Сокровище Сивояры - Дмитрий Александрович Емец

из трёх колодезных цепей. Пол дрожал. Лайлап, не переставая рычать, прижался к полу. Гризельда носилась вокруг, дышала дымом, но прыгать на такого гиганта опасалась.

Нос голема, напоминающий ключ, трижды провернулся. Послышался гул пружины, и из динамика, заменяющего рот, полились звуки:

– Магсква, Садово-Кудринская, дом шесть! Ваша особо ценная вещь доставлена! – Голос был приятный, с лёгкой хрипотцой, но речь звучала без интонаций, как у навигатора. Девушка-голем протянула Филату руку, разжала её – и все увидели у неё на ладони, сваренной из многих металлических кусочков, синюю пробку от бутылки с минералкой.

– Спасибо! – буркнул Филат, торопливо забирая пробку.

– А почему не огрызок? – спросила Настасья.

Филат смущённо пояснил, что много огрызков с собой таскать не получается. Они становятся скользкие. Вот он и собирает всякую ерун… всякие ценные вещи для обмена!

Девушка-голем никак не отреагировала на слова Филата. Она больше не двигалась. Даже руки не могла опустить. Печная дверца у неё на груди была приоткрыта. Макси-фейсы носились вокруг железной девушки, приглядываясь к ней.

– Рогнеда! – воскликнула Задора. – Угусики, Ниська! Это же Рогнеда! Всё совпадает: и железные косы, и юбка, и дверца в груди!

Макси-фейса взлетела и бесстрашно уселась голему на плечи.

– Ты её знаешь? – удивлённо спросила Настасья.

– Слышала от мамы! У бабушки Сивояры была железная горничная Рогнеда. Мама рассказывала, что Сивояра каждый день топила её как печку! Когда подбросишь дров, Рогнеда носилась как сумасшедшая. А когда печка остывала, Рогнеда замирала… Ниська! Тит! Тащите дрова! Из печки перекидывайте, а то долго разгораться будет!

Маленькие макси-фейсы заметались, орудуя кочергой и на железном совке перенося дрова и угли из печки в кабинете в печь Рогнеды. Задора раздувала их, размахивая картонкой.

Настасья задумчиво потрогала металлическую косу Рогнеды:

– Придумать такую красоту была идея ОЧЕНЬ среднего масштаба! Кто-то явно вдохновлялся битвой роботов! Не хотела бы я, чтобы в меня прилетела эта штука, если девушка надумает резко повернуться. Но пробежимся по фактам. Филат, где ты с ней виделся?

– На рынке. Случайно встретил там дворецкого Сивояры. Бедняга пытался продать голема за сто пятнадцать тысяч магров. К сожалению, я забыл дома свой браслет, в котором храню магию на мелкие расходы… А потом дворецкий погиб… Схлопнулся.

– И ты решил увести голема бесплатно?

– Ничего подобного! Я попросил его помочь мне донести пробочку! Это вы, богачи, можете позволить себе разбрасываться пробочками!

Стожар стоял рядом с бронедевицей, внимательно разглядывая дверцу. Медной таблички, которую он видел на рынке, на дверце Рогнеды больше не было. Дрова горели ярко, отдавая много жара. Бронедевица постепенно разогревалась. Её железные пальцы начинали шевелиться.

– Помните табличку «SiT», которую нашёл Нахаба? Прежде она была вот здесь! Значит, Рогнеда ухитрилась побывать в Запретной библиотеке! – сказал Филат.

– Ты уверен, что табличка её? – спросила Настасья.

– Ясельный хмырь!

Настасья осмотрела оставленные на дверце отверстия:

– Верю. Твой ясельный хмырь, случайно, не родственник ядерной бабке Невера Невзоровича?.. Итак, от Сивояры Тоннельсон сбегает дворецкий. Он крадёт девушку-голема Рогнеду, которую собирается продать. Не успевает. На рынке печка была растоплена?

– Практически погасла, – сказал Филат.

– Тогда два вопроса. Первый: кто заправил Рогнеду дровами на рынке? Без этого она вообще не смогла бы двигаться. Второй: почему она потащилась в библиотеку, когда ей нужно было выполнить задачу государственной важности – вернуть пробку от бутылки сомнительному типу, которого она видела первый раз в жизни?

– Скоро узнаем! – пообещал стожар.

Дрова продолжали потрескивать. Из ушей Рогнеды струйками повалил дым. Ещё минуту спустя дверца на её груди раскалилась настолько, что она смогла присесть и встать, скрипнув коленными шарнирами.

– Где твоя табличка? – спросил стожар.

Рогнеда ощупала свою дверцу. Шеи как таковой у неё не было. Квадратная голова поворачивалась на шарнирах только вправо-влево. Когда ей надо было посмотреть вниз, она наклонялась всем корпусом.

– Нету, – произнесла она ровным голосом.

– Это я вижу. А где ты была до того, как принести мне мою сверхценную пробочку? – ревниво спросил Филат.

Пар из ушей Рогнеды повалил сильнее. Она пыталась вспомнить.

– Данные об этом отрезке времени отсутствуют. Помню рынок. Помню адрес «Садово-Кудринская, дом шесть». Дальше отсутствие данных до момента, как я оказалась у вашего порога! – доложила она.

Настасья даже привстала на цыпочки – так сильно это её заинтересовало.

– Прямо у нашего порога кто-то стёр тебе память?! – воскликнула она. – Или до того?

Дым изменил цвет и валил теперь так, словно внутри у Рогнеды был паровозный котёл. Голем-железногруд в юбочке из жести пытался разобраться в себе.

– Я стёрла память сама, – сообщила Рогнеда.

– Что?! Зачем?!

– Мне был отдан приказ обнулить данные после совершения некоего действия.

– Какого?

– Не знаю. Видимо, дойти до вашего порога и обнулить данные за какой-то отрезок времени.

Спрашивать у Рогнеды, почему она послушалась, было глупо. Големы всегда повинуются приказам.

– Кто отдал тебе приказ? Твоя хозяйка? – спросила Настасья.

– Данные о лице, отдавшем приказ, отсутствуют. Где я была до этого – не знаю! – Согнув в локтях могучие руки, Рогнеда посмотрела них. Там были сколы и красноватые следы.

– Раньше этого не было? – догадался стожар.

– Нет. Обычно я стараюсь поддерживать себя в исправном состоянии!.. Кроме того, здесь вмятина! – Рогнеда показала на сварной шов на плече, сильно вмятый внутрь. Голос бронедевицы по-прежнему звучал без выражения, однако Еве показалось, что она огорчена.

В грудь Рогнеде упёрлась деревяшка. Это Ниська притащила здоровенное, не по размеру, полено и пыталась затолкать его в печку. Рогнеда, достаточно разогревшаяся для быстрых движений, ловко махнула в воздухе рукой и поймала Ниську. Макси-фейса заверещала и попыталась пнуть её ногой. Не обращая внимания на писки, Рогнеда некоторое время внимательно разглядывала Ниську, сканируя с разных сторон, после чего, не выпуская её, поймала Тита.

– Эй, ты, дылда! Только я имею право их колотить! А ну отпустила их немедленно! – задиристо закричала Задора.

Лучше б она этого не говорила, потому что бронедевица послушно разжала руки, освободив Ниську и Тита – причём Тита она до этого держала за ногу головой вниз. Тит ударился об пол лбом, но пострадал только пол, потому что юный Тоннельсон действительно умел работать головой.

– Приказ выполнен, госпожа! Вы Тоннельсоны! Я обязана слушаться любого из вас! – отчеканила Рогнеда.

– Почему? – быстро спросила Настасья.

Девушка подняла железную руку и пальцем постучала в свой сейфовый лоб:

– Так гласит текст, записанный вот здесь: «Слушаться любого из Тоннельсонов и отдать за него жизнь»!

– А ты можешь полностью озвучить нам этот текст? – попросила Настасья.

– Нет! Потому что это мой текст! – произнесла Рогнеда торжественно.

Стожар, в третий раз обегавший Рогнеду вокруг, остановился.

– Якорный бабай! – воскликнул он. –