Могильный Алхимик - София Никодимова

– Квентэ́ра О’Дюсса́н, дочь Селе́н О’Дюсса́н и внучка той самой Яреоне́тты. Именно Эра, по слухам, уничтожила Веритациа́н, чтобы избавить мир от Могильного Алхимика. Если его последователь сейчас жив, то Эра вернулась, чтобы убить его, – Лиар сделала паузу, видимо, ожидая, что Лунаса, наконец, осенит, но он скептически молчал. – Если я помогу ей выполнить миссию, Осколок души Квентэры упокоится и исчезнет, а мои кошмары прекратятся. Теперь понимаешь?

Лиар говорила с упоением. Лунас видел, что она искренне считает все озвученное правдой, но гнусный ворчливый сверг, засевший где-то в глубине души, кропотливо подвергал сомнению каждый тезис, будто восседал за работой по огранке драгоценного камня.

– Лунас, пожалуйста, хоть раз поверь в меня! Руны Сирнеуса, блокирующей мои кошмары, надолго не хватит, да и наш фальшивый обряд действует лишь временно, пока не выполним миссию Осколка, вселившегося в Феликса. Мне придется каждый день принимать снадобье, чтобы свадебная руна не выявила, что алхимический брак не консумирован, и я все еще невинна. Иначе вернется футаркский обет, и все слетит к Тумматам!

Сестра впервые выругалась, чем окончательно повергла Лунаса в шок.

– Что еще за руна Сирнеуса? – строго уточнил он.

Лиар глубоко вздохнула, расстегнула пуговицы болеро и показала на небольшой символ возле ключицы.

– Я прежде не встречала ее, но сама нанесла по его указаниям…

– Так это вариация Чистой лилии, – фыркнул Лунас. – Я такую же рисовал Айси, чтобы избавить ее от кошма…

Он запнулся, осознав, как все логично сходится.

– Вот видишь, – кивнула Лиар, застегивая круглые, мягкие пуговицы. – А мне ты помощи не предлагал с моими кошмарами.

– Потому что это слишком опасно для такой…

– Маленькой девочки? – укоризненно продолжила за него Лиар. – Но я уже не маленькая, Лунас. Я знаю, что делаю.

Он смотрел на волшебницу, освещаемую тусклым светом его сферы, и ужаснулся, что упустил мгновение, когда малютка Лиар вдруг выросла и начала принимать зрелые решения, и теперь ему не о ком будет заботиться. Конечно, была еще Таллика, которую он любил, как вторую младшую сестру, но с Лиар он нянчился буквально с пеленок. Теперь же напротив него стояла уверенная в себе девушка, очень похожая на мать тех времен, когда сбежала из родительского дома в Арге́нум под видом молодой алхимички. Особенно внешне, судя по старым паутинкам, хранящимся в сундуках Вермона: та же стрижка, то же прекрасное юное личико, только глаза другие – отцовские. Лунас глубоко втянул воздух и сказал:

– Хорошо, я в тебя верю. И помогу, но сначала мне надо вернуть асараб. Поэтому я отведу тебя домой, отнесу скарабея на место, подсуну кольцо Клагорату, а затем…

– Подожди. И как ты это сделаешь в одиночку?

– Разберусь, – он не желал признаваться в отсутствии плана.

– Брось, Лунас, надо мыслить здраво, – Лиар впервые общалась с ним на равных. – Я же вижу, что тебе не хватит энергии для полета до хранилищ. Пробраться пешком, уверена, тоже не получится из-за стражей. А что касается отрисовки рунического круга, согласись, в алхимии я разбираюсь получше тебя…

Лунас сглотнул, мысленно признавая, что сестра права, но виду не подал.

– Откуда ты знаешь, что мне надо в хранилища?

– Это и вэргу ясно. Куда бы еще Верховный Алхимик его спрятал, как не в древние сверхзащищенные катакомбы алхимиков? А вот эта штука, – Лиар потянулась к кольцу на пальце брата, – очень похожа на разработку папы и дяди Реталло. Я видела рисунок в наших архивных рукописях… Судя по всему, это телепортационное кольцо?

Лунас кивнул и поразился, как точно Лиар сопоставила свои наблюдения и его слова.

– Дай мне кольцо и асараб. Мы вернемся вниз, и я отправлю эту штуковину обратно в хранилище.

– Это невозможно. Даже Клагорат не способен на такое.

– Клагорат – может быть, а я смогу. У него нет под рукой девственной алхимической крови, а у меня есть.

– Что у тебя есть? – Лунас поморщился.

– Специальная смесь на основе снадобий Лесного Королевства, заряженная алхимической энергией. Ее синтезировали, чтобы язычники больше не приносили в жертву Дикой Магии живых существ, а лишь смешивали несколько капель их крови с сывороткой и окропляли ею алтарь. Я узнала об этом еще в Ноубле от господина Ре́та Мельде́ри [22], но не думала, что мне когда-нибудь такое пригодится. Я добавила свою кровь в эту смесь, и мы с Сирнеусом зарядили ее нашей энергией, чтобы обмануть свадебную руну. Мы как бы разыграли первую брачную ночь. Как видишь, все получилось. – Лиар мельком глянула на свою руку.

– Так вот, что означал кинжал и красная вода… Ну допустим, но как это поможет открыть хранилище отсюда?

– Девственная кровь обладает одним из самых мощных зарядов алхимической энергии, уступая разве что материнской во время родов. Она усиливает действие рун в десятки раз. Поэтому если нарисовать ею круг, то…

– Я понял, – сосредоточенно прервал ее Лунас. – План принят, идем. В конце концов, лишь тот, кто рискует, седлает пегаса.

Лиар облегченно вздохнула и радостно улыбнулась. Вот теперь это была его любимая сестренка.

– Но это не значит, что я извинюсь перед Фелом. Или Сирвусом. Или как его там… – предупреждающе добавил он.

– Хорошо. Думаю, это я тоже возьму на себя.

* * *

– Погодите, что? Он – лекарство? – сама не веря в свои слова, спросила Айсин, скептически разглядывая Семперов.

Она расхаживала из стороны в сторону, продолжая сжимать руки на груди, будто это могло помочь ей отгородиться от новостей. Лунас, прислонившись спиной к холодной стене подвала, косо поглядывал на Сирнеуса. Эльвия тоже молчала и лихорадочно теребила свои браслеты.

– Не совсем, – терпеливо отозвалась Лиар. Всем своим видом она излучала спокойствие и уверенность, и только это не давало Айси обозвать весь разговор дичью и здесь же на месте скрутить Фела.

– Как это вообще тогда работает?

Сирнеус смотрел на них так, будто плелся на эшафот, как вдруг процессию остановили в нескольких метрах от виселицы и стали решать вопрос о его помиловании. Он облокотился левой рукой о колени и подпер подбородок кулаком. Кровь на его лице уже запеклась и напоминала потрескавшуюся красную глину.

– Еще когда в Лауне жили импалы, их достойнейшие шаманы объединялись с Осколками душ павших воинов, чтобы те помогали им в сражениях. Маги использовали суть этого объединения, когда научились создавать ловушки и привязывать к себе горогонов, – Лиар указала на Амантес Лунаса.

Айсин покачала головой и спустя мгновение облекла свое недоумение в слова:

– Допустим, просто допустим, Фел… то есть Сирнеус, действительно Осколок, который, как ты утверждаешь, может помочь в создании лекарства от могильного