Личный враг богини смерти (СИ) - Владимир Анатольевич Васильев

раз я родился в семье барона, а она… она была рабыней и наложницей моего отца. С одной стороны мой статус наконец был выше, а с другой… Сам понимаешь. И в мире здесь уже творилось непонятное. Люди уже больше воевали друг с другом, чем с окружающими монстрами. Гномов обращали в рабов, а эльфы спасались только в своих лесах. Мир катился в пропасть.

— А, кстати, как вы находили друг друга? — спросил я.

— Сначала как бы тянет в какое-то место. А потом уж узнаёшь… супругу… Внешность остаётся прежней, только на возраст поправку делай. Юнец может сильно отличаться от взрослого, но. ошибиться не получится. Мы узнавали друг друга с первого взгляда. Да… И в очередной раз всё для нас кончилось как обычно. Убила она меня через два года. В четвёртый раз мы возродились оба в семьях простых рыбаков на этом континенте, и поняли, что это перерождение в таком враждебном месте — наказание уже от богов, хотя они сами нас толкали в пропасть. Но видимо решили, что так быстро заканчивать перерождения не годится. Мы одновременно вспомнили всё прошлое и решили, что нам пора прекратить череду перерождений, каждое из которых оказывалось хуже предыдущего. Наверняка в следующий раз мы, по мере пробуждения памяти, уже начали бы просто охотиться друг на друга, чтобы поскорее убить любовника-соперника, и хоть несколько лет пожить спокойно. И мы ушли в пустыню, нашли вампиров и сами стали вечноживущими, надеясь так преодолеть проклятье богов.

Я кивнул, делая для себя окончательный вывод, что всё так плохо у этой парочки потому что каждый считался только со своими интересами, и стремился подмять партнёра. Скорее всего, прежний бог Смерти тогда ещё только изучал людей, и заинтересовался ими. Настолько, что решил посмотреть, до чего они дойдут в своём соперничестве, перерождаясь раз за разом, и помня все предыдущие жизни.

Олаф допил очередную кружку, махнул рукой и закончил:

— Вот так и живём более восьми столетий. В целом неплохо. Берегиня довольно сильная магичка и занимается садом в нашем замке, а я… Знаешь, Алекс, я никогда не боялся битв, но теперь не хочу воевать. Потому что знаю, чем обернётся моя смерть. Очередным перерождением для обоих, которое, я уже не представляю насколько плохим должно быть. Боги нас считают слугами, но не тревожили очень давно. Очень. И я рад, что первый… хм… второй, кто пришёл от них, не их слуга, а враг. Даже буду рад помочь тебе. Не силой, но хоть информацией.

— Отлично! — отсалютовал кружкой я. — Итак! Начнём. Кто такие карану?

— А чёрт знает, — пожал плечами собеседник. — Но расскажу, конечно, что знаю о них. В пустыне иногда можно встретить сияющие жёлтые шары. Они не убегают при встрече, но время от времени просто перелетают на другое место. Если подойти к нему и произнести заклинание «Койдан Асили Рук Агиуя Никунь Усаки», то карану готов превратиться в то, что ты представишь себе в мыслях. Но представлять надо очень подробно, точно зная, что хочешь. Легко создать копию человека или животного. Но есть куча ограничений, которые кратко можно описать так — карану всегда будет слабее хозяина,. Не обязательно силой, но в общем именно слабее. Учитывается всё. Размер, сила, ум, магия. И ни в чём карану не будет заметно сильнее хозяина, а суммарно намного слабее. Ты можешь сделать человека, размером с себя, но он будет слаб, туп и с крошечными магическими способностями. Можешь сделать карлика, и тот будет магом почти как ты. Но хилым и тупым.

Я кивнул. Точно. Взять хотя бы Мя. Та размером заметно меньше нормального человека, тупая, магия у неё есть, но слабенькая, а физических сил очень так себе. С выносливостью, кстати, не понятно. Она сегодня шла без проблем, но может просто не поняла, что устала. И хорошо, что дошла. Могла просто упасть и умереть в какой-то момент. В общем, Мя суммарно куда слабее Чимина.

И ещё вывод. Никакой крошечной феи с мощной магией я не создам, потому что ни одна её характеристика не может намного превышать мою. Нет, временное превращение людей в животных, чем славятся эти малявки, даже примерно на уровне среднего мага, каким я являюсь, тоже не мало, но фея будет очень глупа. Они и так не философы, но если представить что-то на уровне той же Мя, то это будет просто опасно для меня самого. Нет худшего сочетания, чем тупость и магия.

Но вот если надо возиться на полях или в каменоломне работать, то уже появляются интересные варианты.

— В целом не плохо, — подвёл итог размышлений я. — Можно наделать отличных слуг для простой работы.

— Для изображения работы, — хмыкнул Олаф. — Карану много изучали некоторые пытливые умы, и выяснили, что те могут работать час в день и тогда проживут примерно человеческий век — лет пятьдесят. Можно заставлять их работать дольше, но тогда их срок жизни сократится. Будут трудиться целыми днями, и протянут лет пять. А затем дух улетит, и останется только тело, очень похожее на человеческое, но мёртвое.

Олаф махнул рукой в сторону окна, за которым стояла его повозка.

— Мои тягловые ящеры возят меня не больше часа в день. Слуги в замке постоянно просто стоят у дверей, изредка их открывая перед нами. Мы… Мы с Берегиней не хотим морить карану. Уж не знаю почему, но… со временем приходит понимание, что это не животные и не големы… Точнее, так. Если ты захочешь сделать животное, то животное и получишь, а вот если человека… Может это какая-то промежуточная жизнь у вечно перерождающихся слуг богов. Не знаю, но и морить их работой не хочу.

Я здорово удивился. Надо же. Большинство людей даже к другим людям так не относятся. А тут вампиры такие щепетильные. Хотя… Может это связано с возрастом. Эти типы не похожи на тупарей, и за уйму веков могли выработать свои моральные принципы.

Глава 18

Олаф тем временем продолжил:

— А теперь слушай про главное ограничение, почему нельзя окружить себя толпой бессловесных рабов. Любой человек может создать любого карану, но безопасно для себя только раз лет так в десять. Эти духи при превращении забирают часть какой-то энергии хозяина, и та полностью восстанавливается именно что за десятилетие. Нет, создать второго карану ты можешь и сразу, но скорее