Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ) - Мэннинг Майкл Г.

Прежде чем Пенни до неё дошла, Дориан открыл её снаружи, и объявил:

— Здесь Его Светлость, Джеймс, Герцог Ланкастера, — сказал он, и это было единственным предупреждением нам перед тем, как Джеймс вошёл в комнату. Герцог выглядел в добром здравии, двигался живо, и его лицо была слегка покрасневшим, будто он делал зарядку. Я не знал, что он недавно дал выволочку Дэвону Трэмонту, но если бы знал — был бы рад.

В общем, он казался полным энергии.

— Мордэкай! — довольно громко сказал он. — Я весьма рад видеть тебя снова в сознании и подвижным, — сказал он, сев ко мне на кровать вместо того, чтобы подвинуть стул.

— Слухи о моей кончине были преждевременны, ваша светлость, — с улыбкой ответил я.

— Я же говорил тебе, зови меня Джеймс, когда мы одни, — ответил он. — Я планировал провести твою церемонию коммендации и принять твою присягу верности этим вечером, но похоже, что это откладывается по крайней мере на несколько дней. Но ты вроде довольно быстро восстанавливаешь силы.

— Спасибо Пенни, она всё это время была ангелом милосердия, — улыбнулся я ей.

— Да, мне нужно кое-что обсудить и с Пенни тоже, — сказал он, и серьёзно посмотрел на неё. — Я не знаю, как отблагодарить тебя за то, что заботилась о моём племяннике, — сказал он. — Я так понимаю, ты ворвалась к моей супруге, и настояла, чтобы Роуз помогла тебе его найти?

— Да, ваша светлость, — сказала она, не поднимая глаз.

— Я слышал, что у тебя, похоже, есть толика пророческого дара. Но не важно. А после этого ты вчера стояла на своём, и недвусмысленно заявила мне, что если я попробую выпроводить тебя из комнаты, то я… дай подумать… как же там было? — замешкался он, пытаясь найти нужные слова.

— «Останешься с культёй», ваша светлость, — закончила она за него.

— Да, именно так. И ты говорила это серьёзно, так ведь, дорогая? — улыбался он ей так, что напомнил мне пса, готового укусить.

— Да, ваша светлость, даже сейчас, — скромно сказала она.

— Ты, конечно, понимаешь, что такое наглое неуважение к твоему лорду может иметь тяжёлые последствия. Я могу приказать вывести тебя во двор, и высечь за дерзость, — произнёс он нейтральным тоном, но я встрепенулся, попытавшись встать с кровати:

— Вы не можете этого сделать! — сказал я, но он отмахнулся от меня.

— Да, ваша светлость, это так, — ответила она.

— Ты не была на работе со вчерашнего дня, когда покинула своё место, никому не сказав, — продолжил он, — и ты провела всю прошлую ночь в этой комнате наедине с моим племянником.

— Да, ваша светлость, я намеревалась покинуть его только в случае его смерти, или если бы он точно выжил, — сказала она, теперь с ноткой вызова в её голосе.

— С этим могли бы справиться и другие. Юной женщине едва ли приличествовало быть здесь всю ночь, но тебе ведь всё равно, так, Пенелопа? — спросил он.

— Нет, сэр, — сказала она. — Будь я проклята, если оставлю его на попечение других, — заявила она, глядя ему прямо в глаза.

— Ты влюблена в моего племянника, Пенелопа?

— Да, ваша светлость, — не стала скрывать она.

— Тогда ты не оставляешь мне выбора, Пенелопа Купер, ты освобождена от службы мне — я не нуждаюсь в такой непочтительной горничной. Та, что не знает своего места, не может мне служить. Я ожидаю, что ты заберёшь свои вещи из комнат горничных в течение часа, — с чрезвычайно серьёзным тоном заявил он.

Пенни почему-то не ожидала такого ответа. Она каким-то образом думала, что её добрые дела перевесят её ошибки. На миг она выглядела ошарашенной, приоткрыв рот. Несколько секунд спустя она ощутила, как на её глаза навернулись слёзы, и отвернулась, думая забрать свои вещи прежде, чем разрыдается.

— Не уходите, Мисс Купер, мне нужно сказать кое-что и Мордэкаю тоже, и вам следует сперва это услышать, — добавил Джеймс. — Мордэкай, поскольку ты чувствуешь себя плохо, ты не сможешь присутствовать на балу завтра вечером. Это — наше последнее празднование перед тем, как гости вернутся домой, так что мероприятие будет пышным. Дженевив немало времени потратила на его планирование.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мне так и сказали, — сказал я, не будучи уверен, к чему клонит Герцог.

— Дженевив хотела через меня передать тебе, что если у тебя есть леди, которую ты хотел бы привести на бал, то ей будут рады, даже если ты сам не сможешь присутствовать, — сказал он, и с озорной улыбкой посмотрел на Пенни. Запустив руку в свой камзол, он вытащил свиток, и кинул его на кровать. — С клятвой и остальным придётся подождать, но земли — твои, как и титул, и привилегии, Граф ди'Камерон.

Я уставился на него с отвисшей челюстью:

— Это для меня честь… я…

Мне было трудно сообразить, что сказать.

— Как мой гость, и коллега-лорд, ты имеешь право держать при себе слуг и прочих людей, в пределах разумного. Если у тебя есть жена, сожительница, или даже просто спутница, то она, конечно, может остаться с тобой. Не мне судить дворянина-землевладельца. Однако заигрывания с моей прислугой, конечно, будут считаться тяжёлым оскорблением, так что я надеюсь, что мне не придётся опасаться получить от тебя такое нарушение нашего доверия, — выдал он, всё это время внимательно глядя на Пенни. — Не принижай себя, дорогая. Ты — женщина на вес золота, и если моему племяннику хватит ума это осознать, то он будет богатым человеком, — и, больше не сказав ни слова, он повернулся, и вышел.

Когда дверь закрылась, мы с Пенни переглянулись.

— Это что вообще было? — сказала она.

— Я думаю, он пытался оказать нам услугу… наверное, — ответил я.

— Я только что потеряла все средства к существованию! — воскликнула она. Ей было не до смеха.

— Ну, я готов предложить тебе новый пост, — рискнул я.

— Какой, главной сожительницы? Потому что если ты так обо мне думаешь, то советую передумать — только потому, что прошлой ночью мы… Это была магия, я не контролировала себя полностью! — продолжала она себя накручивать. Хотя я, конечно, не стал бы говорить это вслух.

Медленно дыша, я осторожно встал с кровати, и начал идти к ней:

— Я никогда не предложил бы ничего такого, Пенни. Герцог просто ясно давал понять, что мы могли бы продолжить оставаться вместе, под совершенно любой связью или фикцией, которую мы сочтём уместной.

— «Фикцией, которую мы сочтём уместной» — ты хоть слышишь себя сейчас, Морт? Одно то, что ты — долбаный Граф ди'Камерон, не означает, что я с радостью упакую вещички и перееду, став твоей девкой! — взвилась она. Я был почти рядом с ней, но она стала пятиться. Учитывая моё хрупкое состояние, я не мог гоняться за ней по комнате. Я решил попробовать другую тактику:

— «Спутница» не обязательно означает «проститутка», Пенни, а если тебе нужен титул получше, то ты могла бы быть у меня секретаршей, — одарил я её кривой ухмылкой, используя свои обширные познания в психологии. Сработало. Она покраснела, и набросилась на меня, оскалив зубы и обнажив когти:

— Ты, слабоумный хлыщ! — испустила она достойный банши вопль, кинувшись на меня. Я поймал её запястья, когда она оказалась рядом, и попытался её усмирить. У сожалению, как вам скажет большинство борцов, сила верхней части тела в значительной мере полагается на мышцы вокруг грудной клетки, а моя была в ужасной форме. Уверен, я уже упоминал, какой я ужасно умный.

Боль пронзила меня, пока я боролся с ней, пытаясь на миг удержать её на месте. Вопреки агонии я сумел подтянуть её поближе к себе, и заключить в медвежьи объятья, вследствие чего она меня укусила. «Она меня укусила!». Но я отказывался её отпускать, и, шагнув назад, упал на кровать, крепко прижимая её к себе. Этим я заработал себе ещё больше боли, когда её вес навалился на меня. Извернувшись, я оказался сверху, и прижал её к кровати. Я упоминал, что она сильная как пантера? Но я наконец поймал её.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я не собираюсь допускать ту же ошибку, как в прошлом нашем споре, — сказал я, моё лицо находилось в считанных дюймах от её лица. — Тебе не удастся сбежать сразу же, как только я начну говорить.