Подземелье - Ваня Мордорский

Хозяин оборвал его жестом и прошелся к балкону.

— Вот именно, Варгус. Точно так же думают и остальные — что их это сделает сильнее. И правильно делают, иначе им не выжить. Но меня волнует другое — то, что происходит не осталось незамеченным. Видимо у Джэуля в Тхер Гхоле завелись крысы, раз они были готовы перехватить посылку предназначенную тебе.

— Мне?

— Да, эта посылочка, а вернее подарок — для тебя.

Варгус нахмурился. Эти слова ему совсем не понравились.

— Возвращаясь к вопросу о Безымянных — варианта два. Либо у них внизу всё так плохо, что понадобилось больше Практиков, неважно каких, либо…либо какой-то род, который следит за тем, что происходит с Праматерью выпустил ограниченное количество каторжников.

— При чем тут Праматерь? — недоуменно спросил управляющий.

— Кто такие Безымянные? — ответил вопросом на вопрос Хозяин.

— Преступники, обреченные на лишение имени и на вечную добычу кристаллов. — ответил заученную формулировку Варгус.

— Это официальная версия, но те, кто в Роду, как я, знают правду — меня не раз пугали, что отправят в Черные Шахты. А знаешь, как они выживают — обычные преступники, без способностей к тьме, — там, где и я бы сдох, окажись сейчас? Знаешь, почему в них прорастает тьма?

— Может, потому что они находятся в ней много лет, и их тела привыкают и изменяются? — Варгус, несмотря на то, что много всего знал, о каторге имел скупые сведения.

— Не поэтому, Варгус. Спустившиеся туда преступники принимают в сердце Чернопрядца…и отрекаются от собственной воли, имени, сущности — и этот процесс не повернуть вспять. Они куклы. Именно поэтому пытать их было бесполезно — они не скажут ни слова. Они — фанатики. И именно поэтому они называются Безымянными, а не потому, что их лишают имен дроу. Кстати, те, кто не пускают Чернопрядца в Сердце — погибают. И поэтому их можно использовать для добычи Черных Кристаллов.

— Бред. Они бы тогда не слушались нас. Если ими управляет Чернопрядец — он бы не занимался тем, что добывал кристаллы для дроу.

— Ты мыслишь как смертный. Логика подобных существ другая: они получают силу уже от одного того, что частица их в живом существе, и чем больше таких «носителей», тем сильнее они. Те, кто не работают в Черных Шахтах — тех убивают Надсмотрщики, и Чернопрядец это понимает. Поэтому и заставляет своих кукол работать, а единственная задача Рода — следить за тем, чтобы никто из Безымянных не выбирался наружу.

Варгус слушал Хозяина затаив дыхание — он этого не знал.

— И как ты думаешь, кто главный враг Безымянных, слуг Чернопрядца, Первопредка дроу? Кто?

— Пра…матерь?

— Дошло наконец. А у меня в руке, — Айгур взял коробочку и достал из нее кристалл, — эссенция паучье Крови, где находится крохотная частица Праматери.

— Так вот зачем…

— Вот зачем на тебя напали, старик! Чтоб не допустить использования паучьей эссенции.

— Паучья эссенция?

— Выжимка из ядер пауков. — отмахнулся Айгур.

— Использования? — переспросил Варгус, — Но использовать паучьи ядра…это ведь что-то переработанное из них…запрещено!

— Ты повторяешься, старик, «это запрещено», «то запрещено». Всем давно плевать на запреты. Мир изменился. И ты это сейчас и сам поймешь.

Варгус сделал шаг назад.

— Не бойся, мой старый слуга, — искренне улыбнулся Айгур, — Ты только спасибо скажешь.

В тоже мгновение сотни тонких нитей тьмы материализовались из воздуха и буквально распяли старого дроу, подняв в воздух.

— Не…не надо. Чтобы вы не хотели сделать…не надо…это будет неправильно…

— Тсссссс… — приложил палец к губам Айгур и сковал тьмой рот слуги, — Пора послужить на старости жизни Праматери.

Старик задергался и вновь попытался вырваться, но тьма его не слушалась. Его подавляла сила Айгура, которая просто перехватывала любые попытки контроля над тьмой. Слишком большой разрыва между ними был. Целых две ступени.

— Старик, ты совсем не понимаешь, какая это Благость, служить ей. Не сопротивляйся.

Щелчком пальца, Айгур разрушил верхушку кристалла и в тоже мгновение воткнул в рот слуге, жестко фиксируя рукой его голову.

Миг — и черно-красная внутренность кристалла — паучья эссенция — начала вкручиваться в тело Варгуса, которое тут же скрутило жесткой судорогой. Все мышцы зажались, а дыхание прервалось.

— Ничего, старик. — погладил Хозяин его по голове, — Скоро всё закончится.

Через секунду он осторожно опустил тело Варгуса на пол и с тем начали происходить необратимые изменения тела и психики.

Айгур не знал, что тот чувствовал, мог лишь представить. Драуки были для него загадкой. Оставалось надеяться, что Превращение пройдет успешно.

Превращения заняло почти три часа. На какое-то время Айгур даже подумал, что старик умер — его тело лежало неподвижно, а сердце не билось. Однако в какое-то мгновение тело прошило судорогой и Варгус выгнулся, сделав глубокий и резкий вдох.

Он ожил. Зашевелил рукой, ногой, дернулась шея, открылись глаза.

Айгур облегченно выдохнул. Не было никаких гарантий, что старый слуга переживет Превращение.

— С пробуждением, Варгус.

Глаза дроу смотрели будто в пустоту. В какую-то неведомую даль.

— Мне. Нужно. Время. — будто прошипел управляющий и закрыл глаза. — Я еще не принял Наследие.

Айгур молча кивнул и сел в кресло, ожидая, когда всё закончится. Предстоял первый сеанс связи с Джэулем через драука.

Процесс затянулся и Айгур успел порядком заскучать. Но в какой-то момент он ощутил, что на него смотрела дико опасная тварь. Очень опасная. Инстинктивно, в руке Материализовалась Тьма.

Варгус неслышно и незаметно встал на ноги и рассматривал всё вокруг, будто видел в первый раз.

— Всё по-другому. — сказал тихо старый дроу, — Новые ощущения…я чувствую всё иначе. Я слышу биение твоего сердца. Твой страх. Нет. Ты уже не боишься.

Сердце Айгура действительно вновь билось по-прежнему. Спокойно. Приступ страха