Джулиан Мэй - Узурпатор

Лицо Селадейра оставалось бесстрастным, словно камни парапета; ум был столь же непроницаем. Сугубо официальным тоном он произнес:

– Алутейн Властелин Ремесел, заклинаю тебя нашей священной дружбой Творцов прийти мне на помощь. Приход Мрака не за горами, и соперник близко.

Первые пришельцы немигающе уставились друг на друга. Затем голубовато-льдистые глаза Алутейна подернулись дымкой, и мысли прорвались наружу:

«Село, Село, ведь мы с тобой были приятелями еще при старом Амергане (светлая ему память, упокой Богиня его душу), мы же трудяги, а не какие-нибудь лежебоки. Помнишь, как мы готовы были на любую жертву для блага народа, для его защиты и утверждения жизни? Когда потребовалось, я выбрал Реторту, но теперь долг велит мне отбросить праздность. И ты должен сделать то же самое».

«Я вижу Сумеречную Войну, – проронил Селадейр. – По-твоему, я рехнулся?»

«По-моему, потоп, горечь утраты, нашествие врага, полигон в Вороньем Логове подвигли тебя к краю твоей собственной бездны. А быть может, и дальше. Мы не должны думать о Приходе Мрака. Если мы переступим через нашу гордость, объединимся с людьми, то сумеем сдержать натиск врага и воскресить Многоцветную Землю».

«Была многоцветная! А теперь все темно».

«Село, нам, старикам, негоже торопить конец света. Молодые хотят жить».

«Враг наступает! Человечество! Эйкен Драм!»

«Нет, Село, нет. Не станет он. Ведь он – избранник Мейвар».

«Я… я забыл об этом».

– А пора бы вспомнить, – сказал кто-то вслух.

Светящаяся точка повисла над парапетом, где крепостные стены обрывались в головокружительную пропасть Протохукара. Искорка расширилась до светящегося ореола, окружавшего хрустальный шар. Внутри его, скрестив ноги, сидел маленький человечек в золотом костюме, усеянном кармашками.

– Ты? – едва вымолвил Селадейр.

Шар подплыл к ним ближе, спустился и, едва коснувшись каменных плит, рассыпался в пыль. Эйкен Драм помахал старцам своей шляпой с черным плюмажем:

– Привет тебе, афалийский Творец! Я уже минут десять подслушиваю ваш разговор. Ей-Богу, тебе лучше внять словам Властелина Ремесел. Он, конечно, старый брюзга, но котелок у него варит.

Старый чемпион внезапно превратился в великана громовержца с грозно занесенной рукой.

– Умри, выскочка! – пророкотал он и выпустил в Эйкена мощнейший умственный заряд.

Взрыв и зеленая вспышка были столь мощны, что потешное сражение во дворе разом прекратилось.

– Соратники, ко мне! – крикнул Селадейр.

Но голос героя был слаб, словно шелест листвы, а умственный клич лишь отозвался бессильным гневом под сводами черепа. Селадейр сбросил иллюзорное обличье и хотел было сдавить узурпатора физической хваткой. Но ни один мускул не повиновался ему, и точно так же неподвижны, беспомощны оказались рыцари внизу: их будто пригвоздило к месту.

– А ведь мы были так дружны, когда охотились на Делбета, – с сожалением заметил Эйкен. – Помнишь, брат-творец? Гонялись по Бетским Кордильерам за старым огнеметателем и не осмеливались подняться на воздух: вдруг он возьмет да и подпалит наши стеклянные задницы. – Сиятельный хохотнул. – Сейчас-то мне никакой огонь не страшен – силушки прибавилось, как видишь. На днях думаю попросить лорда Целителя Дионкета перед всем честным народом проверить мой ум. Пускай узнают, каков их будущий король.

Лорд Селадейр из багрового сделался изжелта-бледным.

– Отпусти меня! – прохрипел он. – Бейся как настоящий воин.

– С кем биться? С тобой? – усмехнулся плут. – Еще чего удумал! С трусами я не бьюсь.

– Это я трус?!

Подойдя вплотную к застывшему, как статуя, лорду тану, Эйкен взмыл вверх, пока не очутился с ним лицом к лицу.

– Ты старый, угрюмый, отчаявшийся трус, и я не стану тратить на тебя время. Мне предстоит бой с фирвулагами. Наплевать, что они превосходят нас численностью в десять раз… А великий лорд Афалии, рыцарь Высокого Стола, предпочитает лечь и умереть. Ну так ступай к ним на заклание! И не забудь на шее пунктирную линию провести с надписью: «Отрезать здесь!»

– Вообще-то, Село, – вставил Властелин Ремесел, – насчет их настроений малыш не так уж не прав.

– Враг! Бейся со мной по-честному! – умолял Селадейр; лицо его было искажено страданием.

Эйкен вновь опустился на каменные плиты.

– Я дерусь тем оружием, какое имею. И не надо держать меня за дурака.

– Он взмахнул рукой.

В небе над обрывом появился конный отряд из четырехсот рыцарей; в первых рядах маячили блистательные фигуры Куллукета, Альборана, Елейна. За ними тянулись богатыри тану и гибриды, представляющие все пять гильдий; сияние вокруг всех голов свидетельствовало о могучей умственной силе.

Радужное войско с достоинством обнажило мечи. В строю эхом прокатилось:

– Сланшл, Селадейр, лорд Афалии!

– Мы здесь не для того, чтобы драться, – втолковывал Эйкен, и теплая, обволакивающая волна коварно прокатилась в мозгу Селадейра. – Мы пришли убедиться, что у нас все же есть надежда выступить вместе против нашего общего врага. Большинство моих бойцов осталось в Гории, но кое-кого я прихватил с собой, равно как и мою новую золотую гвардию, что стоит у северных ворот. Если хочешь, посмотри сам.

Селадейр последовал его совету. Там стояло не меньше тысячи конников

– мужчин и женщин. И врата Афалии распахивались перед ними. Во главе каждого эскадрона стоял офицер с метапсихической аурой. Некоторые из рядовых тоже излучали свечение, но независимо от этого у всех были золотые торквесы и диковинное оружие.

– Что, любопытно? – усмехнулся Эйкен. – Давай-давай, рассмотри получше. Великий покойный Стратег призывал уничтожить боевую технику первобытных, но сам он был не так глуп, чтобы следовать своим призывам. Не то что ты, брат-творец! Подвалы моего Стеклянного замка в Гории набиты контрабандой, собранной за семьдесят лет, – и часть ее вы видите здесь. Фотонные пушки, ружья со стальными пулями, самострелы, заряженные солнечными батареями, двуствольные винтовки «Ригби-470», звукоразрыватели. Все виды портативного нетабельного оружия, какие только можно себе вообразить. Ушлые путешественники во времени умудрялись проносить его прямо под носом чиновников на постоялом дворе мадам Гудериан. И кто их осудит за это? Им хотелось иметь хоть небольшое преимущество над своими же товарищами по изгнанию… Так вот, все это я нашел только в Гории, а ведь могут быть и другие запасы. У тебя, к примеру, такое оружие имеется? Может, спросим у твоего сына Уриета и дочери Фетнеи?

Селадейр перевел взгляд на плута. Губы его искривились в печальной усмешке.

– Я ничего не знаю о тайных складах. Но теперь мне понятны слухи о том, что враг после нападения на Бураск изобрел новое смертоносное оружие. Покойный лорд Асгейр славился своей жадностью и мог припрятать запрещенное оружие вместо того, чтоб его уничтожить. Это вполне в его духе.