Смертник из рода Валевских. Книга 3 - Василий Михайлович Маханенко

дороги, а чуть поодаль. Там, где обычно любят останавливаться те, кто не желает встречаться ни с кем. Маги, аристократы и, как вариант, странные люди в повязках.

Решив напоследок проверить, я медленно двинул по направлению к костру, однако неожиданно огонь пропал, словно его и не было. Это показалось мне странным — кто станет прятать костёр? Да и как его спрятать? Повозкой не огородить, только каким-нибудь защитным пологом, наподобие того, что делала Алия. Значит, маги. Или нет? Любопытство разбирало, поэтому я решил проверить — хотелось использовать «Анализ» на владельце загадочного камня. Вдруг мне такой тоже пригодится?

Вскоре стало понятно, что я ошибся — костёр закрывала не магия, а плотная ткань огромной палатки, внутри которой и спрятался источник света. То, что я успел увидеть момент установки палатки, было настоящим чудом. Опустившись на землю, я медленно подполз ближе — глупо было рассчитывать, что стоянка не охраняется. Когда мне оставалось метров двадцать, неожиданно полог палатки откинулся, освещая пространство и из неё вышел мужчина. Плотно прикрыв дверцу, он отошёл в сторону, чтобы облегчиться и в этот момент я понял, что сегодня уже не смогу вернуться в Кострищ.

Потому что «Анализ», среди прочего, показал мне довольно интересную строку:

«Обращённый?? Вероятность 47%, требуется дополнительная проверка.»

Глава 11

Обращённый. Тварь, которую допрашивать в принципе бесполезно — как только она потеряет контроль над телом, Скрон тут же перехватит управление сознанием и заставит обращённого «петь» какую-то тёмную песнь, окутывая своим влиянием всё вокруг. За свою недолгую жизнь «смертником» мне приходилось уже дважды встречаться с этими монстрами, но каждый раз я не дожидался окончания этой самой «песни». В первом случае отец Нор заорал как резанный, чтобы я прервал выступление обращённого, во втором — тварь не смогла выдержать влияния элитного усли. Кстати — нужно обязательно зайти к местному кузнецу и сделать себе стальную коробочку с маленькой дыркой. Сейчас такая штука оказалась бы как нельзя кстати — вместо того, чтобы сражаться, твари либо бы разбежались, либо взвели бы руки к небу. В общем, позволили относительно безопасно себя прикончить. А так… Придётся импровизировать.

Скрываться больше смысла я не видел — даже если здесь есть охрана, её тоже придётся как-то отлавливать. Так пусть она обозначит себя сама.

— Уважаемый, не подскажешь, как попасть в Кострищ? — я поднялся на ноги, привлекая к себе внимание мужика, что вышел облегчиться. Стоит отдать ему должное — он не стал ни дёргаться, ни выхватывать оружие. Закончив свои дела, он походкой, в которой угадывался тренированный боец, подошёл ко мне. Я опустил рукава, пряча тем самым катары и арбалет — без оружия я теперь даже в баню не ходил.

— Никак заблудился? — поинтересовался потенциальный обращённый. Даже сейчас, ночью, его голова была замотана чем-то, похожим на тюрбан. Открытыми оставались лишь глаза. Тёмные такие, глаза, точь-в-точь как у Злого Инженера. Конечно, можно было списать всё на ночь, но не узнать тёмные провалы, лишённые зрачков, невозможно.

— На встречу с епископом иду, — я всё ждал, когда появится охранник, потому оттягивал время атаки. — Думал, успею до ночи, но ошибся. Как ваш свет увидел, обрадовался, что нашёл людей. Я-то уже решил, что всё, каюк мне пришёл. Сейчас какая-нибудь скронова тварь как выпрыгнет из тьмы и поминай как звали.

— Увидел свет? — раздался голос позади. Я всё же оказался прав — охранник действительно существовал. Однако то, как тихо он подкрался, настораживало.

— Не совсем, — я решил подождать ещё немного. Вдруг охранников несколько. — Вначале увидел свет, потом он исчез. Деваться-то мне было уже некуда, вот я по памяти и пошёл. Думал, господа маги защиту какую поставили, что свет заблокировала. Подошёл — а тут палатка.

— Как же ты в темноте не убился? — допытывался голос позади меня, так что пришлось обернуться и отшатнуться. Мне даже испуг не нужно было изображать — он был искренним и глубоким. На голове охранника не было повязки, что позволило мне увидеть истинное лицо. Не человек. У людей не бывает такого огромного рта, наполненного несколькими рядами острых акульих зубов.

— Какая правильная реакция, — усмехнулся охранник и облизнулся длинным заострённым языком, невесть как помещавшимся во рту. Таким языком запросто можно было до лба достать и к человеческому он не имел никакого отношения. — Вкусная.

— Кажется, я совсем невовремя, — попятился я от охранника, но уткнулся в мужика, что вышел из палатки первым. — Думаю, ночь не такая и тёмная. Да и до Кострища должно быть недалеко. Пойду я, а?

— Куда же ты пойдёшь? Вдруг из тьмы на тебя скронова тварь нападёт? — ухмыльнулся тот, что был без повязки. Наконец-то я сумел совладать с эмоциями. Подумаешь, широкий акулий рот. Что я, разных тварей в разломе не встречал? Ещё один монстр, разве что говорить умеющий. Маны уже на треть не было, однако жалеть её я не стал, ещё раз использовав «Анализ». На этот раз он не подкачал, выдав по чудищу исчерпывающую информацию, где, кроме прочего, имелась интересная строка. Оказывается, к обращённым данная тварь не имеет никакого отношения, а «Анализ» не всегда показывает то, что нужно.

Таркатан. Тёмное существо.

Физически таркатан оказался значительно сильней человека. «Анализ» не показал никаких усилений, в то время как большая часть физических параметров тёмного оказались далеко за сто процентов того человека, которого Скрон выбрал в качестве эталонна.

— Проходи в палатку, выпей с нами чай, расскажи, откуда ты такой красивый взялся, зачем тебе епископ? Проголодался, небось, с дороги? Мы вот точно проголодались. Двое суток нормальной еды не ели.

— Ребят, может, я всё же пойду? Не хочется вам мешать, — я решил принять роль жертвы, подыгрывая таркатанам. Меня, вроде как, решили сожрать, значит, вся их шайка заявится ради такого дела в палатку. Не придётся за ними гоняться по всей округе. Потому что догнать этих уродцев на текущем этапе развития у меня не получится. Нужно держать маску до последнего.

— Что тут у вас? — полог палатки откинулся, даруя свет и на свободы вышли ещё двое. Так, уже четверо. Паломник, чей рассказ я случайно услышал, ничего про количество жутких мужиков в повязках не говорил, но вряд ли их было много. Четверо? Или всё же пятеро?

— Вот, заблудился, — ухмыльнулся