры - Дмитрий Александрович Емец

Филат качнул головой:

– Не только. Видишь эту пену? Это предмагия. То, что потом становится магией. Мы её использовать не можем, а циклопам и другим первосуществам она даёт силу. Им достаточно просто стоять на такой земле, чтобы наполняться силой.

– А почему мы её использовать не можем?

– Примерно потому же, почему мы не едим сырую землю, а едим растения… Хотя и циклопы предпочитают… ну, будем считать, что овечек!

Тоннельсоны, вереща, летели впереди. Тит послал на разведку отряд комариков. Позвякивая шпорами, комарики рассеялись по деревенским улицам, и вскоре их командир – здоровенный комар с висячими усами и польской саблей, которого Тит представил как полковника фон Дистрофиля, – уже зудел о чём-то своему маленькому генералу на ухо.

– Туда! – сказал Тит. – Там большое какое-то строение! И обитаемое! Они говорят, что внутри очень много доноров…

– Кого-кого?

Тит, смутившись, пояснил, что фон Дистрофиль называет так вообще всех магов и заурядцев. Ну и циклопов, видимо, тоже.

* * *

Строение, которое обнаружили комарики фон Дистрофиля, оказалось здоровенным сараем с настежь распахнутыми воротами. Крыша была подпёрта толстенными брёвнами. Во дворе ржавел остов зерноуборочного комбайна, переделанного под жаровню. В жаровне ярко пылал огонь, над которым на вертеле крутилась коровья туша.

Вертел вращал огромный циклоп в кожаном фартуке. Лапища у циклопа была такая, что, если бы он просто, даже не прилагая усилий, опустил её на плечо человеку, тот просел бы до земли.

Настасья перекинула косу за спину и с видом учительницы, собирающейся познакомиться с новым учеником, направилась к циклопу, однако Бермята решительно поймал её за локоть и отодвинул в сторону:

– Нет уж! Общение с местным населением предоставь мне! – Он торопливо достал из кармана крошечную книжечку, подул на неё – и книга, во много раз увеличившись, превратилась в толстенный том «Жоржетта Смузи. Мостик взаимопонимания, или Как общаться с представителями различных магических культур, чтобы они вас правильно поняли». По страницам книги и по обложке бегала сама авторша – маленькая француженка в высоком парике. – Циклопы, – шепнул ей Бермята, потому что здоровенный циклоп уже таращился на него пылающим глазом и говорить громче было опасно.

Француженка забегала по страницам, отважно ныряя в толщу книги.

– Чирик-чик-чик! Чи-чи-чи-ри! Прыгнуть на одной ножке и потрясти головой! – подсказала она изнутри.

– Девиант двудольный! Чего-о? – не понял Бермята.

– Это страница про воробьёв-оборотней. Дико извиняюсь, месье! При встрече с циклопом надо сказать: «Желаю вам долгих дней и мирных ночей, о почтеннейший! Да растёт ваша борода! Да плодятся ваши бараны! Да украдут ваши сыновья много толстых и здоровых жён!»

– Ага! Благодарю! – Бермята ещё раз подул на книжечку, спрятал её и, перемахнув через изгородь, направился к циклопу.

Подошёл к нему и остановился. Циклопу Бермята доставал примерно до пупка, хотя, возможно, это был не самый высокий представитель вида. Ева с Филатом не услышали, что именно Бермята ему сказал, но циклоп вдруг с возмущением выпрямился, затем сцепил обе руки, занёс их над головой и, присев, нанёс по земле сильнейший удар. Там, где только что стоял Бермята, образовалась приличная вмятина.

– Стиль «заколачивание свай»! – сказал Филат. – С циклопами сложно. Они магии практически не применяют. У них одна магия – удар дубины. Хотя и кулаками могут!

Бермята уже нёсся к ним короткими перебежками. Циклоп его не преследовал.

– Ну как? – ехидно спросила Настасья. – Много толстых жён украли его сыновья?

– Кажется, это была женщина! Напрасно я ляпнул про бороду! – Бермята хотел вновь достать свою книжку, но к циклопихе, треща крылышками, уже устремились Тоннельсоны и, носясь у неё перед носом, что-то запищали про бедных, несчастных сироток. Пулемаг Задора предусмотрительно забросила на ремне за спину.

– Стиль «цыганский цирк»! Уровень игры невысокий! – оценил Филат.

Однако циклопиха не была строгим ценителем. Вскоре Задора уже прыгала на её плече, а Ниська сидела у неё на ладони. Циклопиха разглядывала её и, хихикая, ногтем мизинца пыталась расчёсывать ей волосы.

– Её зовут Люся! – сообщила Задора, подлетая к Настасье. – Ей всего пятнадцать тысяч лет. Она помогает маме. А мама у неё повариха в «Подлом Одиссее». Там сейчас все циклопы. Будут гулять всю ночь. Люся очень сомневается, что кто-то пойдёт чинить наш талисман. У них сегодня праздник. День земли.

– Кабак называется «Подлый Одиссей»? – недоверчиво переспросила Ева.

Задора сделала в воздухе сальто:

– Агасики! Циклопы терпеть не могут Одиссея. У них все кабаки так называются: «Скелет Одиссея», «Лысина Одиссея», «Букашка Одиссей» и так далее. Есть и покруче названия, у кого на что фантазии хватит.

Бермята опять достал свою книжечку и собрался подуть на неё, однако Настасья больше не хотела иметь ничего общего с Жоржеттой Смузи.

– Смена активностей! На месте разберёмся! Идём! – сказала она и направилась к кабаку.

Филат с Евой и Бермята, на плечо к которому всё же успела переползти хитрая Жоржетта Смузи, поспешили за Настасьей. Они ещё не дошли до огромного сарая, когда двери кабака распахнулись и оттуда кувырком вылетел великан-хримтурс. Шлёпнулся на землю и, в панике врезаясь лбом в стены и в столбы, на четвереньках побежал куда-то.

– Вали отсюда, мерзкий Одиссей! – понёсся ему вслед яростный крик.

Филат придержал Еву за руку.

– Пусть первым идёт герой Бермята! – посоветовал он. – Кажется, циклопы уже хорошо развоевались, раз даже хримтурсов бьют! Я их неплохо знаю – без драки у них не обходится ни один праздник. Они их так и отличают: по дракам. День драки. День отличной драки. День, когда тому парню открутили-таки бошку!

Бермята тяжело вздохнул и, обогнав Настасью, первым добрался до входа. Из-под воротника у него выглядывала подсказывающая ему Жоржетта. Толкнув дверь, Бермята ворвался в просторное, ярко освещённое факелами помещение. Ослеплённый, он в первую секунду ничего не смог разглядеть и наудачу крикнул прямо в гул голосов:

– Почтеннейшие! Беззащитные путники, не имеющие при себе значительных средств, но готовые вознаградить вас за доброту и усердие, желали бы воспользоваться вашим гостеприимством! – Выпалив это, Бермята немного подождал ответа и обнаружил, что никто ничего не услышал. Голос его потонул в оре куда более громких голосов. Гулянье было в самом разгаре.

Стожар, Ева и Настасья подхватили Бермяту и задвинули его в уголок потемнее.

– Погоди, давай немного оглядимся! – сказал Филат. – Чего нахрапом лезть? Пришли на мягких лапках, разведали чего надо, ушли.

Разместившись за старой жаровней, они стали изучать обстановку. Макси-фейсы куда-то подевались. Кажется, они тоже уже были внутри и летали вдоль потолка, умело избегая столкновений с факелами.

Чад, крики, треск глиняных кружек. Два подвыпивших оборотня из викингов играли в тяпы