Главное выжить - Елена Николаевна Маруфенина

к двери, разговаривать со мной не стал. Ладно, сейчас не буду его трогать, а Лисе поставлю на вид, пусть поговорит с ним. Нельзя так.

Влад появился, как всегда, неожиданно. Вы будете смеяться, но я столкнулась с ним в дверях столовой.

–Я тебя звал, ты и пришла,– обняв меня, шепнул мне на ухо он.

–Я тебя ждала, уже все жданики съела,– повисла я у него на шее.

–Кого съела?– Удивился Влад,– это, что за слово такое?

–Не знаю, бабушка моя всегда так говорила. Когда кого-то долго ждёшь, значит все жданики съела, – ответила я.

–Ты так и потолстеешь, если всё время будешь, свои жданики есть,– улыбнулся Влад.

–А ты, что меня толстую сразу разлюбишь,– в том же тоне ответила я ему.

–Я тебя, милая, очень, очень люблю. Но сейчас надо решить серьёзную проблему.– Приземлил меня Влад,– В общем, мздоимцев мы взяли. Поговорили с ними и решили уничтожить всю банду.

Я охнула и закрыла рот рукой,– боже, всех?

–Успокойся, уничтожить, не значит убить, чего ужасаешься. Оставлять их нельзя, они опять пакостить начнут. Мальчишки, им от силы девятнадцать – двадцать лет. Мы их всех привезли сюда.

–И чего мы с ними делать будем? А ты уверен, что они захотят мирно жить? Я не собираюсь воспитывать недорослей.– Возмутилась я.

–Вот мы и подошли к главной теме нашего разговора,– продолжил он,– они наши пленные, мы им на ноги оденем цепи, пусть всю грязную работу выполняют. На ночь закроем в бункере. Идеальное место.

–Постой, это что же получается, у нас рабы будут?– выпучила я глаза на Влада,– сдурел?! Не ну, я всё понимаю, мир катится к чертям, но мы-то не должны катиться вместе с ним! Мы должны оставаться людьми! Давай, сейчас скатимся до рабов, потом ведьм жечь начнём! Алё! Двадцать первый век!– перешла я на крик.

–Всё,– спокойно заговорил Влад, дав мне выговориться,– пошли со мной. Пошли, пошли.– Потянул меня на улицу он.

Мы молча шли до дома Дока. В моей голове не укладывалось, как это у нас будут рабы. Бред, средние века, что ли?

–Док, – позвал Влад открывая дверь, – я с Алёной, можно?

–Да, заходите, – раздалось из комнаты, – я батюшке раны обрабатываю. Чего хотели?

–Раны? – Я вопросительно глянула на Влада. О том, что кто-то ранен, он не говорил.

– Иди, тебе надо это увидеть,– подтолкнул меня в комнату Влад.

Зайдя в комнату увидела Дока склонившегося над …… То, что это мужчина, я поняла по длинной бороде. На кушетке лежал сплошной кровоподтёк. Лица не было видно из-за спёкшейся крови, пальцы рук похожи на сардельки синего цвета, живот в ужасных ожогах. Я отвернулась.

–Это кто? – Сглотнув ком в горле, спросила я.

–Это батюшка местной церкви. Помнишь, когда мы познакомились колокола на церкви звучали. Так вот, это отец Николай оставшихся в живых, к церкви призывал. А вот эти пацаны его пытали, им очень интересно было, спасёт бог его или нет.– Рассказывал Влад.

–Здравствуйте,– в комнату вошла Надежда Яковлевна, – Док, я осмотрела девочку, крови много потеряла, если и выживет, то умом тронется, такое пережить невозможно. Там девочка,– обратилась она ко мне,– без сознания, эти ублюдки её месяц насиловали. Да ещё с извращениями. – Она тяжело вздохнула.

–Ну, – глянул Влад на меня,– дальше жалеть будем? Если честно, мы самых рьяных в расход пустили, а эти десять, так, заблудшие овечки. На них и смотреть жалко, расстреливать рука не поднимается.

Мы вышли на улицу. У меня из глаз катились слёзы, я и не пыталась их остановить. Как! Как так можно! За что! Что им сделал служитель церкви? А девочка? Надежда Яковлевна говорит, ей лет пятнадцать. Ребёнок совсем. Ну, почему, почему люди звереют? У меня начиналась истерика.

Влад обнял меня за плечи и повёл домой. Я не сопротивлялась. Дома, усадив меня в кресло, Влад сделал мне горячего вина, укутал в плед. Мне полегчало.

–Ну вот встретила, называется, любимого из рейда, – вздохнула я, когда Влад выходил из душа.

–Конечно, встретила, – сел рядом на подлокотник кресла Влад, – вода горячая, а на ужин сейчас сходим. Тебе легче?

–Да, – кивнула я, – истерика закончилась, на душе тяжело.

–Тут уж ничего не поделаешь, отключаться надо уметь. Это со временем приходит. Научишься. Если жизнь будет такая и дальше, ещё не раз со зверством встретится, придётся. Крепись. Идёт незримая война.

В дверь постучали. Влад глянул на меня, я пожала плечами.

– Да, заходите, – пошёл навстречу пришедшему Влад. Поговорив с кем-то в коридоре, пригласил его в дом. На пороге комнаты появился высокий военный, со шрамом на лице.

–Знакомься, Алёна это Рыбак. – Представил гостя Влад.

–Сергей, – наклонил голову военный. – Рыбак это мой позывной, а для вас, Сергей.

– Очень приятно, Алёна, – встала я с кресла. – Проходите, присаживайтесь,– указала я на диван.

–Спасибо, я вот чего пришёл, – начал Сергей, усаживаясь, – как ты и говорил часть пустая. Мы её заняли, обжились, порядок навели. Жратвы нам там до скончания века. Да только век у нас короткий будет, если мы в ней закрытые сидеть будем. С ума сойдём. Может нас можно к вам? Не жить мы будем в части, – поторопился он сказать, как будто боялся, что мы откажем. – А вот в рейдах ваших участвовать, в охране?

– Я ждал этого, – расплылся в улыбке Влад, – я очень этого ждал. Знал, что заставить тебя нельзя, уверенный был, что ты сам придёшь. Рад! Я очень рад. Сейчас ужинать пошли, а завтра с утра решим, куда блокпост переносить.

–Значит добро, – Рыбак встал навстречу Владу, – чёрт ты Хохол, хитрый чёрт.

Мужчины обнялись.

Вот, что значит весна. Ещё шестой час утра, а на улице уже светло. Меня, ещё до будильника разбудил петух. Уже вторую неделю я просыпаюсь под его, нет под их, бодрое кукареканье. Когда у нас был один петух, его неслышно было. Сейчас их пять! Потому что курочек больше пятидесяти голов. И только начинает светать, они просыпаются, и начинается всеобщая побудка. Хотя баба Соня говорит, что петухи начинают орать с часа ночи, каждые два часа. Но может, они ночью шёпотом орут? По крайней мере, спать не мешают, зато, когда рассвет.....

Ладно, сейчас и будильник сработает. Влад сегодня дома не ночевал, в карауле, так что я одна дома.

Сегодня уже седьмое марта, со вчерашнего вечера наши мужчины и мальчики ходят загадочными, сюрприз нам готовят.

Вторую неделю у нас живут пленные. Как Влад и говорил, им на ноги намотали цепь.