Выпускник. Том 2 - Алексей Ермоленков

сколько я на себя возьму, я вывезу всё, — ответил я, и мы с десяток секунд с отцом Лики смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда.

— Это хорошо, что ты уверен в себе. Рохлю и слабака я бы не подпустил к своей дочери. Я хочу, чтобы ты знал, что, если ты когда-нибудь причинишь вред Ликаниэль, то отвечать ты будешь передо мной и мне плевать, что за тобой будут стоять северяне и сам император. Я накажу тебя так, что другие с ужасом будут вспоминать то, что я с тобой сделаю, — ответил будущий Великий Князь. Что ж, я уважаю его мнение и его решение. Он поступает правильно.

— Благодарю за откровенность. Я вас услышал, и в ответ хочу сказать, что если когда-нибудь перед вами встанет выбор между светлым лесом и жизнью Ликаниель, а вы выберете светлый лес, то я порублю в фарш и вас и весь светлый лес, — ответил я, и Лофтиил едва заметно улыбнулся одними уголками губ. Он услышал то, что хотел услышать.

— Итак, полагаю, что с личными отношениями мы разобрались. Предлагаю перейти к официальной части в неофициальной обстановке, — предложил отец Лики.

— Я согласен, — ответил я, и эльфы тут же принесли довольно большой стол, и накрыли его различными яствами. Вот только в этот раз на стол поставили вино, которое Аталлаил дарил нам. У Лики тут же округлились глаза.

— Для этого есть повод, — пояснил её отец.

Глава 16

Лес светлых эльфов. Город Бирсаль.

— Истинное Древо Жизни? — догадалась Ликаниель.

— Да, но не только. Сегодня я увидел то, что хотел увидеть. Мне доложили, что ты действительно влюбилась, но, признаться, я в это не верил. Дриада Жизни способна полюбить только один раз и только своего избранника. Однако ты сумела возобладать над чувствами к своему избраннику. Я до сих пор не понимаю, как это работает, и почему ты до сих пор не обладаешь силами Дриады Жизни, но я вижу, что твоя любовь чиста. А для меня счастье моей дочери это самое главное. Да и возлюбленный твой оказался не так прост, как может показаться.

— Поэтому я его и полюбила. В него просто невозможно не влюбиться. А по поводу императора, он отказался от нас с Эль. Я его не виню. Он прав. Если бы в то время, когда мы получили от него ответ, он сделал бы нас своими любовницами, могло бы произойти много страшного.

Император указал нам на наши недостатки, и даже спас нас. Именно благодаря тому, что он объяснил нам причину, по которой отказывает, мы и начали работать над собой. А когда стали достойными внимания императора то поняли, что безнадёжно влюблены в Артёма. В результате мы сделали свой выбор. Пусть на всю оставшуюся жизнь мы останемся пустышками, но зато будем счастливы.

— Любимая, я тебе уже говорил, что вы не пустышки. То, что вы до сих пор не овладели силой Дриад Жизни, ещё ни о чём не говорит. Возможно, она всё-таки проснётся в вас. Ведь пробуждает эту силу именно любовь, истинная и чистая. А это значит, что у вас есть все шансы стать Дриадами Жизни. Однако я сделаю официальное заявление.

Если кому-то из эльфов взбредёт в голову самоубийственная идея убить меня, после того, как льета Ликаниель станет Дриадой Жизни или, что ещё хуже, убить наших детей, которые рано или поздно появятся и будут являться полукровками. Я клянусь, что все причастные будут всю свою оставшуюся очень долгую жизнь медленно умирать на алтарях императора. Я попрошу его, чтобы он продлил ваше мучения, как можно дольше. И даже найду способ продлить вашу и без того длинную жизнь.

Надеюсь, я сумел донести до вас мысль о том, что вредить моей семье означает обречь себя и всех причастных к этому на вечные мучения. Немного поясню, чтобы в дальнейшем не возникло недоразумений. Под причастными я имею в виду всех, кто как-либо помогал, либо знал о том, что готовится, либо догадывался, но не сообщил об этом мне, — медленно, чтобы дошло до каждого эльфа, присутствующего здесь, произнес я.

— Я же говорил, что твой избранник не так прост. Он мне нравится и пока он так яростно защищает тебя, он меня будет устраивать. А сейчас, я предлагаю выпить за Истинное Древо Жизни, которое, наконец-то, появилось в светлом лесу, — предложил Лофтиил и поднял бокал с вином. Все последовали его примеру, а затем он обратился ко мне:

— Господин Тёмный, я осмотрел росток Истинного Древа Жизни, и у меня возникло несколько вопросов. Вы позволите их вам задать?

Любопытно. Официальный тон, официальное обращение, видимо, за этим последует официальное предложение, а может и не одно.

— Спрашивайте, льет Лофтиил. — ответил я.

— Как вы вообще додумались влезть на Древо Жизни?

— Лика уснула, а я пошёл в указанном градоначальником направлении. Наверное, свернул куда-то не туда, хотя я вроде и не сворачивал вовсе. В общем, когда мне надоело идти, я огляделся и нашёл наиболее подходящее для ночлега дерево. Палатку лень было раскладывать. Да и мы, Ущербные привыкли спать под открытым небом.

— А вы что не выделили им провожатых? — этот вопрос будущий Великий Князь светлых эльфов адресовал уже градоначальнику.

— Мы не хотели им мешать. По докладам делегации, которая их встречала, они каждую ночь занимались любовью. Мы посчитали, что будет невежливо нарушать их уединение, — ответил градоначальник.

— Понятно. Тогда вопрос снова к вам, господин Тёмный. Как так вышло, что Древо Жизни высохло, а на его месте появился Росток Истинного Древа Жизни?

— У меня есть одно предположение.

— Я вас внимательно слушаю.

— Когда я спал, мне снилось, будто снизу что-то пытается пробиться, но при этом не может. Слой чего-то гибкого и толстого не позволяет ему это сделать. В общем, я разорвал ту, пелену, которая мешала пробиться чему-то снизу, после чего мой сон закончился. А с утра я проснулся от криков какой-то эльфийки, — на самом деле я не соврал, мне действительно снился такой сон и он действительно прервался на том моменте, когда я разорвал эту пелену, если её можно так назвать. Правда, я умолчал о том, что из того разрыва пелены огромным столбом вверх рванул поток силы Жизни.

— Какой-то эльфийки? — усмехнулся будущий Великий