Синий шепот. Книга 1 - Цзюлу Фэйсян

незваного свидетеля разделяло лишь тонкое дверное полотно.

Протянутая к двери рука девушки застыла в воздухе. Если переговоры с братом зашли в тупик, наилучшим выходом для Цзи Юньхэ было бы избавиться от Линь Хаоцина и занять его место. Если все узнают, что Линь Цанлань погиб от руки собственного сына, убийца будет изгнан из долины и отправлен в ссылку указом императора, а лучшим кандидатом на должность правителя окажется Цзи Юньхэ. Захватив власть и устранив всех, кто мог ей помешать, она с легкостью вызволит тритона из плена. Вот только… За дверью маячил покоритель демонов, а она с Линь Хаоцином находилась внутри. Они оба запятнали себя кровью. Кто настоящий убийца Линь Цанланя, теперь не доказать.

Цзи Юньхэ посмотрела на Линь Хаоцина. Он торопливо вышел из внутренних покоев, глядя в упор на Цзи Юньхэ. Оба молчали до тех пор, пока покоритель демонов за дверью не постучался снова:

– Правитель!

Человек был так взволнован, что, казалось, еще немного – и он ворвется внутрь.

– Правителю нездоровится. Он отдыхает, – отозвался наконец Линь Хаоцин. – Из-за чего шум?

Услышав голос молодого господина, покоритель демонов выдохнул с облегчением:

– Докладываю молодому господину! С передних склонов передали весть, что в долину прибыл экипаж принцессы Шуньдэ. Ее императорское высочество уже у главных ворот!

Цзи Юньхэ замерла, ее сердце бешено заколотилось.

– Что? – Линь Хаоцин не верил своим ушам.

– Молодой господин, экипаж принцессы Шуньдэ у главных ворот! Прошу вас побыстрее уведомить правителя о необходимости созвать мастеров и устроить торжественный прием!

Принцесса Шуньдэ… Та, что вознеслась превыше всех и почти вошла в историю как одна из Двух Совершенномудрых[22], внезапно решила почтить долину своим присутствием…

Цзи Юньхэ и Линь Хаоцин посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, перевели взгляд на остывшее тело Линь Цанланя. Цзи Юньхэ едва заметно сжала кулаки. Линь Цанлань умер в очень неудачное время. Если принцесса Шуньдэ узнает, что они вдвоем убили правителя, их ожидает обвинение в измене, непочтительном отношении к старшим[23] и неуважении к верховной власти. При дворе не терпят мятежников, а нетерпимее всех к ним относится принцесса Шуньдэ.

– Молодой господин! – подгонял из-за двери настойчивый голос мастера.

Цзи Юньхэ толкнула локтем растерявшегося Линь Хаоцина. Тот очнулся и взял себя в руки:

– Понял. Собирай мастеров у главных ворот. Я разбужу правителя, и он немедля отправится встречать высокую гостью.

– Слушаюсь. – Покоритель демонов поспешил прочь.

Его спешка была на руку. Благодаря ей мастер не заметил рядом с покоями правителя ничего, что намекало бы на ночное побоище.

Когда гонец скрылся, Линь Хаоцин и Цзи Юньхэ, не произнося ни слова, вернулись во внутренние покои. Бездыханный Линь Цанлань по-прежнему сидел в инвалидном кресле. Его глаза были широко открыты, словно покойный правитель не желал расстаться с этим миром и покорно принять свою кончину. Зияющая на горле рана выглядела ужасно. Линь Хаоцин молча закрыл отцу глаза и с холодной досадой заметил:

– Старик и при жизни был невыносим, и умер не ко времени.

– При жизни его было за что ненавидеть, но в своей смерти он не виноват. – Цзи Юньхэ осмотрелась по сторонам. – Пытаться вынести тело и похоронить его прямо сейчас слишком рискованно, да и не успеть уже.

– Что ты предлагаешь?

Цзи Юньхэ указала на кровать:

– Уложим его и накроем одеялом, чтобы скрыть рану.

– А потом? – криво усмехнулся Линь Хаоцин. – Подождем, пока он воскреснет?

– Если он воскреснет, нам с тобой не жить. Отбрось свой сарказм. Нам двоим есть за что бороться и что между собой делить. Но в присутствии принцессы Шуньдэ мы два кузнечика, связанные одной ниткой. Ты убил Линь Цанланя. Мои руки тоже в крови. Сейчас мы с тобой дружно разыграем спектакль, чтобы как можно скорее выпроводить из долины эту небожительницу, которую никто сюда не звал.

Цзи Юньхэ держалась уверенно и с достоинством, а ее речь звучала гладко и убедительно. Линь Хаоцин убрал с лица глумливую ухмылку.

34

Принцесса Шуньдэ

– Подними Линь Цанланя, уложи в кровать в привычной позе и откати кресло в положенное место. Все должно выглядеть как обычно. Нельзя допустить ни малейшей оплошности. А я пока сотру с пола кровь. – С этими словами Цзи Юньхэ сняла накидку и смочила ее чаем из чайника на столе. – Закончим здесь и вернемся к себе. Переоденемся в чистое, смоем с лица кровь и пойдем встречать принцессу Шуньдэ.

– Вдвоем?

– Да, вдвоем. – Ползая на коленях, Цзи Юньхэ оттирала с пола кровь. – Скажем принцессе, что вчера правитель слег от тяжелой болезни, не встает с кровати и силы его на исходе.

Смывая с пола кровь, девушка добралась до угла, где лежала горстка праха, в которую обратилась Цин Шу. Отложив окровавленную одежду в сторону, Цзи Юньхэ собрала прах и ссыпала его в цветочный горшок.

– Шевелись давай, – бросила девушка Линь Хаоцину. – У нас мало времени.

Вдвоем они быстро навели порядок в покоях правителя и, стараясь не попадаться никому на глаза, разошлись по домам, чтобы сменить одежду. Они договорились встретиться у главных ворот в долину.

Весенние цветы за пределами долины уже распустились. Все утопало в изумрудной зелени.

Смыв с лица кровь и сменив перепачканную кровью одежду, Цзи Юньхэ и Линь Хаоцин молча встали слева и справа от ворот, старательно разыгрывая привычные роли верховного стража и молодого правителя, которые не ладят между собой.

Обменявшись быстрым взглядом, они уставились на узкую тропу, терпеливо ожидая, когда легендарная принцесса Шуньдэ прибудет в долину в сопровождении весеннего ветра.

Вскоре издали донесся прерывистый топот множества пеших и конных солдат. Не нужно было видеть кортеж, чтобы понять: визит принцессы обставлен с помпезностью.

Долина Покорителей Демонов находилась на юго-востоке, в глухом захолустье, удаленном от городов и сел, и редко принимала высоких гостей при полном параде. Большинство покорителей демонов жили в долине с самого детства. Мало кому доводилось покидать пределы долины, за исключением разве что таких выдающихся мастеров, как Сюэ Саньюэ. Заслышав далекий шум, мастера загалдели, строя догадки и изнывая от любопытства. Всем не терпелось увидеть ту, что стояла на самой вершине в иерархии императорского дома.

Топот постепенно приближался. Первым на тропе показалось алое знамя, на котором был вышит величественный пятипалый дракон. Ярко-желтый дракон символизировал высшую власть императора, но принцессе Шуньдэ нравился красный цвет – как можно более яркий и сочный. Поэтому ее штандартом стало алое полотнище с вышитым золотой нитью драконом. На протяжении всей истории императорского дома принцессы и императрицы