Грегори Арчер - Король воров

Карла подслеповато оглядел гостей, Вайгала узнал, зевнул, продемонстрировав щербатый рот, и протянул:

– А, это ты, Вайгал. Милости просим. А это что, с тобой, что ль?

– Со мной, со мной, Гнус. – Вайгал небрежно отпихнул карлу в сторону и вошел в полутемное помещение. Деливио и Конан последовали за ним.

Гнус за их спинами невозмутимо запер дверь на два засова и, почесывая бок, отправился к себе в каморку. Кроме него, а теперь еще и троих пришедших, в «Трех звездах» не было никого.

«Джабута был глуп, как Нелетучий Птах, и неповоротлив, как Толстокожий-Лежебока-В-Болоте. И почему это Великий шаман Манумба именно Джабуту выбрал Главным воином? Ведь сильнее и умнее его я! И почему пышногрудая Кхи выбрала его в мужья? Ведь победил на Соревновании Женихов я… Но Нанга и муж ее, Великий Пьйонга, все видят! Джабута мертв, и теперь я – Главный воин! Справедливость торжествует!»

Так думал второй Главный воин по имени Бванга, который совсем недавно был избран Великим шаманом Манумбой, одарен тремя словами Вудайю и теперь вел очередной отряд из четырех вторых лучших чернокожих воинов.

– Белые пауки оказались не столь беспомощными,- сказал ему шаман Манумба.- Первый Главный воин и четверо наших собратьев вернулись в живот Нанги. Они не смогли отобрать воплощение Великого Пьйонги. Белые пауки помешали им. Теперь Бванга – Главный воин. Пусть он наклонится поближе: я дам ему три слова Вудайю. И пусть он отыщет Пьйонгу.

Но теперь враги предупреждены, и действовать надо очень осторожно, Он, Бванга, не поступит, как глупый Джабута, и не поведет собратьев хожеными тропами белых пауков. Нет, к месту, где пауки прячут Воплощение Великого Пьйонги, он пойдет окраиной, проберется задами камней, изрытых пещерами, где живут пауки, и нападет неожиданно, как орел неожиданно падает на Длинноухого Зверя. И пусть дорога окажется длиннее, зато исход будет верным…

Детеныши белых пауков, копошащиеся в песке на задворках окраинных улиц Конверума, отрывались от своих игр и, сунув палец в рот, с интересом провожали взглядами отряд храбрецов из дальних земель, одетых в священные одежды.

– Эй, Гердус, долго ты там?

– Щас, щас… Иду.

Стражник Гердус завязал гульфик и, немного покачиваясь, отошел от кучи гнилой соломы, что скучала на задворках пустующего строения уже не первый месяц.

Напарник, топтавшийся неподалеку, вернул ему меч.

– Ага, спасибо,- поблагодарил Гердус и непроизвольно икнул,- Просто пиво у Ностраса что-то уж слишком жидким оказалось… Ну и дальше чего было?

Ну и все. Короче, гора трупов в том трактире.- Пошатываясь, его спутник поправил на бедре ножны с мечом.- Ставро сказал, что ему наш лекарь сказал, что копья у этих чернорожих какой-то отравой намазаны. И если встретим по дороге хоть одно такое чучело в мешке вместо нормальной одежды, то надо арестовать его, но осторожно: яд, дескать, мгновенный. И за каждого арестованного десять золотых положено. А к вечеру, Ставро говорит, отряд снарядим и двинемся на Южный рынок – надо поглядеть, что это за типы в наш город пожаловали. А пиво у Ностраса и впрямь крепкое. Надо бы патруль снарядить, проверить. Вдруг брагой, скотина, разбавляет…

– Слушай-ка, Дос,- вдруг схватил напарника за локоть Гербус. – Говоришь, они черные?

– Кто? – не понял тот.- Пивы?

– Да нет. Эти, Про которых ты только что рассказывал. Чужеземцы, что всех в «Червивой груше» поубивали.

– А… Ну да. Говорят, черные.

– В мешки одеты и с копьями?

– Ну.

– Как эти, что ль?

– Где?! – Стражник стремительно обернулся.

Хитры, хитры белые пауки! Знают, должно быть, что нос у настоящего воина чуткий, как у лесной собаки, вот и пытаются сбить всякими вонями. То едой сгнившей несет, то мочой, то такой гадостью, которой и названия-то нет…

Но не сбить с пути настоящего воина, коли Светильник Нанги ведет его. Правильную дорогу выбрал Бванга, второй Главный воин, хоть и окружную, зато ни одного белого паука на тропе. Он беспрепятственно дойдет до места.

Однако рано радовался Бванга: на их пути показались два белых паука: с железными полосами на бедре, одетые в мерзкие костюмы из кожи мертвых зверей. Слегка покачивающиеся, как кобра перед броском. Глупцы, неужели они не понимают, что воины примут их за домашних животных и не заметят подвоха? Нет-нет, Главный воин хитрее пауков.

– Пусть воины не обращают на них внимания,- сказал Бванга своему отряду,- Пусть пройдут мимо, точно их и нет вовсе. Бванга не должен сейчас драться. Бванга должен сейчас найти воплощение Великого Пьйонги.

– Ой-ой-ой,- прошептал Дос, хватаясь за меч.- Те самые! А нас всего двое-то…

Пятерка чернокожих типов в одеяниях-мешках приближалась. Тот, который шел впереди, прощелкал что-то своим соплеменникам, и те принялись старательно вертеть головами, глядя куда угодно, только не на стражников.

– За подмогой надо бежать! – предложил хмельной Дос.

– Поздно, уйдут,- возразил хмельной Гердус. – Давай их сами арестуем, а?

– Ты что! А копья, яд?

– Да какие это копья?! Прутики несерьезные. Смех один. Они ж дикари, Дос, мы их щас быстренько скрутим.

– Их пятеро! Нас двое! Нет, надо за подмогой бежать…

– А подмога тут же учует, что мы навеселе… Кстати, Дос, а десять золотых за арест этих «угольков» как выдаются – за каждого в отдельности или за всю компанию скопом?

– За каждого…

А на скольких делить придется, если мы подмогу приведем?

Глаза Доса загорелись; он тут же вытянул меч из ножен и заступил дорогу иноземцам.

– Эй, господа хорошие, вы арестованы.

Один из белых пауков в звериных одеждах загородил путь отважным воинам и простонал что-то неразборчивое. Бванга решил не обращать внимания на его потуги и повел свой отряд в обход паука. К несчастью, один из его воинов (молодой Трелга) случайно коснулся обнаженным боком железной полосы, выставленной пауком поперек дороги воинов, и немедленно, но неосмотрительно ткнул в горло наглецу боевой палкой: касание Холодным Железом считалось среди жителей Черных Королевств кровным оскорблением. Однако удар воина не достиг цели – белый паук оказался проворнее.

Едва чернорожий дикарь коснулся клинка Доса телом и, вздрогнув, точно его укусила змея, отвел руку для удара своим ребячьим копьем, стражник ловким взмахом меча обезглавил оружие противника; наконечник копья беспомощно упал в лужу, а Дос, памятуя о статье Правил Конверума «Действия охранника в угрожающих его жизни обстоятельствах», ничтоже сумняшеся, вонзил острие клинка в черную грудь. Противник, не издав ни единого звука, разбрызгивая кровь, хлещущую изо рта, упал на грязный песок.