Лоуренс Уотт-Эванс - За Василиском - Лоуренс Уотт-Эванс

панель. Обойдя стул, он осмотрелся и нащупал ручку защёлки. Она легко открылась, и он вошёл в следующую комнату, такую же тёмную, как и первая. Никаких признаков того, что он искал, не было, и уж тем более он не мог уловить никакого запаха чудовища. Он прошёл дальше, через другую дверь, которая привела его в прихожую, которую он видел, когда его впервые проводили в дом; он мог узнать её даже в темноте по размерам, расположению и запаху полированного дерева.

Дверь в зал для аудиенций была закрыта, и над ней виднелась яркая линия света. Интересно, что нижняя часть так плотно прилегала к порогу, что Оверман не смог обнаружить даже мерцания из-под массивных дверей, но свечения вверху было более чем достаточно, чтобы он держался подальше. Вместо этого он перешёл на противоположную сторону, где ещё одна тёмная дверь вела в восточное крыло, где он провёл предыдущую ночь.

Его ноздри уловили слабый запах василиска, и он решил, что, где бы он сейчас ни находился, чудовище, должно быть, привели сюда этим путем. Остановившись, он попытался определить более точное местонахождение слабого запаха, но не смог. Пожав плечами, он прокрался к восточному дверному проёму. Сама дверь была широко распахнута. Он оказался в коридоре. Слева от него находилась лестница, ведущая в спальни, а справа - обшитая панелями галерея, ведущая в комнату, где он ужинал в качестве гостя Барона. Он вспомнил, что перед входом в трапезную была дверь, ведущая под лестницу. Когда он проходил мимо неё, она была закрыта.

Вглядываясь во мрак у начала лестницы, он решил, что сможет различить свет и, возможно, голоса. Кроме того, казалось маловероятным, что Барон потащит существо туда. Он решил оставить поиски на верхнем этаже напоследок и осторожно двинулся по правой галерее. У входа в трапезную было темно, а дверь под лестницей была приоткрыта. Под ней виднелось слабое мерцание, как будто в одном из углов горел свет. Хотя трапезная казалась почти такой же маловероятной, как и спальня, Гарт решил исследовать и её, а не освещённый и потому опасный дверной проём. Он потянулся к ручке, но обнаружил, что дверь заперта. Он сразу же решил, что это свидетельство того, что василиск находится там; но, вспомнив о подобных преждевременных догадках в Морморете, он решил сначала обдумать этот вопрос. На этот раз у него было преимущество - он видел комнату, большую и богато обставленную. Ему пришло в голову, что эти предметы обстановки, включая золотые подсвечники, достойны охраны. Дверь, несомненно, была заперта, чтобы легкомысленные слуги не унесли самое ценное из того, что могло быть в доме.

Это не означало, что василиска там не было: было бы разумно поместить его в место с надёжными замками. Однако это означало, что, по крайней мере на данный момент, Гарт не будет искать его там. Он почти ничего не знал о вскрытии замков, а взламывать их, что у него получалось гораздо лучше, было делом шумным и всегда оставляло следы. Если он не найдёт чудовище в другом месте, то всегда сможет вернуться.

Отвернувшись от запертой двери, он столкнулся с необходимостью принятия решения; он мог проигнорировать слабый свет и попробовать дверь под лестницей, он мог подняться на верхний этаж, или он мог вернуться по своим следам в западное крыло и проверить другие двери в первых двух комнатах, которые он исследовал. Он понюхал воздух, надеясь, что это даст ключ к разгадке. В воздухе чувствовался запах василиска, как и в прихожей. Василиска приволокли в восточное крыло, хотя он и не мог сказать, куда именно. Пожав плечами, он повернулся к двери под лестницей - она была ближе всего. Она легко открылась, впустив его в крошечную комнатку, едва ли больше шкафа, с дверями по трём из четырех сторон. Он вошёл через одну из них. В обеих остальных внизу горел свет, хотя один был ярким, а другой тусклым. Тусклый был слева от него и мог вести только к лестнице, ведущей вниз, параллельно той, что заканчивалась где-то над его головой.

После недолгих раздумий Гарт убедился, что вторая ведёт на кухню: дверь, через которую слуги входили во время трапезы Барона, находилась всего в нескольких футах, и логично, что кухня должна быть рядом и со столовой, и с подвалами. Также было бы логично поместить василиска в подвалы, где не нужно закрывать окна, чтобы случайные прохожие не заглянули туда и не окаменели. Свет под дверью был довольно слабым. Гарт решил рискнуть и спуститься по лестнице. Дверь открылась легко, хотя и со слабым скрипом, как будто ею не часто пользовались.

Лестница вниз представляла собой грубые каменные ступени между грубыми каменными стенами. У их подножия Гарт увидел прямоугольник тускло освещённой побеленной стены и несколько футов каменного пола, образующих с лестницей своеобразную букву “Т”. В этот раз Гарт был благодарен своим босым ногам, которые позволяли ему двигаться бесшумно, пока он спускался по лестнице. Он почти добрался до самого низа - его нога только-только коснулась последней ступеньки, - когда раздался скрежет засова и звук открывающейся двери где-то справа от него.

Он замер. Дверь снова закрылась. Он слегка расслабился и выдохнул, затем снова напрягся. Шаги приближались, человек не таился и двигался бодрым шагом; слишком тяжёлым для Барона или любого из придворных, которых видел Гарт, они, несомненно, принадлежали стражнику. Рука Гарта опустилась на эфес меча. Шаги были совсем близко, и он услышал звяканье кольчуги. Он извлёк меч из ножен.

Шаги резко стихли, и Гарт понял, что человечек, должно быть, услышал звук трения стали о кожу. Он прижался к правой стене, держа меч наготове. На мгновение воцарилась тишина, затем шаги возобновились; на этот раз они продвигались медленно и осторожно. На четвёртом шаге Гарт понял, что неизвестный гость должен находиться в пределах досягаемости его меча. На пятом он напрягся, а на шестом выскочил навстречу новоприбывшему. К сожалению, он ошибся с расстоянием. Он неловко столкнулся со стражником, и его раненая левая нога подкосилась, так что оба они упали на пол с громким лязгом оружия и доспехов.

Гарт первым пришёл в себя и уже через несколько секунд стоял над человеком, который ещё не успел подняться на четвереньки, приставив свой меч к его горлу. Меч солдата лежал в ярде от его руки, он выронил его при падении.

Долгое время ни один из них не двигался. Гарт не знал, что делать дальше, а его пленник не решался