Хозяйка ворон и железный доктор - Галина Васильевна Герасимова

выпустить пар. Кайла столько слышала о своей смерти, но лишь сейчас получила подтверждение, что ее вычеркнули из жизни. Вычеркнули – и забыли.

– Хватит! – остановил он, заметив, что на ее лбу выступили капельки пота, а дыхание сбилось. Вчера она свалилась с магическим истощением. Не стоило повторять. И ломать саркофаг тоже не стоило.

Кайла отдернула руки.

– Да… Давай уйдем отсюда, – попросила она и первой отошла от саркофага.

В наступившей тишине громкий скрипучий треск прозвучал особенно четко. В первый момент доктор подумал, что крышка все же не выдержала, но треск раздавался со стороны штандарта. Запах гнили стал просто невыносим! Затем странная скульптура встряхнулась, сбрасывая с себя остатки каменной крошки, и густой пыльный туман сложился в изломанную костлявую фигуру, медленно вытягивающуюся во весь рост.

Кайла отпрыгнула и спряталась за доктора с удивительной прытью.

– Помнишь, я сказала, что вампиров здесь нет? – сдавленным голосом уточнила она, и ее пальцы испуганно сжали его руку. – Кажется, я ошиблась!

* * *

При ближайшем рассмотрении «вампир» оказался химерой с поджарым телом, непропорционально длинными лапами и безносой, переходящей в открытую пасть мордой. Ярда полтора в холке, с мощным хвостом, способным одним ударом расколоть плиту в ладонь толщиной.

Плотную шкуру химеры покрывали каменные наросты. Линька. Скорее всего, тварь наращивала новый панцирь, а старый не успел сойти. Магия тварь не брала. Вернее, брала примерно так же, как пыталась изничтожить надпись Кайла – если долго бить по химере, можно отколоть камешек на память. В охоте на химер помогали разрывные пули, но у Рейна их с собой не было. У него и обычного пистолета не было, кто ж знал, что его надо брать на прогулку?

Поначалу тварь двигалась лениво, видимо, не пришла в себя ото сна, да и старая шкура местами мешала. На задних лапах она чувствовала себя не очень уверенно, покачивалась из стороны в сторону. А вот опустившись на четыре, обрела неприятную во всех отношениях прыть. Рейн едва успел схватить Кайлу в охапку и увернуться от бросившейся на них твари, спрятавшись за ближайшим саркофагом.

Химера сбила хвостом несколько подсвечников, едва не вызвав пожар – задымился тот самый штандарт, принадлежавший родоначальнику «воронов». Доктору пришлось высунуться на свой страх и риск и потушить огонь – старой ткани в склепе было достаточно, чтобы пламя в мгновение ока разлетелось по помещению.

– Ударю – беги, – предупредил он Кайлу, наблюдая за подбирающейся к ним тварью.

Та опустила морду и принюхалась, ступая куда осторожнее, чем раньше. Магия ей не нравилась, чужаки, забравшиеся в склеп, – тоже.

«А огненный шар понравится еще меньше», – подумал доктор, бросая расплавленный огонь прямо в оскаленную морду, опаляя нос и усы, заставляя тварь отступить. Химера закрутилась волчком, пытаясь сбить пламя, царапая лапами обожженную морду. Ее глаза больше ничего не видели.

Или сейчас, или никогда.

– Давай! – Рейн подтолкнул Кайлу к выходу, прикрывая магическим щитом, и сам двинулся следом, продолжая следить за тварью. Мчаться он не мог, протезы не позволяли, да и кому-то надо было удерживать щит.

Оставалось надеяться, что бьющий из стороны в сторону хвост их не заденет. Рейн не считал себя плохим магом и никак не ожидал, что магический щит будет трещать и прогибаться под хаотичными ударами твари.

Не вовремя нахлынуло чувство, что это уже было: и колоссальная мощь атаки, и чувство беспомощности, невозможности защитить. Со всех сторон сыпалась каменная крошка. Химера шипела, рычала, источала зловоние, словно собиралась издохнуть в страшных муках. Но не дохла. А затем и вовсе бросилась на мага, ориентируясь на запах и слух.

От первых атак Рейн увернулся, не слишком меняя направление: Кайла находилась за его спиной, и нужно было дать ей время уйти. А вот после пришлось туго: щит развалился, и тварь опрокинула Рейна на пол, выбивая дух. Мелкие камушки впились в спину, железо проскрежетало о камень. Запах обожженной плоти стал практически невыносим, а зубы клацали у горла. Наверное, если бы не металлическая рука, Рейну было бы хуже, а так он вовремя подставил протез, приняв на него вес твари, затем с силой оттолкнул ее от себя. Вскочил, ожидая, что она кинется вновь, и гадая, что лучше – снова ударить огненным шаром, рискуя обжечься самому, или подождать. Но химера, дернувшись к нему, вдруг врезалась в прозрачный магический щит.

Это Кайла. Она не ушла.

– Надо выбраться наружу.

Женщина встала рядом, удерживая магический щит, на вид прочнее, чем его, с вплетением настоящего металла – черт знает, как она переплавила подсвечники за такой короткий срок! Ругаться было бесполезно. Судя по упрямо сжатым губам, она не собиралась бросать его один на один с химерой.

– Мой щит крепкий, не сломает, – сказала Кайла и тише добавила: – Не должна.

Тварь бросалась на щит с остервенением, и магическая защита не выглядела такой уж надежной преградой. Но Кайла была права, здесь лучше было не задерживаться. Случайно обрушишь свод – и останешься похороненным вместе с тварью.

Где-то замкнул протез, и стало жутко, что нога вообще откажет, но нет, отпустило. По коридору уходили с оглядкой, то и дело подновляя заклинание – Рейн вплел в магию Кайлы собственную силу, и щит хотя и дрожал, но держался. Удар! Удар! Кажется, химера твердо решила добраться до своих обидчиков. Вот только чем дальше уходили маги, тем слабее становился щит. Они почти выбрались, когда он разлетелся, и тварь огромными прыжками помчалась за ними.

– Может, еще один щит? Я могу…

– Нет! – Рейн не дал Кайле договорить. Сплести заклинание они не успевали. Химера догоняла, раззявив пасть. А до выхода оставалось всего ничего…

Доктор круто развернулся на носках, повернул голову ворона на трости и вытащил клинок. Хор-роший подарок! Когти подскочившей твари ударили по металлу с пронзительным скрежетом. Химера завопила, желая добраться и уничтожить противника – эта игра в кошки-мышки ей надоела. Хвост снова пошел в ход, на этот раз вспоров ему плечо, и кровь алым веером разлетелась по сторонам.

Испуганный крик Кайлы отразился от стен, и почти сразу налетевший черный вихрь повалил химеру на пол. Сначала маг решил, что это Кайла геройствует, – и был готов вытащить ее за шиворот, но потом увидел обоих противников: и верещащую химеру, и рвущего ее когтями птицелюда. Подгадав момент, не обращая внимания на боль – главное, живой, это важнее! – Рейн одним резким движением пригвоздил химеру к полу. И тут же развернулся к помощнику – или следующему противнику?

Птицелюд выпрямился и замер напротив с той же настороженностью. Молодой, это было