Сто баллов удачи - Александр Го

Артур не торопил коней, и я даже поспевал за всадниками. Время от времени он оборачивался, бросал в мою сторону неприязненные взгляды.

Один раз я споткнулся и упал, чудом не пропахав носом пыльную дорогу. Артур резко развернулся, встала вся колонна. Под взглядами всадников я медленно поднялся, стараясь не выдать, как подкашиваются ноги.

— Может, привяжем его к седлу? — предложил молодой рыцарь, с перевязанной рукой.

— Я могу закинуть его к себе, — отозвался другой, постарше.

Артур нахмурился, покачал головой и ответил своим людям:

— Нет. Пусть идёт пешком, — с показной ленцой бросил он, — нам ведь некуда спешить. Окрестным деревням точно уже конец.

Он говорил о них, как о потерянной перчатке — с лёгкой досадой, но без жалости.

Хотелось спросить у него про мирных жителей — крестьян, чьи жизни, возможно, ещё зависят от скорости их прибытия. Но я уже знал ответ. Этим рыцарям, как и их «герою», плевать на простой люд.

Скорее всего, как и в любом феодальном обществе земли здесь ценились больше жизней. Высшие сословия, возможно, ещё не понимают, что всю их родимую возвышенную знать кормят грубые руки простого мужика. А если это поймёт простой мужик, то вся знать повиснет на верёвках в собственных же замках. Уж я-то это хорошо знал на примерах истории моего родного мира.

— Не вздумай бежать — это бесполезно. И не отставай от нас сильно, смотри под ноги, — обратился ко мне Артур повелительным тоном.

Я кивнул, без слов. Покорность была показной — усталость вытеснила даже злость. Обиду, ненависть, чувство несправедливости — всё это будто постепенно размывалось.

Если подумать — мне действительно нечего с ним делить, тем более если он такая же пешка короля, только слепо верящая в монарха, преданная. Непонятно только, почему он с первого дня смотрел на меня с неприязнью и так радостно запихивал в клетку? К чему эти издевательства?

Он завидует моей удаче, которая ни черта не работает, когда это действительно нужно? Видит конкурента или, может, ревнует короля?

На нашем пути показался лес, а на его фоне село: кривые крыши, покосившиеся заборы, одна большая мельница чуть в стороне. И над всем этим поднимался густой чёрный дым.

Сердце сжалось от нехорошего предчувствия.

Что творят эти рогатые исчадия ада с безоружными жителями, если даже не каждый рыцарь способен им противостоять? Я не хотел снова видеть изувеченные тела, разорванные тела, лица, застывшие в ужасе — особенно если среди них окажутся женщины и дети.

Чем ближе мы подъезжали к деревне, тем сильнее росла тревога. Запах гари усиливался, резкий и неприятный.

Артур поднял руку, подал отряду какой-то жест — я не понял его смысла. Но рыжеволосый, рослый рыцарь тут же соскочил с седла, подошёл ко мне и, не сказав ни слова, закинул меня на лошадь, как мешок зерна.

Кандалы впились в запястья с новой силой. Я стиснул зубы — страх падения с лошади был сильнее боли.

Отряд ускорился. Воздух засвистел в ушах. Пыль заклубилась ещё гуще — казалось, я дышал землёй.

На въезде в деревню Элиас осмотрелся и громко крикнул:

— Чисто! Демонов нет!

Отряд замедлился, и от увиденного я даже вздохнул с облегчением.

Наверное, все мы ожидали застать пепелище — развалины, развороченные заборы, трупы, раскиданные по земле. Но вместо этого перед нами предстало мирное уцелевшее поселение. Лишь один дом — ближе к въезду — был выжжен дотла. От него и тянулся чёрный шлейф в небо.

Жители прячутся по домам. Из каждой хаты — щель между ставнями, любопытный взгляд из темноты. Двери плотно закрыты. Ни детского плача, ни женского голоса — только шелест ветра в кустах, да одинокая курица пересекает дорогу.

И вдруг — движение. На пустой улочке появился мальчишка. Босой, в длинной рубахе до колен. В руке — деревянная лошадка. Замер на месте, увидев рыцарей. Глаза распахнуты — страх в глазах, пыль на лице, волосы растрёпаны. Один.

Артур придержал коня и остановился напротив него. Говорил негромко, без обычной суровости в голосе — почти по-человечески:

— Эй, малыш… где дом старосты?

Мальчишка молчал. Стоял, глядя на Артура исподлобья, но затем медленно поднял руку и указал вдоль улицы на дом с резными ставнями и высоким частоколом, выбивающийся из прочих.

— Благодарю, — кивнул Артур и тронул поводья.

У дома старосты нас уже ждали. Мужчина вышел сам — худощавый, но высокий, в старом кафтане, подпоясанном верёвкой. Лицо испещрено морщинами, как сухая земля перед дождём. Глаза — тревожные, но ясные, не затуманенные страхом.

У дома собралась группа крепких мужиков — обычные крестьяне, но не из пугливых. Каждый держал в руках что-то тяжёлое: кто дубину, кто топор с зазубренным лезвием, обитый железом.

Смотрели мужики на рыцарей настороженно. Когда Артур подъехал ближе, мужчины нехотя расступились, уступая дорогу, хоть и без почтения, но склонили головы — в знак уважения и покорности к силе и титулу.

— Господин рыцарь, — произнёс староста, склоняя голову. — Спасибо, что прибыли. Вы… вовремя.

Артур спешился, подошёл ближе.

— Здесь были демоны? Как вы выжили?

Староста помолчал, взглянул на чёрный остов сгоревшего дома, затем снова на Артура.

— Они налетели внезапно, господин. Тьма или дым… будто ночь на нас всех свалилась. Уроды с рогами, когтистые. Бабы так кричали, я думал, уже кого-то на части рвут. Ох. — Староста понизил голос, будто снова переживал те секунды. — Но всё закончилось быстро. Демоны пропали в дыму, и никто из нас не погиб. Дом мельника, правда, сожгли зачем-то.

Маг Элиас вышел вперёд. Прикрыл глаза и зашептал что-то неразборчивое под нос. В руках у него дрожал жезл. Воздух вокруг мага слегка исказился на мгновение.

— Всё случилось почти одновременно, — сказал он, не открывая глаз, голос был хрипловатый. — Засада на тракте и нападение здесь. Минута в минуту.

Артур прищурился, провёл ладонью по щетине на подбородке.

— Значит, они отвлеклись на нас… — он нахмурился. — Только вот откуда они узнали, что мы приближаемся? Раньше они просто нападали скопом на кого попало без продуманной тактики.

Элиас молчал, потому что у него, скорее всего, не было ответа.

Староста переглянулся с кем-то за своей спиной — в дверях дома стояла женщина в платке, сжатые пальцы побелели на дверной раме. Он вздохнул и шагнул ближе к Артуру.

— Господин рыцарь… Вчера на закате в соседней Ланше что-то страшное случилось. Не