Сделаю, что смогу - Александр Беркут

и небольшой рубин, он просто запрыгал от радости и подскочив ко мне ткнулся носом в сапог. Я присел и тихонько с ним заговорил:

— Послушай приятель, тебе надо быстренько сделать свои вечерние дела, только я тебя прошу, не надо никого пугать. Договорились?

Волчонок ткнул меня носом в направлении двери. Я поднялся, и мы тихонько вышли из вольера.

Генерал с офицерами стояли как статуи, затаив дыхание.

Колючий, выйдя из клетки, потёрся о сапоги Томаса, потом, глянув на наших попутчиков и сказав, — хи, - исчез.

Круглый громко икнул.

Я изумлённо заозирался по сторонам.

Гвардейцы постарались прикрыть генерала, а он вполне спокойно сказал:

— Так-так-так… Какой милый у вас щеночек, господин Чешиголов. Мне бы таких в охрану.

— Не беспокойтесь, ваше превосходительство, всё под контролем, — я быстры шагом отошёл немного в сторону и незаметно достав свисток, тихонько дунул.

Хорошо, что свистки не издают никакого звука, а то пришлось бы объяснять откуда они у меня и для чего нужны.

Колючий как пропал, так и появился. Только что его не было, и вдруг он уже потихоньку заходит в вольер. Помахав хвостом, он улёгся посередине клетки, сделав вид, что и не уходил ни куда.

Я почесал его, не жалея перчатки, за хорошее поведение и шепнул в колючее ухо — завтра увидимся.

Назад мы шли молча, каждый думал о своём.

В коридоре, у двери кабинета, генерал, в очередной раз почесав затылок сказал:

— Думаю, усиленные патрули и удвоенные караулы, нас не спасли бы. А вы как думаете, молодой человек?

На что я, не моргнув глазом сказал:

— Я думаю, что всё будет хорошо, ваше превосходительство.

И, пожелав спокойной ночи, мы с Круглым отправились в отведённые нам апартаменты.

* * *

В почти закрывшиеся городские ворота ворвался на взмыленной лошади всадник. Показав страже и дежурным магистрам золотой медальон, стегнув уставшую лошадь, он помчался к центру города. Ещё дважды, по дороге к центру, ему пришлось показывать свой золотой пропуск, и в последний раз он его достал на входе в магистрат. Из последних сил гонец поднялся на третий этаж и постучал в одну из дверей. Дождавшись разрешения войти, он едва не ввалился в кабинет, но всё-таки, устояв, достал конверт и протянул его адресату:

— Срочное, особо важное сообщение из Трента…

Глава 16

Утро началось, как всегда весело.

Когда я открыл глаза, то первое что увидел, было какое-то лохматое чудовище с канделябром в руках. Глухим, загробным, страшным голосом оно спросило:

— Ты помнишь, как меня зовут?

Я захохотал, и с трудом, выдавил, — Даздраперма твоё имя.

Из-под бахромы коврика, который Круглый накинул себе на голову, показалось его вытянутое лицо, — хозяин, с вами всё в порядке?

— Ох, Круглый, спасибо тебе, даже забыл, что у меня должна болеть голова, — и с громким хохотом я свалился с кровати.

Тут же раздался стук в дверь и не дожидаясь разрешения войти, один из гвардейцев заглянул в комнату, — господин Чешиголов, у вас всё в порядке?

— Да, Джерри, всё хорошо, с добрым утром.

Пожелав того же и мне, он закрыл дверь.

Минут через десять, нам принесли завтрак, который мы быстро умяли, и разошлись каждый по своим делам. Круглый пошёл проведать Колючего, а я побежал к генералу. Он должен был познакомить меня с женой и показать, балкон, с которого нам предстояло смотреть праздничное шествие. Вместе с нами там будут ещё пара слуг и мои телохранители.

Генерал торопился и быстро представив меня жене, которую звали Анна, умчался по делам.

Госпожа Анна оказалась приятной дамой, которая разговаривала со мной весьма приветливо. Вероятно, генерал немного рассказал ей про меня, не вдаваясь в наши с ним дела. До начала праздника оставалось ещё часа два, и она предложила попить чаю в гостиной. Я принял её приглашение, но попросил сначала показать, откуда мы будем смотреть на торжество.

Пройдя по коридору, мы вышли на балкон, с высоты которого вся площадь была как на ладони. Нам с госпожой Анной уже поставили два кресла, а чуть сзади, несколько стульев для слуг и гвардейцев. Небольшой навес должен будет прикрывать нас от солнца. Всё основное действие будет проходить в каких-то тридцати метрах от нас. Вроде всё было хорошо, но мне показалось, что в воздухе чем-то странно попахивает. Принюхавшись я вспомнил, что так пахнут «мины» нашего волчонка. Это что, он где-то тут на травке оставил нам свои «подарки»! Надо срочно вызывать Круглого!

Попросив одного из слуг найти Томаса, я подошёл к краю балкона и облокотившись на кованный парапет осмотрел газон с верху. На первый взгляд там всё было в порядке, но запах стал заметно сильнее. Круглый появился через минуту и подойдя ко мне сразу понял зачем я его позвал.

— Твою дивизию, — с этими словами мой слуга побежал заметать следы этого безобразия.

А я, отойдя от края, и тихонько ругая этого плагиатора, поблагодарил госпожу Анну, за предоставленную возможность осмотреть наши шикарные места. Она напомнила мне о чаепитии, и мы спустились в гостиную.

Пока шла эта «чайная церемония», мысли мои были об одном, что сегодня, наконец-то, закончится моя эпопея с посещением этого мира. По правде сказать, мне уже хотелось домой, где нет ни магов, ни каменных страшилищ. Хотя, я точно знал, что буду скучать по тем людям, с которыми мне довелось здесь познакомиться и даже подружиться. Но, как говориться, — в гостях хорошо, а дома лучше.

Почти час мы с госпожой Анной просидели в гостиной, разговаривая на разные темы. Она с удовольствием рассказывала о своих внуках и обещала показать их сегодня на параде. Я больше молчал, внимательно слушая и иногда мило улыбаясь. Ну а что, надо было ей рассказать про наши парады? Когда вошедший слуга сказал, что праздник начинается, мы прошли на балкон и сели в кресла. Слуги и Томас были уже тут, и ждали нас. Я вопросительно глянул на Круглого, и он в ответ утвердительно кивнул, давая понять, что всё в порядке. Ну, будем надеяться, что он сделал всё как надо.

Площадь тем временем преобразилась. Толпы горожан и гостей столицы теснились по её краям, а ряды стражи и гвардейцев плотной стеной отгораживали центр площади от зевак.

— Что-то стражи на этот раз много, — проговорила госпожа Анна, — хотя и понятно, всё-таки юбилейная дата, приехало много гостей.

У меня по этому поводу было другое мнение, но я не стал его высказывать. Скорее всего это генерал Барлоу решил подстраховаться.