Роланд Грин - Конан и Властелин смерти Танзы

— Прости меня, северянин, я ошибался, — сказал человек, затаптывая змею, корчащуюся в последних судорогах. — Но откуда они взялись? Жуткий вопль почти оглушил киммерийца. По сравнению с ним все предыдущие звуки казались мяуканьем котят. Кричал мул. Одна змея присосалась к его морде, другая — к животу. Животное отчаянно лягалось и взбрыкивало, однако кровь текла из него ручьем, а яд уже глубоко проник в тело.

Наконец, мул рухнул, звеня упряжью. Змеи продолжили пир, и это стало их конечной ошибкой. Конан и его недавний противник незаметно подобрались к тварям. Охранник перерубил одной змее хребет, а Конан с дальнего расстояния отсек голову второму чудовищу.

И все-таки время было упущено. Смерть собрата переполошила остальных мулов. Они бросились в разные стороны, громко стуча зубами и копытами, волоча за собой по земле двоих запутавшихся погонщиков. Невзирая на попытки отдельных людей удержать их за упряжь или уздечки, животные с топотом разбегались во всех направлениях.

Две оставшиеся змеи, развернулись в воздухе, чтобы следовать за мулами. Этим маневром они оставили себя в пределах дальности полета стрел лучников, находящихся как выше, так и ниже. Чешуйчатая шкура прочностью была сравнима с железными латами, но все же многие стрелы находили в ней уязвимые места. Последняя змея упала с небес чуть ли не на голову киммерийца и пыталась взмыть, прежде чем силы окончательно покинули ее.

В то время как Конан проверял, не нуждаются ли павшие воины в помощи, и мертвые змеи в дополнительных ударах, охранники каравана отправились вдогонку за мулами.

Остался лишь один человек, с которым варвар вначале схлестнулся, а после сражался бок о бок. Охранник долго смотрел на труп своего капитана, затем сплюнул на землю.

— Вот так он получил плату за обещанную легкую работу, — пробормотал немедиец, скривившись. — Совсем недавно и мне казалось, что уже к заходу солнца моя жена овдовеет.

Но теперь, если я пойду с вами, то еще смогу повоевать.

Если человек ожидал найти Грoлина или кого-нибудь из его товарищей, то добравшись до цитадели был бы сильно разочарован. Тем не менее, Конан ему внушал доверие, и он надеялся, что северянин после совместно пережитых событий придерживается такого же мнения относительно него.

— Конечно, присоединяйся к нам, — предложил варвар. — Однако предупреждаю: Независимо от того, что ты увидишь или услышишь, держи все при себе и не бросай косых взглядов на Лисинку. Наверное, в Немедии цена за ее голову выше, чем тут, по другую сторону границы. Но нам ее голова на плечах важнее денег, которые могут зазвенеть в твоем кошельке. Если ты считаешь иначе, то лучше бы тебе прямо сейчас последовать за своими друзьями, пока твоя голова еще сидит там, где положено.

Обращаясь сразу к нескольким богам, человек поклялся их именами и честью двух благородных родов Немедии, что даже в мыслях не допустит о причинении вреда Лисинки, не говоря уж о мести за смерть соотечественников. Он также поклялся повиноваться всем ее приказам.

Человека, назвавшего себя Региусом Паноном, связывало родство с обоими упомянутыми в клятве дворянскими родами. Правда, Конана не волновала бы даже его принадлежность к королевской семье утонувшей Атлантиды. Лишь бы он остался верен присяге и исполнял свои обязанности.

Всех ждал немалый объем работ. Первым делом следовало послать гонца в цитадель. С эскортом на случай, если к немедийцам вернется храбрость, и они решат напасть. Затем предстояло собрать, по возможности всю, рассыпанную мулами поклажу. Предположения киммерийца оправдались: животные везли в замок Гролина продовольствие, оружие и прочее снаряжение.

— Да, действительно барону послали достаточно всего, чтобы вести маленькую войну, — подтвердил Пaнoн. — Только не спрашивай меня, против кого он должен был сражаться, поскольку этого я не знаю.

— А если б знал, то вряд ли бы сказал, — добавил Конан сухо. — Можешь не беспокоиться, измена не входит в твою присягу. Но следи за своим языком и тылами, ведь обязательно найдется некто любопытнее меня, кого заинтересует, почему Немедия поддерживает разбойников в Aквилонии.

— Какая там Aквилония! — нахально заявил Панон. — На всех картах, виденных мной на военной службе, эта территория значилась за Немедией.

— Карты создаются главным образом книжными червями, никогда не посещавшими те земли, которые пытаются изобразить, — повел плечами варвар. — Большинство из них трясутся за жизнь, боясь не угодить какому-нибудь властителю «Безграничного Болота Глар» или тому подобному.

— Похоже так, — согласился немедиец. — А ты, очевидно, был слишком долго в солдатах, чтобы превратиться в законченного циника.

Даталас спускался с вершины настолько быстро, что дважды грохнулся по пути и предстал перед Конаном ушибленный, в крови и покрытый пылью.

— Я нашел гнездо змей, — задыхаясь выпалил он.

Конан вручил ему фляжку с водой. Напившись, Смотритель объяснил более подробно. Северянин озадаченно посмотрел в указанном направлении.

— Отсюда ты их не увидишь, но они кружили над пиком меньше чем в лиге от этого места, — сказал Даталас. — Возможно, там и не гнездо, однако нечто вроде того.

— Отличная работа, друг мой, — киммериец восторженно всплеснул руками. — Мы еще сможем узнать побольше об этих тварях до наступления сумерек. Если поторопимся, конечно.

Он безотлагательно принял необходимые меры. Идти на поиски змеиного логова изъявили желания все, но Конан думал взять с собой лишь шестерых человек, включая Даталаса. Остальные подчиненные получили приказ собрать раскиданные вещи каравана и возвращаться к цитадели. Их сил должно было хватить, чтобы отбить возможную атаку немногочисленных противников, сохранив при этом добычу.

Киммериец намеревался отослать и Панона, однако тот неожиданно предложил свои услуги в охоте на змей.

— Мне знакомы здешние места, хотя с такими существами сталкиваюсь впервые, — сказал он. — Я не буду обузой. Кроме того, я просто обязан попрактиковаться. Это не станет лишним, если выяснится, что Гролин прибегнул к помощи магии.

— Гролин, или его новые друзья, которыми он мог обзавестись за последнее время, — неопределенно сказал варвар.

Конан счел нужным до поры до времени не посвящать Панона в тайну Души Taнзы.

— Ладно, — продолжил киммериец. — Можешь поступать по своему усмотрению.

Только помни, что мы не будем останавливаться из-за одного отставшего. А эта земля далеко не безопасна для одиночки.

— Я привык держаться достойно, северянин, — похвастался немедиец. — В годы военной службы я не играл роль храбреца с вином на столе и распутной девкой на коленях.