Красные врата (СИ) - Ежов Михаил

— Вижу, ты не зря провёл время, когда не навещал нас, — заметил Эл, меняя тему. — Раздобыл где-то одежду. Обокрал трупы?

— Именно так, — согласился вампир. — Странно, что солдаты Рогбольда не прихватили с собой столь ценные вещи, — он продемонстрировал наручни, в которых, отражаясь, плясали языки костра. — Должно быть, к тому времени их уже осталось немного, и они не могли унести всё.

— Хочешь сказать, будто уходил так далеко, что дошёл до места, где армия Синего Паука начала редеть? — спросил Эл с сомнением.

— Нет, — усмехнулся Дарон. — У меня для вас приятная новость: поветрие спало. Чума больше не бродит по землям Вайтандара, так что сюда потянулись отряды мародёров. Они подбирают то, что не прихватили солдаты Рогбольда. С одной из таких банд я и встретился, когда бродил неподалёку.

— Значит, теперь ты сыт? — спросил Ирд. — Зачем же продолжаешь преследовать нас?

— Мне не хочется отпускать вас, — ответил Дарон. — Ведь кто знает, быть может, эти ребята забрели в Вайтандар случайно, и теперь пищи снова не будет несколько месяцев.

— Что ты сделал с ними? — спросил Эл.

— Если ты интересуешься, не превратил ли я их в своих Слуг, то нет, — ответил вампир. — Ведь тогда с ними пришлось бы делиться. Кроме того, для них не вырыты могилы, и им негде было бы прятаться от солнца. Зачем мне такие Слуги?

— У них были лошади? — спросил Эл.

— Были. Нескольких мне пришлось убить, остальные разбежались. Три, если тебе интересно. Но я не думаю, что вам удастся их поймать. Это произошло довольно далеко отсюда.

— Я думаю, что знаю, почему ты идёшь за нами, — сказал вдруг Ирд. — С каждым шагом, что ты делаешь к северу, деревня, в которой погибли твои родные, остаётся всё дальше за спиной, и возвращаться в неё всё дальше. Так тебе легче найти оправдание страху, который не пускает тебя к ним.

На несколько секунд воцарилась тишина, только тихо потрескивал хворост. Наконец, вампир холодно сказал:

— Добро пожаловать в игру, мальчик! — затем встал и пошёл прочь, слегка фосфоресцируя в темноте, пока не исчез среди деревьев.

Где-то закричала сова, в реке плеснулась рыба. Жизнь начала возвращаться в Вайтандар, но робко и неохотно — так люди порой заходят в опустевший дом их детства.

Глава 47

П’арай-Маргот стоял на коленях посреди многотысячной толпы мурскулов. Вместе со всеми он молился о даровании победы над силами зла, над Тьмой и владыкой Хаоса.

Великий Раджа молился со своим народом. Его чёрная фигура виднелась на террасе дворца.

Накануне было закончено вооружение и оснащение армии. Мурскулы подготовились к походу. Их путь лежал в Ничейную Землю, Кар-Мардун, где легионы Хаоса должны были прорваться на Землю.

П’арай-Маргот и остальные мурскулы впервые видели оружие, которое им выдали: продолговатые металлические устройства, похожие на арбалеты без дуг. Только стреляли они не стрелами, а тонкими лучами белого света, прожигавшего всё, даже камень. Кроме них воины получили металлические шарики, состоявшие из двух, прочно соединённых между собой полусфер. Следовало повернуть их в разные стороны и бросить шарик во врагов. Через несколько мгновений он взрывался с оглушительным грохотом. Все эти волшебные вещи Великий Раджа называл «наследием предков». Это были свидетельства былого величия расы мурскулов, их власти и мощи. Теперь настало время возродить господствующее положение мурскулов на Земле. Ибо, говорил Ф’адук-Азамал, только сильные унаследуют Землю.

За городом в течение последней недели строили диковинные корабли: у них не было ни мачт, ни парусов, зато к ним прикреплялись огромные полотняные мешки, вытянутые горизонтально. Их наполняли горячим воздухом, и они поднимали корабли над землёй. Их борта обшили железными листами, а трюмы загрузили горшками с зажигательной смесью, чтобы сбрасывать их на противника.

Армия мурскулов должна была выступить на следующее утро после Дня Молитв, в течение которого предстояло просить богов Дашмертона о победе над силами Тьмы. На воздушных кораблях ей предстояло преодолеть сотни миль и высадиться в Кар-Мардуне, чтобы сразиться с ракшасами, если тем удастся прорваться на Землю.

Молитвы прекратились только после захода солнца. Тогда П’арай-Маргот отправился во дворец, где его ждал Великий Раджа для последнего напутствия. Ищущего сопровождал почётный эскорт из двух Буйствующих, представителей касты профессиональных воинов. Несмотря на то, что Ф’адук-Азамал объявил Сагархост и упразднил на его период различия между кастами, иерархия сохранялась, и член более низкой касты не мог командовать членом более высокой. Касты превратились в подобие военных чинов. Работающие и Служащие влились в касту Буйствующих, выполняя роль новобранцев. Усмирённые, Ищущие и Озарённые составили командование армии, а Познавшие вошли в военный совет под председательством Великого Раджи. Неясной оставалась только роль П’арай-Маргота, особо отмеченного Ф’адук-Азамалом, и, направляясь во дворец, Ищущий надеялся, что духовный вождь внесёт в этот вопрос ясность.

Дворец представлял собой лабиринт коридоров, переходов, лестниц, галерей и внутренних террас. В нём было легко заблудиться, и, конечно, П’арай-Маргот никогда не отыскал бы покои Великого Раджи, если бы не провожатый из касты Служащих, доведший его до самых дверей.

Перед ними не было охраны. Ф’адук-Азамал не нуждался в ней, поскольку достиг высшего уровня владения магией и мог стереть в порошок любого покусившегося, если бы такой отыскался. Впрочем, предположить подобное было абсурдом, тем более что в других частях дворца охраны хватало, так что незамеченным никто в него проскользнуть не смог бы, даже Тайный. По крайней мере, так утверждал начальник стражи.

Провожатый открыл перед П’арай-Марготом двери, и тот вошёл в огромный зал со стрельчатыми окнами, забранными железными решётками, и высоким сводчатым потолком. На стенах располагались масляные светильники, плохо освещавшие столь просторное помещение.

Ф’адук-Азамал сидел в другом конце зала в специально сделанном для него кресле. Справа от него на высокой бронзовой ножке располагалась плоская чаша, над которой в воздухе висел полупрозрачный шар, дававший белый дневной свет. В воздухе пахло благовониями и смолой киливаса, использовавшейся во время молитв.

П’арай-Маргот преклонил колени за десять шагов до места, где восседал Великий Раджа.

— Приветствую тебя, Ищущий, — голос у Ф’адук-Азамала был негромкий, но очень чистый. Трудно было представить, что говорит гигантское насекомое. — Я знаю, что ты пришёл за ответом. Не только тебя интересует, почему я выбрал Ищущего для командования предстоящим походом. Каждый в Дашмертоне желает знать это, — Великий Раджа пошевелился в кресле, и до П’арай-Маргота донёсся звук, похожий на лёгкий вздох. — Тебе что-нибудь известно о Масабе-Гарухе? Ты слышал о нём когда-нибудь?

— Да, Ф’адук-Азамал, я слышал о нём, — ответил П’арай-Маргот, не поднимая глаз.

— И ты знаешь, что на эту должность Великий Раджа назначает того, кого считает достойным, вне зависимости от касты, к которой избранник принадлежит?

— Да, Ф’адук-Азамал, мне это известно, — в груди П’арай-Маргота всё затрепетало.

Неужели он станет Масабом-Гарухом, «избранным военачальником»⁈ Поверить в это было слишком трудно.

— Я решил, что им должен стать именно ты, — проговорил Великий Раджа. — Я слышал о тебе: К’шар-Исфей рассказывал о твоём усердии и преданности. Боги также благоволят к тебе. Ты угоден им!

П’арай-Маргот слушал, чувствуя, что голова начинает идти кругом. Великая честь, которая ему оказывалась, возносила его на совершенно новые высоты в иерархии мурскулов. Он будет подвластен только Великому Радже, и даже представители вышестоящих каст должны будут подчиняться ему беспрекословно.

— Если ты согласен принять звание Масаба-Гаруха, — проговорил Ф’адук-Азамал, чуть повысив голос, — скажи!

— Я согласен! — отозвался П’арай-Маргот с благоговением. — И…благодарю, — он не знал, что нужно говорить в подобных случаях.