Проклятьем заклейменный - Владимир Петрович Батаев

вешать хотя бы, с биркой с именем владельца. Или инструкции всем раздать с информационными справками о сокурсниках.

— Все наслышаны о женщинах Киреевых и их огре, — удивлённо моргнула Ева Авдеевна. — Даже в той глуши, где ты жил… Хотя бы грязные сплетни в жёлтых листовках. И как ты вообще мог убить огра⁈

— Магией, госпожа ректор, магией, — вздохнул я. — Мы тут разве не затем, чтобы научиться так делать?

— И ты после двух недель вводных лекций и пары боевых занятий уже научился? — вскинула бровь женщина. — А заодно освоил контроль над проклятием и его искажения? И готов отправляться на фронт Поднебесной?

Поднебесной? Это что, мы с Китаем воюем?

— На фронт мне пока рано, — покачал головой я. — Вот грохну Кена, тогда можно.

— Ты кто такой? — нависла надо мной ректорша, ухватив за лацканы камзола. — Из этих, что ли?

— Не из этих, — тут же возразил я. — Могу продемонстрировать. Вот хоть сейчас и прямо на столе. Нормальный я.

Женщина оттолкнула меня с такой силой, что чуть стул не перевернулся.

— Точно вселенец, — вздохнула она. — Значит, Демьян не совладал с проклятьем.

Ну вот, мою конспирацию раскрыли. Недолго музыка играла. Надо было мне в библиотеку сходить, что ли. Ознакомиться с общеизвестными тут вещами.

— А что, у вас это в порядке вещей? — осведомился я. — Ну, вселенцы в чужие тела.

— Некоторые существа проходят через порталы физически, другие иначе, — пожала плечами ректорша. — У нас тут, молодой человек, всякое случается. Вот даже несколько неуязвимых ангелов с непробиваемым защитным полем летают.

— Прям уж непробиваемым? — усомнился я, зацепившись за практическую информацию.

Кажется, отправлять меня на опыты никто пока не собирается. Да и вообще попаданцы-вселенцы тут не такая уж диковинка.

— До сих пор прецедентов не было, — отрезала она. — Никто не смог их ранить.

— Но вас он побаивается, — сообщил я. — Точнее ваших теней.

Женщина призадумалась.

— Возможно… Тени атакуют на ином уровне… Хм… Но проверять я не буду!

Я вопросительно вскинул брови.

— Его собратья непременно узнают, что случилось. А их сила необходима Российской Империи! К тому же, они адекватные и ни в чём таком не замечены. Да и Кенуэль… Не переступает границ.

— Кажется, эти границы очень уж широки, — процедил я.

— Да брось, — отмахнулась она. — Он же красавчик. Некоторые девчонки сами хотят, чтобы он к ним прикоснулся. Да и ощущения от касания защитного поля… Говорят…

Она отвела взгляд. Ага, говорят, слухи такие, да-да… Как же. Явно сама проверяла.

— Так, а что там в Поднебесной? Из-за чего с китайцами воюем? — сменил тему я.

— С китайцами? — Ева Авдеевна рассмеялась. — Уцелевшие китайцы давно в сибирском анклаве живут. Уже со времён моего прадеда, а то и раньше. Прорывы там, включая стабильные порталы. Твари толпами прут. И они границ на карте не видят.

Я подумал, почесал в затылке. Припомнил тексты нескольких песенок. И хищно улыбнулся.

— А дайте мне мешок пыльцы фей, этак килограммов на пятьдесят. Тогда можно и на фронт. Если, конечно, позволите зачистить всю территорию каким-нибудь огнём с небес…

— Ты так можешь? — выпучила глаза ректорша.

— Сдохну я от такого, — вздохнул я. — Пожалуй, лучше сто кило пыльцы. Чтоб я прям в мешок весь целиком залез. Но в принципе, в теории могу. Проверять-то, конечно, не буду.

— Да уж не надо проверять! — вскочила на ноги женщина. — А то весь остров Китеж нам утопишь! Как император Василь Андреич когда-то Ниппон потопил!

Китеж, значит. Вот оно как. Эх, я-то от легендарного города ждал чего-то эдакого, а не застройки панельными пятиэтажками. Сплошное разочарование. Всё же легенды должны умирать в своё время. А то, дожив до современности, могут превратиться во что-то обыденное.

— Нет уж, молодой человек, — взяла себя в руки ректорша. — Давайте-ка учитесь. Весь год тут, в Академии, как положено. Потом год тренировок в Форпосте. А уж потом — на фронт. Да и пыльцу пока будем постепенно собирать…

— То есть… — слегка оторопел я. — Всем плевать, что в теле Демьяна Соловьёва чужая душа из иного мира. И вы всерьёз хотите, чтоб я всю территорию Китая залил пламенем с небес? Да?

— Ну, как-то так, — развела руками Ева Авдеевна. — Если уж мы с психованными ангелами сотрудничаем, ты то…

Она отмахнулась. А я подловил её на оговорке:

— Вы же сказали, что психованный только Кенуэль, а остальные адекватные.

— Уриэль с безумным хохотом врывается в ряды врагов и возвращается из боя, залитый кровью от ушей до пяток, — со вздохом признала ректорша. — Он мощная боевая сила на фронте…

— А если фронта не станет? В чьей крови он начнёт купаться тогда?

— Да он не купается, — запротестовала женщина. — Там же защитное поле…

Ага, большая разница, конечно. Так, на фоне этого кровавого маньяка местный ангелочек-извращенец ещё не настолько плох. Особенно если девчонки сами не против всякого-разного. И, похоже, даже к Киреевой с её огром он прямого отношения не имеет. Не, он мне всё равно не нравится и пусть ходит с опаской! Но обрушивать с небес Армагеддон и топить местный Китеж-град ради его смерти я всё-таки не буду.

— И не будь таким чистоплюем, Демьян, — женщина склонилась ко мне, погладив ладонью по щеке и предоставив обзор на весьма глубокое декольте. — Если не закрывать Прорывы, они скоро охватят весь мир. А ради выживания человечества все средства хороши.

— В моём мире есть выражение: «Лекарство хуже болезни». И ещё много других высказываний и рассуждений на эту тему, — усмехнулся я, глядя ей в глаза. — Но я сюда пришёл не философские диспуты устраивать. И не для того, чтобы разложить вас на столе, так что не надо пуговицы блузки расстёгивать, не надо.

— А, Петра уже… — с разочарованным вздохом отстранилась Ева.

— Да, Петра уже, — подтвердил я. — Но мне это не в диковинку. Бывало и получше. И не забывайте, что я не провинциальный аристократ из боковой ветви Демьян Соловьёв.

— Это ты к чему? — нахмурилась она.

— К тому, что не надо больше присылать за мной девочек-теней и