На грани искры - Дмитрий Соловей

в заплечный мешок. Раньше в этой фляге, похоже, вино держали — запах ещё оставался. Впрочем, нас это не смутило. Повезло, что воду обитатели дома брали в роднике неподалёку. Гораздо хуже было бы, если б пришлось доставать её ведром из колодца. А так и умылись в том роднике, и ёмкости наполнили.

Задерживаться в этом месте мы опасались. Мало ли кто ещё пожалует? Или те, кто напал, решат вернуться и что-то уточнить. Да ту же магическую торбу поискать, когда поймут, что нашли не ту, что хотели. Плюс вокруг дома разило кровью, могут хищники нагрянуть.

Ночь уже вступала в свои права, но с нашим зрением темнота не стала проблемой. Закрепив заплечные мешки и одеяла, мы выдвинулись в ту сторону, куда ускакали люди. Наверняка там дорога. Да и колея в лесу, оставленная повозкой, хорошо просматривалась. Шли молча, стараясь не шуметь, с опаской оглядывались и прислушивались к ночным звукам леса. Где-то кричали ночные птицы, один раз мне послышалось вдалеке рычание. Или со страху показалось.

Действие отвара постепенно сходило на нет, груз за плечами давил, суставы снова напомнили о себе. Судя по тому, как начал спотыкаться Санни, у него было то же самое. Действие обезболивающего закончилось.

— Не могу больше, — наконец произнёс Санни и остановился. — Смотри, тут сухостой. Давай сделаем костёр.

Поломали сухостой ногами, сложили костерок, быстро вскипятили воду и заварили травы. Здесь же решили заночевать, рассудив, что животные на свет костра не сунутся, а люди по ночам тем более не бродят.

Утром попили оставленный про запас отвар, немного перекусили и решили лишнее с собой не тащить. Воду из большой фляги допили, на одеялах поспали, а следующую ночь надеялись провести в более комфортабельном месте. Так что оставили их на стоянке.

Оказалось, до дороги мы не дошли совсем немного. И получаса не прошло, как выбрались на тракт и остановились, размышляя, куда идти. Западная застава, понятно, была на западе. А дорога шла с севера на юг.

— На север пойдём, — принял решение Санни, и мы пошли.

Вскоре нас догнала крестьянская повозка.

— Дяденька, травники мы, со школы. Заблудились, — начал канючить Санни. — Подвезите до перевала.

— Да не еду я к нему. Мне в Мархаровку, сверну раньше, — подтвердил возница, что направление движения мы выбрали всё же правильное.

— Хоть до поворота довезите, — подключился я, показав на ладони два медяка. Это мгновенно решило проблему.

Усевшись в повозку поверх тюков с чем-то мягким, мы поехали в относительном комфорте. На ухабах повозку потряхивало, что отзывалось болью в теле, но всё лучше, чем пешком идти.

— Дяденька, приятель руку повредил. Давайте я вам ещё три медяка заплачу, а вы нас до перевала довезёте, — попросил я, когда мужик сообщил, что мы добрались до нужного ему поворота.

Возница посмотрел на бледного Санни, махнул рукой и согласился.

— Ваши, что ль? — оценил он некую суету на перевале.

Спрыгнув с козел, он первым пошёл и, встретив по пути господина Ваяла, с претензиями заявил:

— Чего за учениками не следите? Заблудились, а мне, значит, делать нечего, как развозить их! — начал отчитывать преподавателя мужик. — Мальчишка вон руку повредил.

Господин Ваял так обрадовался, что мы нашлись относительно невредимые, что выдал мужику два серебряных. Оказалось, все решили, что мы в тумане оступились и упали со скалы. В предыдущий день из-за густого тумана поиски так и не смогли организовать. Как раз сегодня собрались, подготовили команду, кто спустится вниз, а тут мы появились.

Опровергать версию, выдвинутую господином Ваялом, ни я, ни Санни не стали. Мужик, доставивший нас на перевал, покачал головой, заверив, что нам сильно повезло не убиться.

— Отошли, конечно, далеко, да и немудрено в здешних местах заблудиться. Забирайтесь, — скомандовал он. — Жена поругается, но что уж, раз уплочено, то довезу.

Как оказалось, мужик решил, что ему выдали две серебряные монеты за доставку наших тушек в школу.

— Вещички только свои возьмём, — вспомнил я и поспешил на постоялый двор.

В общем, поехали мы в школу со всеми удобствами. Это остальная группа пойдёт пешком, а нас мужик обязался довезти до самых ворот.

Санни снова стало плохо. Ему бы отвара выпить, но останавливаться из-за этого не хотелось. Лучше побыстрее добраться до школы.

Дядька вообще хороший оказался. И не в деньгах дело, просто пожалел. Бросив повозку у ворот школы, он донёс наши вещи до домика и, лишь убедившись, что мы на месте, ушёл.

Из личных запасов я быстро отыскал то, что могло обезболить. В школе своего лекаря никогда не было — мы же травники. Простые болячки и простуду сами лечили. А с чем-то серьёзным нужно идти в город. Но сначала — помыться!

Простое, казалось бы, действие заняло у нас больше часа. Как рубаху снять, если руки плохо не слушаются? Когда я, с помощью зубов и некультурных слов, стащил с Санни рубаху, то так и замер, держа её в зубах. Левое плечо друга выглядело неестественно, словно кость вперёд торчала.

— Сустав выбили, — оценил он себя в зеркало. — К лекарю надо.

Помыться мы смогли с превеликим трудом. Санни действовал одной рукой, постоянно морщась от боли. Как его одеть, я вообще не представлял. Одна мысль о том, что у лекаря придётся снова раздеваться, вызывала содрогание.

В итоге оделись наполовину: штаны, обувь, а вместо рубах накинули сверху дорожные пыльники. Взяли денег с запасом и отправились в город.

Привратника, правда, предупредили, куда идём. Пусть скажет преподавателям, что после лекаря поедем в поместье Санни — ухаживать за собой в ближайшее время никак не сможем.

Собственно, то же самое сказал и лекарь, вправляя Санни плечо под громкие крики. Он подтвердил, что у нас сильное растяжение или разрыв плечевых связок. В версию о падении со скалы это вполне вписывалось. Оказывается, такие случаи после горной практики у учеников школы травников не редкость.

Примотав широкими полосами ленты руки по локоть к телу, лекарь вызвал нам возницу с коляской и отправил в поместье к бабушке Санни.

Охи и ахи по поводу плачевного состояния внука продолжались до позднего вечера. И только на следующий день мы смогли спокойно поговорить и обсудить случившееся.

По настоянию Санни в его спальню принесли вторую койку. Лежать нам долго — по заверению лекаря, дней десять. Да и проблемы с руками останутся надолго. В течение полугода придётся беречься, но