Призыватель нулевого ранга. Том 2 - Дмитрий Валерьевич Дубов

class="p1">«Ты уже совсем поправился? — уточнил я, но в душе почему-то не хотел его выпускать. — Может, тебе надо ещё время?»

«Я полностью здоров, — заявил демон. — Спасибо тебе, я теперь ещё и прокачался. Именно поэтому и хочу попробовать свои силы».

«Ты же помнишь, что за тобой идёт охота? — спросил я, осознавая, что и на меня косвенно она тоже идёт. — Стоит выйти тебе из артефакта, как демоноборцы получат сигнал».

«Не думаю, что они направят людей сразу же после гибели одного из демоноборцев, — ответил на это Йонир. — Тем более заказ пока у Асакуры, а она обещала меня не трогать».

«Хорошо, — мне всё ещё не хотелось выпускать его. — Я подумаю. Обещаю с собой взять сферу».

«Слушай, — в голосе Йонира проскочили нотки, которые я помнил по самому началу нашего общения. — У меня тут телевизора нет. Мне скучно! Да и потом, ты разве не хочешь на пару пройтись по данжу и покрошить всякую нечисть».

Воображение тут же нарисовало красочную картинку, где мы с демоном спиной к спине крошим монстров, часть из которых почему-то подозрительно похожа на Стронгера.

«Только обещай мне, что не будешь рисковать зря, — проговорил я, с чётким намерением взять с него это слово. — И при первой опасности уберёшься в камень!»

«Ты прям, как мамочка моя, — расхохотался демон. — Мы с тобой брутальные убийцы нечисти! Погнали!»

* * *

Асакура выехала из Канда практически сразу после разговора с Максом Грушиным. Предупредила ученицу, что её не будет некоторое время, села в машину и выехала прочь. В её голове вертелись слова Макса о том, что случилось в данже.

Она и раньше слышала про Стронгера много сплетен. Но всё-таки надеялась, что большая часть из них — обычное преувеличение. Но тут выяснилось, что — нет. Не то, чтобы не преувеличение, а, скорее преуменьшение.

Демоноборец — тот, кто по идее должен защищать людей от всякой нечисти, вдруг сам становится убийцей и посредством человеческих жизней пытается выманить демона. Что это, как не нарушение своего предназначения? Что это, как не предательство против самого человечества?

Асакуре в последнее время пришлось много думать. И дело касалось не только Грушина и Йонира. А всей её жизни. Готова ли она идти бок о бок с теми, кто просто так, ради сиюминутной выгоды готов убивать людей? Ответ напрашивался сам собой.

Ехала она к главе и основателю ордена демоноборцев. Позвонила, записалась на аудиенцию и поехала. Дорога была неблизкая, так что она вполне успела сформулировать все свои вопросы к Арнаму Дэусу.

Но главный, конечно, был один: Арнам знал, какими методами ведёт дела Стронгер? И, к сожалению, ответ на этот вопрос она знала.

Когда-то несколько лет назад, когда её только пригласили в орден демоноборцев, она была на седьмом небе от счастья, потому что понимала: ничего лучше с ней случиться не могло. У ордена своя тренировочная база, свои данжи, целый пласт неизвестных никому знаний. Наконец, невероятно сильный и умный руководитель.

А сейчас… То, что рассказал Макс Грушин, не было для неё открытием, нет. Но стало последней каплей, которая переполнила чашу её терпения.

Арнам Дэус ждал её у себя в кабинете.

— Здравствуй, очаровательная воительница, — сказал он, приглашая её присаживаться. — Скажи, пожалуйста, что привело тебя ко мне? Неужели возникли какие-то трудности.

— Возникли, — ответила Асакура, как всегда скупо чеканя слова. — Но сначала хотела о другом. Ответьте, пожалуйста, что натворил Йонир?

— Послушай, — Арнам подавил улыбку, встал со своего кресла и подошёл к окну, помедлил, затем развернулся и спросил: — А с каких пор подобное должно волновать демоноборцев?

Причём, каждое слово ложилось тяжёлым грузом между беседующими. Асакура буквально чувствовала негодование хозяина кабинета. И правда, если подумать, то само название ордена не предполагает жизни для демонов. Вообще.

— Наверное, с тех самых пор, когда демоноборец начинает думать, — ответила на это воительница. — И ещё до меня дошла информация о методах некоторых моих коллег.

— Мне даже интересно, — Арнам прошёл обратно к своему месту и сел на кресло. — Расскажи.

— Полагаю, вам уже давным-давно всё доложили Арнам, — проговорила Асакура совершенно спокойно и размеренно. — Но лично я считаю, что убийство любой ценой, когда демоноборец не считается с потерями среди остальных… это неправильно.

— А что по-твоему правильно? — прищурился хозяин кабинета. — Отпустить демона? Пусть скачет козликом по ромашковым полям под закатным солнцем? А свежий ветер пусть овевает его рога? Скажи мне.

— Вам нельзя отказать в поэтическом взгляде на реальность, — холодно ответила воительница. — Я же человек до мозга костей рациональный. И я не вижу смысла убивать тех, кто не вредит людям.

— Что ж, — Дэус снова встал, но на этот раз навис над столом, — полагаю, что с таким настроением нам с тобой больше не по пути.

— Именно об этом я и думала, когда ехала сюда, — ответила девушка, тоже поднялась и положила на стол металлический кружок, который мог сойти за медаль, на котором был изображён герб ордена демоноборцев — всадник, протыкающий копьём демона. — Мне не по пути с людьми, которые убивают других людей только ради своей прихоти. Я стала тем, кто я есть, для того, чтобы нести справедливость.

— Справедливость, — Арнам даже скривился от этого слова. — Ты всё ещё ребёнок, который верит в сказки, — с этими словами он смахнул «медаль» в ящик стола. — Прощай.

— И вам всего доброго, — ответила Асакура, после чего развернулась и вышла из кабинета, не задерживаясь ни на секунду.

Арнам Дэус ещё долго смотрел ей вслед и на его лице играли различные эмоции.

— Ты ещё пожалеешь об этом, — проговорил он вслух и хмыкнул, после чего широко улыбнулся. — А Йонир-то совсем не так прост, как я думал. Даже интересно стало, чего в нём такого, что я уже потерял двоих. Очень интересно.

Глава 15

Нас прервал телефонный звонок. Звонила мама.

Я уже настолько привык, что родители где-то далеко, что уже отвык думать про них. Да и по совести говоря, не чувствовал их близкими людьми. Просто когда-то попал в тело их умирающего сына и смог выкарабкаться.

— Да, мам, привет, — сказал я тоном, как будто вообще ничего не случилось.