Пылай! (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

— А перевязывать? — спросил Котган, рассматривая цветные флакончики.

— Сначала перевязка, потом зелья, — кивнула ведьма и продолжила: — После обезболивающего кровоостанавливающее. Флакон с серой маркировкой.

Девушка взяла в руки следующий флакон с фиолетовой маркировкой.

— Это заживляющее зелье. Если рана не обширная, не повреждены внутренности в животе, то можно его использовать. Затянет на глазах. — произнесла она, взяв следующий флакон. — Этот красный, если потерял слишком много крови. А вот этот зеленый, если срочно нужно много скорости и выносливости. Действует не больше часа. Потом будешь валяться бревном.

— А черный? — спросил один из наемников, собравшихся вокруг Тук.

— Черный использовать только в том случае, если не знаете: жив человек или мертв. Когда он на грани и едва трепыхается — тоже можно. Это очень сильное зелье с моей силой. Может статься так, что жизнь кому-нибудь спасет.

— И такая сумка будет у каждого? — уточнил Котган, собравший вокруг ведьмы весь отряд.

— Я расчитывала, что у каждого. Я подготовила пока шесть сумок, но если Рус закупит ингредиентов, то будет у каждого.

— Жи-и-и-и-ирно, — протянули наемники.

— А с артефактами слышно чего?

— По поводу артефактов — это вам к Русу, — покачала головой девушка. — Я только стрелу тьмы плести научилась.

— Погоди с артефактами, — отмахнулся Котган. — Ты скажи, какое зелье лить в тебя или Руса, если вы перенапряжетесь, или если сильно ранит вас?

Девушка указала на черное.

— Это. Если с нами случится беда, то вливай это и беги.

— Бежать?

— Произойдет выброс силы. Большой.

Котган кивнул и оглядел наемников.

— Все слышали?

— Все.

— Понятно.

— Не дураки…

Котган снова повернулся к девушке и спросил:

— То дело, конечно, не наше, но спросит хотел. Что за монету Рус с того хутора взял? Мы-то хорошо заработали. Наша доля серебром ушла, а ваша…

— Рус думал, Токувар схитрил и безделушку отдал. Показали монету местным торгашам. Они покупать ее отказались, но вроде как она настоящая.

— Монета гномов?

— Долговая монета. Старший племени обязан выслушать просьбу, с которой к нему пришли, — пояснила девушка. — Только выслушать. Помогать или нет будет зависеть от самих гномов.

— Можно броню у них справную попросить, — подал голос наемник. — В «Золотом листе», говорят, у Торука броня комплектом от гномов.

— Можно, — кивнула девушка. — Рус за заданием для гномов пошел.

— Не будут с ним гномы связываться, — покачал головой Котган. — Гномы кого попало не нанимают. А мы, по сути, новички. Одного анималиста прижучили, да и тот оказался…

— Ну не скажи-и-и-и, — возразил кто-то из наемников. — Мы то с деньгами остались. Причем с хорошими деньгами, а анималист тот в ловушку сунулся с голодухи. Рус-то его обвел вокруг пальца.

— Был бы умен, не провел, — возразил другой наемник. — Он бы десять раз подумал, прежде чем соваться.

— Та то с голодухи!

— Если он на незнакомого мага нахрапом прет, то по глупости, а не с голодухи…

Среди наемников поднялся гомон, и началось обсуждение, но его прервала Тук.

— Если анималист не в гвардии имперской служит, а в вольных баронствах ошивается, то это говорит, что для гвардии он никудышный, — громко произнесла девушка, заставив наемников умолкнуть. — В гвардию анималистов не по длине лап и хвосту отбирают. И не по силе. Туда берут по силе, с которой ты зверя в себе контролируешь. Значит, он не контролировал, за то и получил волчий билет.

Наемники переглянулись.

— А что за волчий билет? — спросил Котган.

— Мой учитель рассказывал. Если маг силой своей начудил, если поперек закона пошел, а за ним дела есть не угодные империи, то его не казнят и в тюрьму не садят. Тюрьма для магов — дорого выходит. Таким магам волчий билет дают. Этот билет как клеймо позора. С одной стороны долгов нет, а с другой на территории империи появляться нельзя.

— Выходит, что он еще в империи чудить начал, а когда там его поймали, то из империи турнули?

— Скорее всего так, — кивнула девушка. — Но как на самом деле там дело было — знают только в империи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В этот момент калитка во дворе скрипнула и в ней показался задумчивый Рус.

— Ну? Есть работа? — спросил кто-то из наемников.

— Работа есть, — кивнул парень и подошел с двумя бумагами. — Причем сразу две.

Наемники оживились и потянулись к Русу.

— Первая на защиту, — произнес парень и показал бумагу. — Десять золотом, если мы доставим девушку до баронства Лордейл. Конкретно в столичный замок «Каменный цветок».

— Хорошие деньги, — подал голос один из наемников. — Только вот хорошие деньги за простую прогулку не платят.

— Да, — кивнул парень и показал вторую бумагу. — Это контракт на ее же убийство. Платят пятнадцать золотом.

Наемники загомонили. Начался спор о том, какой контракт лучше взять. Большинство было на стороне второго контракта, но в дело вмешалась Тук.

— Если в убийстве запачкамеся — врага наживем. Девушка же не простая так?

— Насколько я понял, младшая дочь барона Лордейла, — кивнул парень.

— Так вот, если мы ее убьем, мы заработаем денег и врага. Барон Лордейла славился злопамятностью, — подал голос Котган.

— Вот! То есть вместе с деньгами ты получаешь проблемы. Стоят пять золотых проблем с Лордейлом? — спросила Тук, оглядев наемников. — Я считаю, надо на защиту взять. Довести ее до положенного места, деньги получить и показать себя как ответственный отряд перед Лордейлом. Глядишь, если мы сам факт барону на два контракта передадим, может нам еще и работы перепадет.

— Я тоже думаю, что стоит на защиту взять, — кивнул парень.

— Право выбора за тобой, — пожал плечами Котган, прикидывая, сколько выйдет на их долю.

В любом случае, три золотых для их отряда было настоящим сокровищем. За все время существования отряда без мага они ни разу не заработали больше золотого, и это были рискованные мероприятия, где действительно можно было сложить голову. Здесь же тоже были риски, но три золотых на всех бойцов было действительно жирно.

— Тогда берем на защиту, — кивнул Рус, скомкав контракт на убийство.

* * *

— М-м-м-м-м, нет. Такого в контракте нет, — покачала головой девушка.

Она еще раз перечитала договор и взглянула на Руса, который удивленно смотрел на вереницу из телег, плетущихся за каретой.

— Тогда и разговор будет короткий, — твердо заявил он.

Как только на превратную площадь выехала карета, из нее выскочил слуга, который пулей подбежал к отряду и спросил:

— Кто главный?

— Я! — ответил Рус.

Слуга оценил взглядом Руса и, стараясь не морщиться, продолжил:

— Условия такие: вы располагаетесь в конце колонны. Перед ее высочеством не мельтешить! На стоянках отдельный костер и стоите в стороне. К госпоже Лордейл не приближаетесь и не разговариваете, пока она сама с вами не заговорит. Понятно?

Рус взглянул на Тук и Котгана.

— Для чего нас наняли? — уточнил Рус, плохо себе представляя, как в конце колонны из кареты и вереницы телег с барахлом и слугами он будет защищать девушку в карете, которая ехала первой.

— Вы нас сопровождаете до замка Каменный цветок в баронстве Лордейл. — начал разжевывать слуга. — Если потребуется ваше вмешательство — я дам вам знать.

— Вы, видимо, кое-чего не понимаете, — произнес Рус. — На вашу особу выдан контракт в гильдию. На ее убийство.

— Чушь какая, — фыркнул слуга. — Вас наняли сопровождать, вот и сопровождайте, а не слушайте всякие слухи по кабакам.

— Это не слухи. Мне… — тут он почувствовал, как на плечо легла рука Котгана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не спорь, — произнес он.

Рус умолк, а слуга не стал больше разговаривать, умчавшись к карете.

— У нас контракт на охрану девчонки, — произнес старший наемник. — О слугах в контракте ни слова.

— Так карета первой едет, — возмутился Рус. — По ней же и ударят первым делом.