Морис Делез - Клинки Лемурии

— Это несложно, — ответил Харм и сразу помрачнел. — Через день после твоего ухода из рейда вернулся одноглазый Карим. Он взял богатую добычу, но словно демоны вселились в него. Он отказался вернуть Барусу долг! Дело неслыханное, но ты же знаешь бешеный нрав турийца! Однако на Дуур-Жаде такое не проходит. Короче, ему пришлось уступить. Он вернул долг и той же ночью убрался из города. — Камелиец в упор посмотрел на атланта. — Как ты думаешь, что сделал этот ослиный хвост перед уходом? — Кулл бросил быстрый взгляд на сидевшего рядом Баруса: тот молчал, только лицо его на миг исказила болезненная судорога. — Он сжег «Синюю Акулу»! — выкрикнул камелиец, и в зале повисла гнетущая тишина.

Кулл изумленно присвистнул, потом покачал головой: что ни говори, а такие новости нелегко переварить.

— И никто не погнался за ним? — недоверчиво спросил он.

Барус отрицательно покачал головой.

— Стояла глубокая ночь, — заговорил он. — Пламя охватило «Акулу» сразу. Всю. Мы пытались бороться с огнем, но началось все слишком внезапно, а закончилось чересчур быстро. Было не до погони. К тому же выяснилось, что он бежал, значительно позже, уже после того, как разобрались с пожаром. «Акула» сгорела дотла. Хорошо хоть из команды никто не пострадал. Мы собрались здесь же, у Тито. Все сходились на том, что это явный поджог: очень уж быстро распространялось пламя. О Кариме, однако, тогда никто не подумал. Ты сам знаешь, на Дуур-Жаде все передряги забываются на время, но кто-то вспомнил сказанные им слова о том, что я пожалею. Мы бросились в порт, но его двухмачтовика и след простыл.

— Теперь «Эрик» объявлен изгоем, и любой из наших постарается потопить его или сообщить остальным о его местонахождении, — добавил к рассказу Баруса Харм. — Я бы на его месте вернулся в Турию и осел на суше.

— Значит, одноглазый Карим теперь вне закона, — задумчиво проговорил Кулл. — Жаль… Когда-то он был верным товарищем, хотя слишком легко терял рассудок. Так ты теперь сидишь на берегу?

Кулл повернулся к Барусу, и тот невесело усмехнулся:

— Что делать?

— А твои люди? — не унимался Кулл.

— Понемногу расползаются, — пожал плечами капитан. — Уходят на другие суда. Я не возражаю. Люди должны чем-то жить.

— Обидно, — заметил Кулл, — у тебя была хорошая команда.

— Да команда-то осталась, но у меня был сильный абордажный отряд, а на хороших бойцов, сам знаешь, всегда спрос.

— Но кто-нибудь еще остался?

— Конечно. — Барус горько усмехнулся. — Прошло ведь совсем немного времени, да только что толку? У меня нет ни малейшей надежды обрести судно.

— А если бы такая надежда появилась, ты согласился бы рискнуть?

— Даже жизнью! — Глаза сухопутного капитана сверкнули.

— Сколько у тебя на Дуур-Жаде людей?

— Человек двести еще осталось, — с волнением ответил он.

— Как раз то, что нужно, — заметил атлант. — Больше «Богиня Морей» не потянет, а с меньшими силами нечего и соваться на остров.

— Тогда не ищи других людей.

— Договорились.

— Что ты задумал? — забеспокоился Харм.

— Тито! — крикнул Кулл, не обращая внимания на вопрос камелийца. — Еще вина и жаркого! Разговор продолжается!

Толстый кабатчик мгновенно испарился, а атлант продолжил:

— Я же сказал, что завтра вечером уйду из Дуур-Жада и возьму с собой Баруса и его людей. Мы захватим остров!

— Кулл, не дури! — Харм не на шутку встревожился, особенно потому, что знал, насколько упрям атлант. — Ты же не новичок, и тебе должно быть известно, что при наступательном бое нужно иметь самое малое трехкратное превосходство в силах, а у тебя даже с людьми Баруса их втрое меньше, чем у барона! И неизвестно еще, сколько людей у него на острове!

— Проклятье! Да с чего ты взял, что барон вернулся на остров? — Кулл весело посмотрел на Харма. — Он тащился за нами по пятам до самого Дуур-Жада не для того, чтобы у входа в гавань развернуть эскадру и отправиться восвояси! Не-ет! — Атлант покачал головой. — Поверь мне, он где-то неподалеку. Затаился и ждет!

— Ты знаешь, где?

— Вот! — Кулл поднял указательный палец. — Именно в этом и состоит моя вторая задача. — Он отхлебнул вина из кубка и продолжил: — Я незаметно уйду ночью из Дуур-Жада и сразу возьму курс на остров барона. Я захвачу его, и мне нужен хотя бы один день, чтобы подготовиться к встрече его эскадры. Впрочем, если удастся сохранить тайну, время у меня будет. Сложность в ином: как сообщить Ридо, что меня уже нет на Дуур-Жаде?

— Ну, сынок, положим, с этим я как-нибудь справлюсь. — Харм хитро прищурился.

— Это как же? — поинтересовался атлант.

— Ты ведь еще ничего, кроме пожара на «Синей Акуле», не знаешь о том, что произошло на Дуур-Жаде, пока тебя болтало невесть где!

Кулл хотел что-то сказать, но его прервали.

— Жаркое! — обрадовался Шарга, словно и не высилась на столе гора обглоданных костей.

Тито вошел в зал, неся корзины, наполненные кувшинами с вином. За ним челядь тащила целиком зажаренные на вертеле туши. Для тавернщика это была удачная ночь. Кладовая почти опустела, но толстяка это только радовало, и он уже послал людей за провизией. Изредка такие кутежи случались в любом кабаке, но в «Оке Бури» чаще прочих, и среди своих Тито слыл богачом.

Кулл выбрал себе каплуна, жирного, покрытого хрустящей корочкой, и впился в него зубами.

— Ну рассказывай! — проворчал он, утирая с губ жир.

— После того как «Богиня Морей» ушла с Дуур-Жада, — начал Харм, — я долго думал, как могло случиться то, что произошло? Та галоша, на которой увезли Лио, ничего не объясняла. Не только я, но и другие припомнили: громилы вроде тех, что сопровождали в тот день Кузоло, появлялись в городе и раньше. И в последнее время все чаще. Потом кто-то сказал, что один из них сидит сейчас в таверне Губоро.

— И вы выследили его, — с набитым ртом пробубнил атлант.

— Не просто выследили, — подтвердил камелиец, — но и выяснили, с кем из торгашей, осевших в Дуур-Жаде, эти люди поддерживают отношения. Нашелся среди них один владелец небольшого склада. Ты знаешь, мы обычно не интересуемся делами тех, кто сбывает наши товары, но тут я решил кое-что разузнать. У меня есть хорошие знакомые среди купцов. Оказалось, что этот парень, Родого его зовут, и среди них пользуется дурной славой.

— Интересно, из-за чего?

— Большинству из наших нет ни до чего дела, но ты же знаешь, в любом деле всегда найдется два-три любопытных, которые любят всюду совать свой нос! Так вот, оказалось, что его небольшой складик время от времени наполняется товаром, в основном оружием и продовольствием, а потом вдруг пустеет. Но интересно не это. Когда и как куплен товар, узнать нетрудно: все приобретается на Дуур-Жаде. Но вот куда потом уходит? Вот этого-то не знает никто.