Абсолютная Власть 2 - Александр Майерс

ними. Разорвите союз — и ваше имя исчезнет из всех обвинений. Я попрошу Базилевского сделать так, чтобы дворянский суд забыл о преступлениях вашей дружины. Не всех, конечно — но вы отделаетесь гораздо легче, чем Рудольф и Генрих.

— Как заманчиво, — прищурилась Эмилия. — Но и плата высока. Я потеряю возможность получить все трофеи после победы над вашим родом — земли, активы, артефакты… Выходит, мой брат, отец и все наши солдаты погибли напрасно?

— Когда альянс проиграет, вы не получите ничего, кроме позора. А потеряете ещё больше. У вас есть шанс выйти из войны с наименьшими потерями.

Карцева вновь рассмеялась.

— Какой же вы забавный, Владимир! Ваша самоуверенность такая искренняя и вместе с тем такая… — она пошевелила пальцами в воздухе, подбирая слово, — бессмысленная, пожалуй.

— Вы скоро убедитесь, что это не так. Прямо сейчас, на ваших глазах, я разрушаю альянс и заставляю своих врагов делать необдуманные поступки. Фон Берг обречён. Муратов обречён. Но вы ещё можете отойти в сторону, ведь я не привык сражаться с женщинами, — я выпрямился и слегка улыбнулся. — Я позволю вам наблюдать, как мужчины, причинившие вам столько боли, будут уничтожены.

— Ох, — она прикусила губу, делая вид, что задумалась. — А если мне больше нравится… наблюдать за вами?

Воздух вокруг наполнился магией. Из-за холма на том берегу ударило заклинание, и нас с графиней накрыл купол. Я моментально определил формацию — заклятие, пока действовало, не позволяло вырваться за его пределы.

Тут же из темноты выбежали вооружённые люди. Карцева посмотрела на них, приподняв брови, и усмехнулась.

Солдат было десятка три. Каждый держал в руках лук с наложенной магической стрелой. И даже в тусклом лунном свете было видно, что их мундиры — синего цвета, а на груди у них — семиконечные звёзды на алом знамени.

— Ваши люди? — я не отвёл взгляда от лица Карцевой.

Эмилия улыбнулась:

— Мои. Как вы думаете, барон, что они здесь делают?

Глава 12

Пари

Окраина оккупированных земель Градовых

Артём не знал, что ещё можно сказать в такой ситуации. Ладони взмокли, он изо всех сил стискивал рукоять пистолета, как будто оружие было его шансом на спасение.

Увы, это вряд ли. Слишком мало патронов, слишком много врагов. И у них — артефакты. Пистолет может вообще отказаться работать.

Самое противное было то, что женщины из Лисичкино тоже погибнут. Ну, или их вернут в деревню, где будут и дальше использовать как бесплатных проституток. Неизвестно ещё, что из этого хуже.

А они доверились Артёму, покинули свои дома и пошли за ним. Ему было тошно оттого, что он подвёл их — а страха за свою жизнь почти не испытывал. Было удивительно, что он ставит жизнь беззащитных женщин выше своей — и Артём даже ощутил гордость за себя.

Командир карцевских поднял саблю. Клинок зловеще блеснул в лунном свете.

— Твою мать, — проговорил вдруг Сокол, глядя на него. — Я тебя знаю! Ты из наших, сволочь! Служил в полку Роттера.

Кирасир, всё ещё держа саблю поднятой, мрачным голосом ответил:

— Ты прав, — он резко опустил руку и приказал: — Убейте всех!

Убейте всех.

Всех.

Убейте.

Эти слова гулким эхом отражались в черепе Артёма. Он понимал, что среди этих всех окажется и он. А умирать чертовски не хотелось.

Время будто приостановилось. Артём крепче сжал рукоять пистолета и начал медленно поднимать его. Оружие казалось тяжёлым, как гиря. А собственная рука — ещё тяжелее.

Он увидел, как всадники ударили коней шпорами. Скакуны бросились вперёд. Комья мокрой грязи из-под их копыт полетели в разные стороны. С тягучей неизбежностью поднялись в воздух сабли.

Всё было как во сне. Как в тумане. Артёму казалось, что он вот-вот проснётся и с облегчением поймёт, что это был лишь ночной кошмар.

Но всё происходило по-настоящему.

Всадники едва успели сорваться с места, как в воздухе над ними вспыхнуло что-то белое. Будто звезда спустилась с неба. Артём увидел, как воздух над их головами сгустился, грязь под копытами коней покрылась сияющим геометрическим узором.

Через мгновение грохнул взрыв. Магический импульс подбросил в воздух лошадей вместе с седоками.

Взрывная волна швырнула Артёма на спину. Уши заложило, в нос ударил запах крови. Крики раненых и ржание лошадей смешались с испуганным визгом «лисичек». Артём пополз к телеге, наткнулся на что-то мягкое — оказалось, на тело женщины. Он вскрикнул, отпрянув, но тут же понял: она была жива, просто прикрывала собой ребёнка.

— Вставай! — сквозь какофонию прорвался голос Сокола.

Артём попытался встать, поскользнулся и снова упал. Над головой раздался выстрел, к запаху крови и вывернутой земли добавился порох.

Наконец, рыжий оказался на ногах. Сокол, пригнувшись, палил из винтовки по мелькающим теням. Кони и всадники превратились в месиво, залитое грязью, и от этого вида Артёма едва не стошнило.

— Справа! Стреляй! — рявкнул Сокол, меняя магазин в винтовке.

Артём повернулся и увидел бегущих на него двух солдат. Затем он вдруг обнаружил, что до сих пор стискивает рукоять пистолета.

Он поднял руку, но она дрожала так, что ствол ходил ходуном. В схватке с монстрами такого не было. Сражаться с ними оказалось куда проще, чем с людьми.

Артём закричал и надавил на спусковой крючок.

Первая пуля разбила магическую защиту врага. Амулет у него на груди лопнул. Вторая пробила ему грудь — солдат споткнулся о собственные ноги и рухнул лицом в грязь. Второй почти успел добежать и упал замертво к ногам Артёма.

С другой стороны раздался яростный вопль. Рыжий успел обернуться и увидел ещё одного врага. Но внезапно у него на горле появилась рана. Солдат с удивлённым выражением лица остановился, дотронулся до раны и случайно погрузил в неё пальцы. Вздрогнул, его глаза закатились, и он упал.

Артёму показалось, что скончался тот от страха и неожиданности, а вовсе не из-за распоротого горла.

Он выстрелил ещё несколько раз, почти наугад. Всадники были мертвы, но с флангов атаковали пешие солдаты, вооружённые саблями и топорами.

В хвосте отряда Штиль остался один против группы врагов. Впрочем, там сверкала магия. Либо Штиль припрятал боевой артефакт, либо вдруг открыл в себе магические силы, либо…

Ещё один противник с воплем рухнул, хватаясь за окровавленную ногу. Через секунду кровь залила уже его лицо, и он замолк.

Только тут до Артёма дошло, что происходит. Вскинув руки в