Марко Леонетти - Пагода сна

В живых их с колдуном оставили неизвестно по какой причине — то ли кочевники поверили в легенду о том, что они являются мастерами по изготовлению волшебных снадобий, то ли их вдвоем готовили к какому-то кровавому ритуалу, где они должны были стать жертвой, принесенной чудовищному божеству. В любом случае, странники не хотели это выяснить. Таллок решил, во что бы то ни стало выбраться из зловонной ямы. Саттар был бы и рад помочь своему молодому товарищу, но у старика не осталось ни сил на побег, ни воли к сопротивлению. Брахман ордена Луны тихо постанывал в углу, проклиная коварных кочевников и весь жестокий мир.

До решетки нельзя было добраться — слишком скользкими казались стены ямы. А если даже вскарабкаться вверх, цепляясь за отваливающиеся комки жидкой грязи, то путь к свободе все равно отрезали прочные железные прутья. Решетка запиралась на большой замок. Таковым являлся каземат кочевников — колодец с помоями, вырытый на глубину пятнадцати футов. Создание подобной темницы не отнимало много времени, да и шанс того, что пленники сбегут из ямы, был невелик. Зловонное узилище даже никто не охранял.

Юноша вскочил на ноги и с проклятиями бросился на гладкую стену. Ему удалось преодолеть первые три фута, после чего Таллок грохнулся назад в масляную жижу, расплескав зловонную жидкость. Капли попали на одежду Саттара, и волшебник на мгновение прекратил стоны. Дернув носом, брахман поморщился и пробормотал что-то неразборчивое насчет того, что еще несколько часов, проведенных в этой дыре, могут пагубно сказаться па его здоровье. Таллок отряхнулся, хотя знал, что в здешнем окружении это бесполезно, и возобновил штурм стен.

Неудача следовала за неудачей, но юноша не сдавался. Вскоре силы оставили и его. Странник привалился спиной к скользкой поверхности стены, злобно уставившись вверх, где темнело серое небо. День медленно переходил в вечер.

— Бесполезно… — вздохнул Таллок. — Отсюда не выбраться.

Лунный чародей поддержал его тихим стоном.

— На вашем месте, молодой человек, я бы постарался сберечь силы, — сказал Саттар. — Возможно, представится момент, когда они вам понадобятся.

— Не могу я сидеть без действий, зная, что Алекса и остальные в плену у кочевников! Неизвестно, какие грязные мысли могут прийти в голову этим дикарям!

В отчаянии Таллок ударил кулаком в гладкую поверхность лужи, расплескав по сторонам застоявшуюся воду.

Брюхо земли отозвалось гулким урчанием. Из глубины разнеслось эхо скобления, возни и шуршания. Словно пол темницей в этот момент пробегало целое полчище подземных завоевателей.

— Что за… Землю встряхнул сильный толчок, так что Саттар с Таллоком подпрыгнули на месте и испуганно уставились на кучи грязи, точно ожидая, что оттуда появится трехрогий Азах. Урчание усилилось, толчки сменились легкой дрожью. Блестящая вода в лужах заколыхалась.

Внезапно прямо из-под земли вынырнула человеческая голова, разбрызгав по сторонам фонтаны белой пыли. Глаза старца были закрыты, все лицо покрывала черная запекшаяся кровь, вытекшая из разрубленной переносицы.

Таллок и Саттар, не сговариваясь, испустили крик ужаса. Голова тотчас снова спряталась под землю.

Почва под ногами зачавкала и начала проваливаться куда-то вниз. Стопы юноши и мага поглотила жидкая грязь. Невидимые рты стали жадно засасывать странников в глубину…

— Должно быть, ваш Кхазалам-Амол на редкость трудолюбивый демон, — сплюнув, произнес Маллас, обращаясь к гирканцу. — Мы бродим по этим ходам уже целую вечность.

Степняк быстро взглянул на мунгана, но ничего не ответил.

— Туда! — неожиданно произнес Вало, указывая вправо. — Слышите, голоса?

Конан прислушался. Действительно, в тишине можно было различить чей-то тихий плач и жалобный шепот. Варвар потер руку о светящееся напыление и, подняв ее словно факел, шагнул во тьму. Остальные последовали за ним.

Вскоре группа из пяти вышла в полый промежуток, где встречались несколько ходов. Чуть в стороне был прорыт грот, огороженный железной решеткой. В слабом свете единственного факела сидели пленники Клана Костей. Мужчины, женщины, дети — мунганы, выжившие после резни, устроенной поклонниками Кхазалам-Амола.

— Видишь, Маллас, я оказался прав! — с улыбкой произнес Конан.

Женщина и мужчина бросились освобождать своих собратьев. Вало помог Малласу сломать замок и выпустить пленников на волю.

— А где же наложницы Суригая? — с недоумением спросил себя гирканец, оглядев пленников.

— Враг! — крикнул один из мужчин, заметив степняка. — Что эта мразь делает вместе с вами, братья?!

— Он помог нам одолеть Кхазалам-Амола, — угрюмо произнес Маллас.

— Убить его! — воскликнул другой.

— Нет, — сказал Конан.

— Кто этот чужак, МаЛлас?! Он что за одно с гирканцами?

— Это Конан, — сказал мунган. — Ему мы обязаны своей жизнью, братья. Я в долгу перед этим человеком — если бы не он, пас пожрал бы проклятый демон, которого призвали воины Клана Костей. И если Конан не хочет смерти этого недостойного, не будем марать руки его кровью.

— Как знаешь, Маллас. Смотри, не поплатись за свое доверие…

Киммериец обернулся к палачу брахманов Сна.

— Нужно отыскать, где гирканцы содержат пленных девушек, Вало. Если дев-браминов среди них не окажется, можно будет увериться, что Кесее и ее ученицам удалось скрыться от кочевников.

— Хорошо, Конан.

— Оставайтесь здесь! — приказал северянин. — Мы скоро вернемся за вами.

Варвар бросил взгляд на степняка. Если оставить гирканца здесь с мунганами, толпа людей, жаждущих возмездия, его просто растерзает.

— Ты пойдешь с нами, — сказал он кочевнику.

— И я тоже пойду! — воскликнул Маллас. — Нужно до конца рассчитаться с Кхазалам-Амолом.

Киммериец кивнул.

Вчетвером они выбрали ход, который казался им наиболее предрасположенным к тому, чтобы вывести к месту заточения наложниц Суригая. Вскоре выяснилось, что интуиция их подвела. Странники вышли в подземный зал круглой формы. Здесь они увидели сгустки застывшей слизи вперемешку с белым порошком. Отбросы Кхазалам-Амола создали причудливые изваяния, похожие на невысокие резные башенки, которые и украсили зал. Вало попробовал сковырнуть кусочек с их поверхности — белая пирамида была прочна как камень.

— Похоже, мы зашли в самое логово Кхазалам-Амола, — сказал Конан, оглядываясь по сторонам.

— Только бы хозяин не вернулся, — мрачно произнес Маллас.

— Божество степняков ранено и истекает кровью, — сказал Вало. — Мы можем одолеть его даже под землей, достаточно всего пары точных ударов.