Рассказы о мире Нэстэ (СИ) - Щукин Михаил Николаевич

Ей казалось, что она бежит изо всех сил. Но на самом деле в сгущающихся сумерках маленькая девочка едва брела, то и дело спотыкаясь и падая. При этом почти на полном автомате стараясь уберечь от повреждений любимый инструмент. Не давая себе и секунды, она поднималась и шла снова подгоняемая страхом погони, что вот её настигнет. На крутых подъёмах она скоро уже передвигалась на четвереньках.

Знак Раскола, обычно оставляемый охотниками на тропе она едва разглядела в сгущающихся сумерках. Но все же увидела и свернула с тропинки, продолжившей петлять среди скал куда-то в неизвестность.

От этого места до Раскола оставалось всего минут десять ходу. Только путь теперь лежал по крутым скалам от метки до метки, что оставил папа.

Мир в ее глазах давно потерял краски и обрел контрастность серых тонов. Зато это позволяло видеть не только у себя под ногами, но и на расстоянии в несколько десятков шагов. Впрочем, это ненадолго.

Где-то на половине подъема по скалам, она услышала тихую ругань, а мгновеньем позже разглядела ловцов на брошенной тропе. Они тоже устали и в отличие от нее продвигались очень медленно, как будто всматриваясь во что-то у себя под ногами.

Люди действительно плохо видели в багряных сумерках. А это означало, что она все же выиграла эту гонку. У нее были еще драгоценные минуты до полной темноты, когда и глаза перестанут видеть.

В слепую на скалы полезет только безумец. А ловцы такими не были.

– Тропа ведет дальше. Если не остановимся, мы можем сорваться с очередной осыпи. – Громко заявил голос "следопыта".

– Что предлагаешь? – Угрюмо поинтересовался другой голос. – Ларнейши относятся к кошачьим и способны видеть в темноте. Девчонка вряд ли остановится.

– Далеко все равно не уйдет и заляжет на ночь где-нибудь в скалах. – Уверенно завил "следопыт". – Даже кошки в полной темноте перестают видеть. Предлагаю сейчас вернуться на базу, благо возвратный Раскол совсем недалеко. Я даже думал, что девчонка к нему идет. На последнем повороте был куст. Сделаем факелы и вернемся на базу. А завтра пронесем в кофрах ищейку. Никуда эта малявка от нас не денется.

Сиула судорожно выдохнула. В шесть лет у домашней девочки не так много знаний. И в основном они подчерпнуты из игровых роликов домашнего визиофона.

Но этих знаний ей хватило чтобы понять сразу несколько вещей. Пронести ищейку через Раскол можно электронику можно исключительно в защищенном кофре. Электронная ищейка ее найдет очень быстро. Ловцы смогут ее нагнать в этом мире, куда бы она ни спряталась. Вот только лишившись защитного поля, энергонакопители силового кофра будут выпиты Расколом почти мгновенно. А это значит. Что следующий Раскол ищейке не преодолеть.

Вывод напрашивался сам собой: надо постараться дойти до Раскола, а там и папино убежище недалеко. Там есть лекарства и еда.

Всхлипнув, она постаралась, не поднимая шума развернуться спиной к начавшим отступать преследователям. Осмотрев серые скалы, она нашла знакомую папину метку и медленно двинулась к расселине.

Резкий свет утреннего светила неприятно резанул по глазам, не успевшим адаптироваться после сумерек. Сиула на мгновение замерла и судорожно протерла заслезившиеся глазки, давая им привыкнуть свету.

Здесь тропинок не было. Кругом возвышалась густая трава, и совсем близко шумел высокий лес. Направление. В котором они тогда шли с папой, вспоминалось с огромным трудом. Все-таки папа её сюда привёл только один раз и с тех пор прошло почти полгода.

В поиске хоть каких-то подсказок ей пришлось сделать несколько шагов в разных направлениях, пока руки не раздвинули ветки очередного куста и ноги не ступили в тихо журчащий ручеек.

Вот он ориентир! И деревце это такое кривое, похожее на старичка, присевшего над водой.

Ей совсем немного надо пройти вверх по руслу. С папой они тогда шли по бережку, что сейчас возвышался над головой. Но у нее выбраться из воды сил сейчас не было. Поэтому Сиула только прижала к груди футляр, как можно дальше удерживая его от воды и побрела прямо по воде до знакомого водопадика, стекавшего по замшелым камням. Тут можно было выбраться на сушу, повернуть вправо и пройти вдоль небольшой скалки, свернуть влево чтобы обойти осыпь. А вот и знак убежища с вензелем папы. Каждый охотник сможет прочесть, чье это личное убежище. Никто из охотников никогда не полезет без крайней нужды в чужое убежище. Среди охотников за тварями это закон. Так говорил папа.

Всхлипывая скорее уже от усталости, чем от страха, девочка добрела до подножия очередной скалы, обошла уступ и ступила под своды природной пещеры.

В слепом отвороте рядом со входом была они тогда заложили только аптечку со всем необходимым для первой помощи, кое-что из оружия и лежак.

У папы здесь не было большого запаса продуктов. Только сухой паек в герметичной упаковке, чтобы не учуяли твари снаружи. Он говорил, что они ему тут не нужны. Задерживаться в этом мире надолго никак нельзя из-за местных разумных аборигенов.

Аптечка для Сиулы была по большей части бесполезна. Но все-таки средства смазать и перевязать ссадины она нашла. Кровь, первое что надо прятать в Бездне. Так говорил папа, так говорили герои всех игровых роликов, так она сама не раз говорила, играя с ребятней на улице в охотников за тварями. Здесь не Бездна, но около Раскола тварей всегда много.

Слабость и усталость были такие, что притупили даже чувство голода. На упаковку с сухим пайком Сиула даже не посмотрела, устраиваясь на лежаке, в качестве которого выступал каменный пол в нише у дальней от входа стены.

Но и полноценный сон не хотел приходить. И дело было не жестком ложе. Девочка все время помнила, что ее преследователи должны вернуться и то и дело вздрагивала от шороха, выныривала из беспокойного сна, осматривалась, вслушивалась и снова погружалась в дрему.

Так, прошло часа два, а может больше, она не считала.

Чужие шаги от входа в пещеру прогнали даже сон окончательно. С новой силой накатил страх. Ловцы все-таки пошли догнали её. Сиула подхватилась, но сразу же поняла. что оказалась в ловушке. Из пещеры не было второго выхода. Она забралась с ногами на свой лежак и прижалась к стенке, стараясь забиться в самый дальний угол и прижаться к полу.

От входа тем временем послышался разговор на всеобщем. И девочка судорожно выдохнув попыталась совсем слиться с камнем. Только все это было без толку.

Над ней нависла тень ловца, безошибочно определяя место беглянки.

Сиула не сразу поняла, что перед нею стоит молодая женщина. Если быть точнее, так и вовсе совсем молодая девушка. Но разве ей было до таких тонкостей. Она и людей то видела не часто. До появления базы ловцов, в карантинной зоне жили только ларнейши.

– Опа, ларнейши!… - Весело воскликнула "ловец", обращаясь куда-то себе за спину, к невидимому собеседнику. И кратко пояснила то, что и так каждому было известно. Сиула только судорожно всхлипнула.

В поле зрения появились еще две девушки. Причем если одна была человеком, то вторая оказалась змеелюдкой. В игровых роликах они всегда и со всеми воевали. И справиться с ними могли только шнатлии. Но эта вполне мирно стояла рядом с человечками и с нескрываемым удивлением разглядывала ее.

Странная троица совсем уже не была похожа на ловцов. Даже одежда у них была не такая как у тех, кто жил на базе. Сиула невольно отметила, что одежда больше похожа на то, как одевался ее папа перед выходом на охоту. Да и вели девушки себя как-то уж совсем по-другому.

– Привет! Как тебя зовут и откуда ты?

Слова на лайрене заставили замереть, растерянно глядя на ту, что стояла ближе всего к ней. Ловцы ведь пришлые, и не разговаривают на родном языке Сиулы. Да и зачем, если есть автопереводчики.

Незнакомка тем временем протянула руки в жесте приветствия и добрых намерений.

– Я рада приветствовать тебя и не питаю злых намерений. – Снова проговорила она древнее приветствие.