Психотерапия для мертвеца - Александра Власова

взгляд. Если бы в университете узнали, что всего полтора года назад я была той самой дремучей девицей, что на полном серьезе зубрила заговоры, ставила магические защиты, а еще изгоняла демонов из бывшего парня, подняли бы на смех.

Сейчас я сама не могу точно сказать, что произошло тогда. Прошлое будто подернуто пеленой тумана и кажется похожим на старый мистический триллер. Я уже не знаю, что было на самом деле, а что мы, подростки, начитавшись фэнтези и насмотревшись ужастиков, невольно выдумали.

Помню, после изгнания духа из Эрика я постоянно ощущала холод – не согревали ни теплые свитера, ни чай с имбирем. Думаю, озноб настиг бы меня даже на тропическом острове. Я чувствовала острую потребность ненадолго отдохнуть от всего сверхъестественного, оттаять, как Кай после встречи со Снежной королевой. Пожить обыкновенной человеческой жизнью.

Смущаясь, я рассказала о своем желании наставнице бабе Марье. Все боялась, что строгая ведьма разозлится. Напомнит: обучение магии – тяжелый труд, а я не готова стать настоящей колдуньей, раз сбегаю после первых трудностей и потерь.

Но старая ворожея лишь понимающе сжала мою ладонь.

– Да, несладко тебе пришлось, девочка моя, – вздохнула наставница. – Что ж, порой всем нам необходимы перерывы. Возвращайся, как только захочешь. Я буду скучать.

– А как же духи-помощники? – робко спросила я. – Они поймут?

– А ты объясни им так же, как мне объяснила. Но уточни, что ты не отказываешься от магии навсегда. Обязательно пообещай вернуться к практике, как только будешь готова, – заботливо предупредила опытная колдунья, ласково потрепав меня по щеке. – На всякий случай, чтобы не случилось беды.

Воспоминания о том, что произошло при отказе от магии в прошлый раз, заставили меня зябко поежиться. Я не искала новых бед, их и так было чересчур много, поэтому сделала все в точности, как сказала наставница.

«Мне действительно нужно отдохнуть, набраться сил, в этом нет ничего плохого», – повторяла я себе изо дня в день. Но возвращение откладывалось.

Вначале я планировала возобновить обучение ворожбе через два-три месяца – столько времени достаточно, чтобы отойти от столкновения с демоном?

В образовавшийся перерыв переключилась на подготовку к поступлению. Оказалось, я переоценивала свои знания, а до экзамена оставался всего год.

Приближающиеся ЕГЭ – зубрежка, занятия с репетиторами, бесконечные дополнительные курсы, – как злобный монстр пожирали все время и силы, тут уж не до познания тайн Вселенной. Так два месяца превратились в целый год с «хвостиком».

Затем, когда я каким-то чудом смогла попасть на бюджет, все собиралась вернуться к восхитительно пахнущим травам, заговорам и заклинаниям. Прикасаться к сакральным знаниям, творить ворожбу и общаться с мудрыми духами – казалось бы, что может быть волнительнее и прекраснее?

Но само это место… Оно как будто против моего возвращения к эзотерике.

Я учусь на психолога. Здесь часто разбирают истории, подозрительно напоминающие случаи, с которыми клиентки обращаются к бабе Марье. Уверена, наши профессора нашли бы любому «проклятью», «порче» и даже одержимости научное объяснение.

С недавних пор я глотаю знания по психиатрии и нейрофизиологии так же, как раньше поглощала книги по эзотерике. Единственное, что связывает меня с прошлым, – это необычное хобби. В свободное от учебы время я беру стакан горячего шоколада из автомата и иду в библиотеку. Все пытаюсь получить ответ – на этот раз от науки – что же случилось с Эриком на самом деле.

Когда тело бывшего «захватывал демон», менялось все – мимика, тембр голоса, даже запах, хотя последнее очень сомнительно. Возможно, так казалось из-за моего искаженного восприятия.

Мысли о прошлом не покидают. Даже сейчас, на паре Константина Валерьевича, я все раздумываю: так что это могло быть? Нервный срыв, расщепление личности, синдром деперсонализации… Любой вариант звучит гораздо убедительнее, чем одержимость.

Из потока мыслей меня вырывает вибрация телефона. Лиза снова присылает забавный мем с ведьмой. Но не настолько смешной, чтобы на него ответить.

С лучшей подругой мы учимся в одном институте, но на разных факультетах и общаемся все реже и реже.

Поначалу после расставания с Эриком я была очень благодарна ей за поддержку в самые мрачные времена. Мы часто гуляли, ходили в кино и в кафешки, где долго шушукались. Казалось, Лиза – единственный человек, которому я могу доверить секреты.

Но чем ближе становилось поступление, тем меньше времени оставалось на посиделки с подружками. Затем, оказавшись в стенах университета, мы будто очутились в разных вселенных.

Мне стала интересна нейрофизиология, физиология, возрастная психология, психиатрия, в то время как Лиза будто застыла в позапрошлом веке. Она по-прежнему говорит только о ворожбе.

Общие темы стремительно исчезают, и общаться с подругой становится немного неловко. Но если быть полностью откровенной, я знаю – это всего лишь отмазка. Несмотря на новые научные убеждения, где-то в глубине души сидит вера, что я приношу только несчастья.

Пусть профессора и подражающие им одногруппники сказали бы, что у меня разыгрался невроз, ставить диагнозы другим легко – они видны как на ладони.

Но если отстраниться и спокойно взглянуть на факты, картина получится неприглядной. Никита хотел мне помочь и чуть не умер от удушья. Психика Лехи оказалась не готова к «мистическим» приключениям, и каждую весну и осень он ложится в психдиспансер. У парня начинается обострение паранойи: Лехе чудится, будто его преследует демон. Даже кот Рыжик погиб.

Поэтому пусть друзья держатся на расстоянии. На всякий случай – так будет лучше для всех. Я игнорирую сообщение подруги, стараясь сосредоточиться на голосе преподавателя, но звонок весело возвещает об окончании пары.

Выхожу в коридор и нос к носу сталкиваюсь с взлохмаченной хмурой девушкой.

Такая ситуация не редкость в тесном пространстве, порой студенты так спешат на переменку, что даже врезаются друг в друга. Девица, в отличие от обычных учеников, ведет себя вызывающе: я пытаюсь ее обойти, но незнакомка нагло заслоняет проход.

Уступать дорогу она явно не собирается.

– Подвиньтесь, пожалуйста, – раздраженно прошу я.

Девушка не реагирует. Нечто неуловимо выделяет ее из толпы веселых первокурсников. Нет, не разноцветные браслеты, что опоясывают ее руки и звенят при каждом движении.

Меня не покидает ощущение, что мы уже пересекались, но, как ни стараюсь, не могу вспомнить, где видела ее бледное лицо, темные волосы и зеленые глаза.

Знакомая незнакомка смотрит с укором, будто я в чем-то перед ней виновата.

– Прости? Мы где-то виделись?

Вместо ответа на мой вопрос она задает свой.

– Твой отпуск не слишком затянулся? – голос девушки звучит глухо, словно доносится издалека, в то же время от ее слов веет нездешней силой. По