Зелье предательства - Эмили Аррентс

спросил Заид.

– Сан Эсам. – Он отвесил лёгкий поклон.

– Сан Эсам, спасибо вам за вашу помощь, – в свою очередь поклонился Заид.

– Всегда пожалуйста. Я живу в доме из жёлтых кирпичей, вон там, на углу.

Теперь, когда я уверился, что Эсам был санджи, мне стало любопытно, почему такому человеку приходится просить милостыню на улицах Рахамада. Неужели он изгой?

– Я могу расспросить вас о вашем замечательном зверьке? – осмелел я.

– Каком зверьке? – Он улыбнулся и покинул нас.

– Вы уже знакомы, и санджи был чем-то тебе обязан? – недоверчиво спросил Заид.

– Мне кажется, будто я медленно схожу с ума, – пробормотал я.

– Брось. Пойдём домой. Весь город услышит об этом до исхода часа. Мы можем забыть о торговле.

Всю дорогу домой я не сводил глаз с крыш.

* * *

Демиян грохнул свой стакан об пол кухни.

– Куда всё катится?! Как я могу выпускать своих детей за порог, когда настали такие времена?!

Рассказ о нападении совсем расстроил его. Вдобавок Демиян только что назвал меня сыном.

– Прости меня, мальчик. Я не хотел… – Он почесал голову. – Мы привязались к тебе.

Сердце моё ожило. Эта семья дала мне кров, который стал мне домом.

– Я тоже привязался к вам.

Как же сильно мне не хватало отца. Как мне хотелось ещё раз поговорить с ним. Хотя бы раз, чтобы сказать ему, как сильно я его любил.

– Если бы не Таран, я бы умер сегодня, – сказал Заид.

Я покачал головой:

– Ты преувеличиваешь.

Демиян положил руку мне на плечо.

– Принимая похвалу, ты не показываешь, что возгордился. Ты показываешь, что готов получить что-то взамен того, что отдал.

Я исправился:

– Спасибо, Заид.

Тот снова меня обнял.

– Что тут произошло? – Инара уставилась на осколки стекла на полу. Она нахмурилась. – Почему Заид обнимает Тарана?

Друг, ухмыльнувшись, выпустил меня.

– Ревнуешь?

Я надеялся, что ответ Инары не выдаст лишнего. Она поморщилась, но сообразила подыграть.

– Я лучше обниму одну из наших яблонь, – парировала она.

Заид расхохотался и хлопнул меня по плечу. Я должен признать, что был уязвлён, хотя широко улыбнулся. Я тоже умею актёрствовать.

– Не знаю, сделает ли это яблоню счастливой, – засмеялся я. – Или хотя бы счастливее меня.

Её глаза вспыхнули.

– Дерево и поприятнее тебя.

– Вот это сильно, – захихикал Заид, скрестив руки на груди.

Демиян настороженно следил за разговором.

Я сказал то, чего говорить не следовало:

– Надеюсь, хоть Низам победит дерево.

Инара вымученно улыбнулась, и глаза у неё заблестели от подступавших слёз.

Никогда ещё она не выглядела такой надломленной. Она старалась это скрыть, но я смотрел сквозь её маску. Инара прошла мимо нас.

– Простите, – проговорил я. – Я немедленно извинюсь. – Сердце ныло от чувства вины.

Заид остановил меня:

– Не бери в голову. Она слишком остро реагирует.

– Она расстроилась, и это всё из-за меня. – Я набрался храбрости взглянуть на Демияна. – Я сейчас же всё исправлю.

Мужчина смотрел на меня скорее обеспокоенно, чем рассерженно. Никто не остановил меня, когда я пошёл следом за Инарой. Может, я только сделаю всё хуже. Как обычно.

– Инара? – я постучал в дверь её комнаты.

– Уходи, Таран, – отозвалась она.

– Я не уйду. – Я прислонился к косяку. – Я буду стоять тут, пока ты меня не впустишь.

Дверь неожиданно распахнулась. Это оказалось проще, чем я думал.

Инара села на кровать и принялась листать книгу.

– У меня нет настроения разговаривать.

– Это хорошо, потому что я здесь не затем, чтобы разговаривать. Я должен извиниться.

– Мне ничего от тебя не нужно, – отрезала Инара. – И уж точно не твои извинения.

– Я сожалею о том, что только что случилось, – сказал я. – Я не хотел причинить тебе боль.

– Пожалуйста, ты можешь замолчать? – Голос её дрожал.

– Ты важна для меня, – ответил я. – Раз за разом я доказываю, что не достоин тебя.

Тут Инара в первый раз посмотрела на меня – с таким усталым выражением, будто я сморозил глупость. Может, так было. Я ничего не мог с собой поделать. Как же мне хотелось показать ей – дать почувствовать, – как много она для меня значит.

– Вот видишь, – произнесла Инара тихо. – Если ты собираешься говорить глупости, лучше просто ничего не говорить. – Это прозвучало так, будто она достигла глубин отчаяния.

Я подошёл к кровати, сел и захлопнул её книгу.

– Я всё же думаю, что тебе следует найти человека, которого ты заслуживаешь. Я не он.

Взгляд её был как осколок стекла.

– Я не могу выносить эту боль в сердце, Таран. Я люблю тебя, не Низама.

– Меня пора сбросить со счетов. Инара, я стою на краю могилы. Кто выбирает умирающего?

– Не говори так.

Я встал и прошёлся по комнате.

– Я умираю. Я почти мёртв. Всё, что мне остаётся – помочь Амиру, пока этого не случилось.

– Таран, пожалуйста… – Инара встала. Книга с громким стуком упала на пол.

– Я буду бороться до последнего, пока не сделаю то, что должен сделать, до того как…

Она прижалась губами к моим губам. Прежде чем я успел передумать, я уже целовал её. В пылу момента я подсадил её на письменный стол, растворившись в чувстве любви, которое я испытывал к ней. Другие книги попадали на пол.

– Извини, – пробормотал я. – Разве я дам тебе…

Инара притянула меня к себе и впилась в мои губы. Жаркое чувство разлилось изнутри, когда мой язык коснулся её языка.

Прекрати. Пожалуйста, прекрати. Я окончательно потеряю себя.

Пальцы Инары скользнули к моему животу. Я ахнул.

Мне было больно отстраняться от неё, видеть разочарование в её глазах. У меня было такое чувство, будто я с кровью отрываю себя от неё.

– Извини, – сказал я и выбежал из комнаты.

Глава 31

Сахир

Осёдланный верблюд ждал меня. Совет будет поражён тем, что я им покажу.

– Будь осторожен, – окликнула меня с порога Ясмина. Рука её лежала на головёнке Самиры. Всякий раз, как я отправлялся в Таху, моя дочь сжимала ручки в кулаки и надувала губки. Одного взгляда на мою малышку хватало, чтобы согреть сердце.

Я всегда был осторожен, особенно встречаясь с Советом. Самые могущественные люди Сарадана, собравшись в одной комнате, могли устроить множество неприятностей. Однако султан доверял каждому из нас. По отдельности.

Я был готов, хотя мне следовало опасаться перебежчиков. Поскольку власть Яссина росла с каждым днём, нельзя было исключить того, что он приобретёт последователей. Последователей, также страдавших от Отклонения, последователей, овладевших Мёртвой магией.

Я вошёл в здание с высоко