Конан и Вольные стрелки - Валерий Федорович Евтушенко

из охотников за удачей, которые не боялись никого на свете, но они наверняка обратились бы в бегство, если бы не воспрянувшие духом туранцы, бросившиеся на них с саблями в руках.

Конан, которого стремительно атаковал Артабан, занял оборонительную позицию, одновременно лихорадочно размышляя о том, выдержат ли казаки одновременную атаку призванных Кармэлой скелетов и туранских воинов. Сам он скелетов не испугался, ему доводилось попадать и в худшие переделки с юных лет. Но казаки, отважные и храбрые в сражениях с обычными людьми, вряд ли встречались в бою с мертвецами и в любой момент могли обратиться в бегство..

Скелетов было больше сотни и они уже спешили сразиться с казаками, но в это время Терентий сделал шаг вперед. Воздев руки к небу, он что-то повелительно выкрикнул и в то же мгновение земля содрогнулась от удара какого-то тяжелого тела. Кошмарное шестилапое чудовище с головой льва и туловищем слона свалилось откуда-то с неба, преградив дорогу ожившим мертвецам. У монстра был хвост длиной в пятнадцать локтей, заканчивавшийся когтем, как у скорпиона. Махнув хвостом, невиданный зверь смел сразу десяток скелетов, а затем прыгнул прямо в их середину. Удары чудовищных лап, хвоста и пасти превращали скелетов в груды костей. Ожившие мертвецы, не чувствуя страха, устремились к нему и страшный зверь уничтожал их сразу десятками.

Успокоившись за казаков, которые явно воспрянули духом, когда увидели, как призванный Терентием монстр с успехом сражается со скелетами, Конан сосредоточился на поединке с Артабаном. Генерал превосходно владел саблей и киммерийцу пришлось не столько нападать самому, сколько обороняться от стремительных ударов его остро отточенного клинка. Генерал был силен в искусстве фехтования и его легкая сабля мелькала перед противником, мгновениями становясь практически неразличимой. Выставив перед собой меч, Конан внимательно следил за мерцающим кругом, в который временами превращалась сабля Артабана, понимая, что малейшая его неосторожность может стоить ему жизни. Самое плохое было в том, что Артабан не давал ему возможности занести меч для удара, генерал орудовал одной кистью, рука же его оставалась почти неподвижной. Одновременно он быстро перемещался из стороны в сторону, словно маятник и Конану оставалось только поворачиваться вслед за ним, выставив меч впереди себя. Ни Артабану, ни киммерийцу на помощь прийти никто не мог. Между Кармэлой и Терентием шел напряженный поединок разумов, они мысленно управляли вызванными ими потусторонними силами и не имели возможности отвлечься ни на что иное. Казаки и туранцы рубились друг с другом на равных и еще неизвестно было на чью сторону склонится удача. Впрочем, Конан и не привык рассчитывать на чью-то помощь, полагаясь на свою силу и прирожденную ловкость, но сейчас они ему мало помогали.

Поняв, что надо менять тактику, киммериец внезапно отпрыгнул назад. Артабан машинально сделал несколько шагов вперед. Сабля в его руке прекратила двигаться, чем и воспользовался Конан, сильно оттолкнувшись от земли и прыгнув вперед, выставив перед собой меч. Сабля Артабана задела его стальную кирасу, не причинив вреда, но острие меча попало генералу в верхнюю часть бедра, не защищенного кольчугой. Удар был сильным и, вероятно, перерубил генералу кость и артерию, так как он, постояв несколько мгновений, выронил саблю и грузно свалился на землю. Почва вокруг него потемнела от крови. Конан отступил назад и, держа меч в руке, несколько секунд не двигался, не зная насколько серьезная рана Артабана. Но тот вдруг попытался подняться и не сумев этого сделать, упал на спину. Он забился в конвульсиях и затих. Кармэла, бросившая взгляд в сторону Артабана вдруг издала вскрик, поняв, что тот мертв. Она перестала контролировать скелетов и те из них, кого еще не сразил призванный Терентием монстр, куда-то пропали. С ними вместе пропал и чудовищный зверь, который больше оказался не нужным.

— Проклятая ведьма! — рявкнул Терентий, обращаясь к Кармэле. — Ты снова путаешься у меня под ногами. В прошлую нашу встречу я тебя предупредил, чтобы ты больше не вставала у меня на дороге, мерзкая старуха.

— Я намного моложе тебя, Теренс! — ехидно захихикала Кармэла и бросивший в ее сторону взгляд Конан с ужасом заметил, как под внешностью прекрасной девушки, которую он не так давно жарко целовал и сжимал в своих объятиях, проступает образ древней костлявой старухи с лицом обтянутым старческой кожей, седыми клочьями волос на голове и крючковатым носом. Она выбросила руку вперед и с ее ладони сорвался луч желтого цвета, направленный на Терентия. Но он не достиг цели, разбившись о мерцающий кокон, внезапно окруживший старого казака. Не дожидаясь ответного удара, Кармэла завертелась волчком, превращаясь в призрачный силуэт и пропала, словно растворившись в возрасте.

— Тьфу ты, поганая баба! — с отвращением сплюнул Терентий. — Никак не угомонится старая ведьма!

Между тем, в сражении казаков с туранцами наступил перелом. Гибель Артабана и исчезновение Кармэлы сломило их боевой дух. Казаки же, наоборот, с удвоенной энергией навалились на них, словно желая расквитаться за свою первоначальную растерянность. Туранцы один за другим падали от ударов их сабель, а тех, кто пытался спастись бегством, догоняли и убивали безо всякой жалости. Спустя несколько минут все закончилось. Тела мертвых туранцев лежали по всему полю, а казаки обыскивали трупа в поисках чего-нибудь ценного.

Конан тщательно вытер меч об одежду Артабана и, вложив его в ножны, спросил, нахмурясь, подошедшего Терентия:

— Ты колдун?

— С чего ты взял? — дружелюбно ответил тот. — Я использую знания Древних, цивилизации, которая исчезла еще в те времена, когда никто не знал об Атлантиде и Лемурии. Как я их получил, пусть останется тайной. А Кармэла, действительно, колдунья, заключившая сделку с одним из Лордов Преисподней.

— Она состоит на службе у Йилдиза? — все еще хмурясь, спросил киммериец.

— За последние две сотни лет у кого она только не состояла на службе, — ухмыльнулся Терентий, — но встретить ее здесь, признаюсь честно, не ожидал. Без ее помощи у Артабана ничего бы не вышло.

— Да, свалял я дурака, — признался Конан, мрачнея лицом. — Пригрел змею за пазухой.

— Бывает! — пожал плечами старый казак.

— Что ж мы отомстили, надо двигаться обратно, — без энтузиазма заметил киммериец.

Терентий внимательно посмотрел ему в глаза.

— Нет, гетман, — сказал он, — жизнь у казаков не для тебя. Это только маленький и далеко не самый важный эпизод в тех приключениях, которые еще ожидают тебя на пути к достижению главной цели своей жизни. Вон там за этим хребтом, проходит караванный путь из Вендии. Наймись в охранники, тебя возьмут с удовольствием, и с первым же караваном добирайся в Шем. Он пройдет по северу Иранистана, не заходя в