Вацлав Пиша - Пепел забытого колдовства

— Так, — тихо заговорил Конан, и это был тихий рык тигра, готового броситься в любое мгновение, — кто ещё хочет меня арестовать?

Стало абсолютно тихо. Солдаты, потеряв своего капитана, в нерешительности топтались на месте и не осмеливались бросить вызов взбешенному варвару.

— Тут до-обыча, — Брайер наклонился к сумке с книгами, но потерял равновесие и рухнул вниз. Конан подхватил его вместе с добычей и по освободившемуся, как по волшебству проходу, уверенно вышел из зала.

На улице их никто не преследовал и завернув за третий угол, Конан опустил Брайера и прислонил к стенке. Вор поначалу не двигался, а потом повернулся и сказал:

— Ещ-щё чуток…

Варвар сердито зарычал и толкнул его в рёбра:

— Вставай, ты, ни на что не годный мешок костей! Или тебя живьём сожрут собаки, которых пустили по нашему следу!

Брайер выкатил глаза и на миг призадумался. Потом произнёс:

— Ты за ш-ш-то на меня з-злишься?

— Это я-то злюсь? Ты, грязное отродье, почему не сказал мне, что за нами, по указке жрецов Ханумана, погонится рой ос из растревоженного улья?

Вор возмущенно поднялся с четверенек и был этим достижением чрезвычайно горд:

— Ну, знаешь, ты назвал меня мешком… этого, как его… Сам ул-литка! Да я с тобой… — но вдруг смолк и прислушался к звукам в отдалении.

Из-за какого-то дома выбежала пара десятков вооружённых людей. Брайер с Конаном молча переглянулись. Варвар схватил грабителя за шиворот и, бросив его через плечо, побежал по лабиринту тёмных улочек.

Через некоторое время Брайер заявил:

— Не на-до подска-аа-акивать, ты раз-зобьёшь меня на куски или я упа-аду, — и тут же упал прямо в грязную лужу посреди улицы. Он смотрел на варвара, который встал рядом, и ждал, когда ледяная вода очистит разум, затуманенный алкоголем. Наконец Брайер сел и чихнул, протёр глаза. Потом неуверенно встал, критически посмотрел на свою одежду, и ещё более критически — на Конана.

— Не-ет, — произнёс Брайер после, мысленно сравнив мускулы Конана и свои. — Думаю, я тебе все же не противник, тем более после выпивки…

Конан мрачно покачал головой:

— Покажи мне, что ты на самом деле украл.

Вор нахмурился и прохрипел:

— Пустяк. Пару книг, не интересных никому, кроме крыс.

Варвар мрачно усмехнулся:

— Ах, так это были обычные крысы! Те, кто назначил награду за нас и натравил тех псов, спущенных ночью по следу! И это всего лишь через несколько часов после того, как мы отняли у них их любимое лакомство?

Брайер пожал плечами.

— Ну, хорошо, посмотрим, — усмехнулся Конан, — из-за пары пергаментов голова ни у кого болеть не будет. — Конан взял мешок и стал вывалить его содержимое в лужу.

— Подожди! — запротестовал Брайер. Варвар вопросительно свёл брови. — Я должен это доставить, — изрёк умоляюще вор. — Как думаешь, на какие средства мы сегодня пили? На сбережённые с детства?

— Аванс, — произнёс Конан ошеломлённо. — Тебе кто-то дал аванс? — И от души расхохотался. — Кром! Это мог быть только блаженный! Почему же ты тогда рисковал в храме? Почему просто не сбежал?

Брайер нахмурился, но потом хитро ухмыльнулся:

— Это жалкие гроши, по сравнению с настоящей платой за доставку книг!

— Кром! — Конан перебросил мешок грабителю. — А сумеет нас этот некто укрыть, нежели свора солдат сможет нас нагнать?

Брайер смутился:

— Его нет в городе. Я должен доставить всё это в Драконовые горы.

Конан присвистнул:

— По шемитским равнинам с солдатами на пятах!

— Правильно. Но я подумал, что первую часть пути пройду с одним караваном, который идёт до Самарры… Но я не ожидал, что жрецы так быстро обнаружат, кто украл книги.

Варвар возразил:

— Караванные пути могут стеречь и постоянно обыскивать каждый воз, особенно, если ищут нечто очень ценное.

— Это так, — подтвердил вор. — Но только сам в одиночку через Шем я бы не смог пробраться. А если нанял бы проводника, то тот мог бы разузнать о награде.

Конан задумчиво улыбнулся:

— Это понятно, но я пришёл к выводу, что моя голова стала так же ценна, как и твоя. И когда необходимо исчезнуть, восток — такое же хорошее направление, как и все иные.

Лицо грабителя стало проясняться, Конан пытливо посмотрел на него:

— Думаешь, что мы уже достаточно сдружились, чтобы стать хорошими приятелями, и ты поделился со мной наградой?

Разбойник, для которого это был единственный шанс выжить, с восторгом согласился.

— Кром! Я согласен на хорошие приятельские отношения, и на то, что доведу тебя до Драконовых гор, — заявил Конан. — Так к чему дальнейшая болтовня? По пути к этому месту по нашему следу идет стая шакалов, и скоро рассвет, лишающий относительной невидимости. А нам, клянусь пупком Иштар, для дороги необходимо ещё раздобыть хороших коней. И тогда уж нас не догонит никто!

III

— Демоны тебя побери, — ругался Конан, — как долго ещё будем волочиться, петлять и блуждать?

— Уже близко, — успокаивал его Брайер. — Узнаю вершину того холма.

— Я тоже. Так как мы останавливались там вчера.

— Серьёзно? — смутился грабитель. — Это же на расстоянии вытянутой руки.

— На расстоянии моей руки находишься ты, — мрачно отрезал Конан. — И если твоя городская башка сверху не опознает, куда идти, я оттуда же отправлю тебя прямиком в ущелье, чтобы познакомить с падальщиками!

По Драконовым горам они бродили уже несколько дней. Вор, очевидно, не мог найти место встречи с заказчиком, и варвар понемногу начинал терять терпение.

— Ну, — рассудительно изрёк Брайер, — может быть, это и неплохая идея.

У Конана от такой дерзости захватило дыхание.

— Думаю, — быстро добавил вор, — подождать там, на горе, пока он сам нас не найдёт.

— Как долго? — ехидно спросил варвар. — До следующей недели? О, все дьяволы, я уже хотел развлекаться в Самарре!

— Что ты от меня хочешь? — взвыл разбойник. — Торжественной встречи и приветственных фанфар? Говорил же, что мой заказчик живёт скрытно.

— Ага. Укрываясь даже от собственных людей.

— Ха! Когда ему потребуется найти кого-то, то он отыщет нас и на другой стороне света.

— Хорошо, — Конан остановил коня. — Значит, даже в Самарре.

— Отлично, — ухмыльнулся Брайер и повернулся, чтобы насладиться выражением лица Конана, как вдруг конь под варваром беспокойно фыркнул и застыл на месте, пока Брайер нетерпеливо пришпоривал своего.

Конан спешился и замер с мечом в руке, настороженно прислушиваясь, как охотничий пёс, а затем бесшумно скрылся за скалистым утёсом. Брайер в это время нервно грыз усы, пока не решил тоже слезть с коня. Он взял обоих скакунов под уздцы и осторожно побрёл за Конаном.