Гоцюй - Джин Соул

– Конечно, – приосанился У Минчжу, – я же ворон.

Он прутиком нарисовал на земле гору и потыкал в неё:

– На западном склоне кольца нестабильны, потому что там изобилует энергия Инь, но оттуда проще всего сбежать. Птицы плохо воспринимают энергию Инь и сбиваются с пути. Ты ведь слышала о пропавших стаях перелётных птиц? К тому же на западном склоне запутанный ландшафт.

– Ты уже туда слетал? – догадалась А-Цинь.

– А то! – горделиво сказал У Минчжу. – Вороны – птицы предусмотрительные. Заночуем на западном склоне, а утром, как только рассветёт, улетим.

– Почему на рассвете? – не поняла А-Цинь.

Щека У Минчжу дёрнулась, но он ответил ровным голосом:

– Потому что птицы плохо видят в сумерках, а сбегать среди бела дня – самоубийство. К тому времени, как солнце встанет высоко, энергия Инь полностью поглотит наши следы. Они нас не найдут. Даже не заподозрят, что мы там были.

– Но… – попыталась возразить что-то А-Цинь.

У Минчжу протянул ей руку ладонью вверх:

– Ты со мной?

62. Западный склон

А-Цинь и опомниться не успела, как, увлекаемая сильной рукой У Минчжу, уже тащилась следом, волоча за собой узел с пожитками. Магией он, что ли, воспользовался, чтобы её увести? Если только вороны вообще умеют колдовать.

А самое главное, когда это и почему планы поменялись со «спрятаться и выждать» на «улететь»? Он ведь толком ей ничего не объяснил, только поставил перед фактом и утащил за собой, ничего не слушая, и её «а как же» бессовестным образом проигнорировал. Она только и успела, что подхватить припрятанный узел.

Мотыжку, разумеется, он ей взять не позволил, памятуя о шишке на лбу, хоть А-Цинь и уверяла, что такой полезный инструмент где угодно пригодится, главное, чтобы всегда под рукой был.

У Минчжу покосился на А-Цинь, избавил её от узла и повесил его себе на плечо. Руки её он так и не отпустил, А-Цинь пришлось приноравливаться к его шагу и едва ли не бежать рядом с ним, пока он этого не заметил и не сбавил шаг. А-Цинь успела запыхаться, потому взглянула на него так, что он в очередной раз неприкрыто порадовался, что мотыжку не взяли.

На западный склон птицы вообще избегали ходить, считая его несчастливым, потому тропы здесь были нехоженые, заросшие колючей травой. Ветрами нанесло семян деревьев, и зелёные головы молодняка торчали из ералаша сухих веток и листьев, обещая однажды превратить западный склон в непроходимую чащу. Особенно рьяно разросся бамбук, его и теперь уже приходилось обходить, потому что рос он плотной стеной, как вражеский строй наступления. Протиснуться между стеблями и в птичьем обличье вряд ли получилось бы. А он ещё и шелестел заунывно. А-Цинь невольно поёжилась.

Западный склон щерился каскадами каменных площадок, одна другой круче. У Минчжу обронил вскользь, что туман, клубящийся под ними, скрывает уже упомянутые им порталы, и что по ним легко промахнуться.

– А что будет, если промахнёшься? – напряглась А-Цинь, потому что он многозначительно замолчал, будто дразня её любопытство.

– Упадёшь с горы и разобьёшься, конечно же, – беспечно отозвался У Минчжу. – Лететь долгонько. Выше наших гор не сыскать… Я не промахнусь, – добавил он, заметив, как переменилась в лице А-Цинь.

– То есть ты сейчас просто передо мной выделываешься, – уточнила А-Цинь.

– Есть немного, – кивнул У Минчжу и засмеялся в ответ на её сердитый взгляд.

– Женщине и мужчине неприлично за руки держаться.

– Только не нам.

– Это ещё почему?

– Жениху с невестой можно. Мы же не чужие друг другу.

А-Цинь какое-то время размышляла над его словами.

Быть может, на горе Хищных Птиц так принято – ходить, держась за руки, но на горе Певчих Птиц разве что малых цыплят, которые ещё учились ходить, водили за руку взрослые птицы.

– Я не цыплёнок, – уточнила А-Цинь на всякий случай.

У Минчжу выгнул бровь, но предпочёл промолчать.

– Я уже оперилась, – настаивала на своём А-Цинь, упираясь и не идя дальше.

– Да понял я, понял… – засмеялся он.

– Что ты понял? – с подозрением спросила А-Цинь.

– Я же видел твои крылья. У цыплят таких не бывает.

Хотя… по-настоящему взрослая птица вряд ли стала бы так настаивать на том, что она уже не цыплёнок. Скорее уж слёток, чем взрослая птица. Но А-Цинь напустила на себя важный вид и сказала солидным тоном:

– То-то же.

У Минчжу опять засмеялся.

Они взбирались всё выше. У Минчжу обронил, что у самой вершины порталы «отзывчивее».

– Как это? – не поняла А-Цинь.

У Минчжу хорошенько подумал, чтобы подобрать понятное объяснение:

– Через такие не промахнёшься. Приведут туда, куда душа лежит.

– А-а… – неопределённо протянула А-Цинь.

– А то, думаешь, как я к тебе добирался? – сверкнул он зубами в усмешке.

А-Цинь, сообразив, о чём он говорит, покраснела и дёрнула рукой, но У Минчжу держал ещё крепче прежнего.

Хищные птицы – они такие: если уж поймали, то из когтей не выпустят.

63. Шатёр корней

Облюбованный У Минчжу для ночёвки каскад оказался едва ли не у самой вершины. Туман водопадом спускался откуда-то и необъяснимым образом делился на сотни облачных струй, спиралью огибавших воздух у края каскада и образовывавших воронки, похожие на столпы ураганов. Вот только ветра не было, что уж совсем удивительно: обычно на склонах гор ветрогоны.

– Это что, порталы? – с опаской поглядывая вниз, спросила А-Цинь.

– Порталы скрыты в пустотах.

А-Цинь нахмурилась. У Минчжу хвастался, что он, как ворон, способен видеть порталы и знает, какой именно им нужен, поскольку именно им он и пользовался, чтобы прилетать на гору Певчих Птиц. Но А-Цинь всё равно чувствовала какой-то подвох.

Если эти порталы существовали здесь изначально, почему певчие птицы никогда ими не пользовались? Западный склон с незапамятных времён объявлен запретной землёй. Из-за суеверий ли? Или кто-то из предков обнаружил эти порталы, счёл их опасными и потому запечатал западный склон? И почему именно западный?.. Ни на один из вопросов А-Цинь ответа не знала, а У Минчжу не счёл нужным рассказывать больше, чем уже было известно.

Он кивнул на два дерева, вывороченных из земли. Корни их, сплетённые вместе, образовывали природный шатёр, всего-то и нужно было, что накинуть сверху какое-нибудь полотнище и закрепить концы, чтобы не сдуло ветром. Что У Минчжу и сделал.

На поясе у него был небольшой расшитый золотом мешочек, он сунул в него руку и извлёк оттуда, как фокусник, холстину. Её хватило, чтобы накрыть оба корневища – такой большой она была. И она никак не могла поместиться в этот маленький мешочек!

– Что это за колдовство? – со страхом спросила А-Цинь, попятившись от него.

– А? – недоумённо отозвался У Минчжу. – Колдовство? Это ты про цянькунь, что ли?

А-Цинь никогда ничего подобного не видела. У Минчжу, заметив её страх, успокоил А-Цинь и рассказал, как устроен цянькунь. Внутри сумки было магическое пространство, способное вместить в себя «хоть гору». У каждого приличного ворона, по его словам, был такой цянькунь.

– Никогда ведь не знаешь, что может понадобиться, – пожал плечами У Минчжу, – но не заплечный же короб с собой таскать?

Он развязал цянькунь и показал А-Цинь содержимое. А-Цинь уныло посмотрела на свой узел. И почему у певчих птиц таких нет?

У Минчжу между тем «обживал» природный шатёр: закрепил изнутри фонарь со светлячками, накидал подушек, устраивая ночлег… Внутри было относительно просторно, но высокому У Минчжу приходилось пригибать голову, чтобы не цепляться волосами за торчавшие сверху корни. А-Цинь с её ростом едва могла дотянуться до импровизированного потолка кончиками пальцев.

Разводить в шатре огонь У Минчжу не стал по соображениям безопасности: и пожар ненароком устроить можно – корни вспыхнут как лучины, – и себя выдашь, так как костёр заметно издалека. А чтобы не замёрзнуть ночью, У Минчжу вытащил из цянькуня целый ворох покрывал и одеял.

– Гнездиться ты тут, что ли, собрался? – хохотнула А-Цинь.

– Я на голых камнях спать не привык, знаешь ли, – с лёгкой обидой сказал У Минчжу. – Этот молодой господин…

А-Цинь только фыркнула. Сама она балованной не была и уже успела позабыть, как спала прежде на пуховой постели. Действительно, «уроки» ей пригодились. У Минчжу будто догадался, о чём она думает, и нахмурился.

– Изнеженные девушки должны спать на мягких постелях, – сказал он.

– Это ты о ком? – отозвалась А-Цинь