Горный весенний ветер - Вика Маликова

накрыт. Горничные расставляли кувшины с ярко-зелёным напитком, а Нацуми раскладывала бамбуковые палочки. Марк впервые в жизни мысленно поблагодарил отчима – за то, что он часто приносил домой китайскую еду и однажды научил пасынка пользоваться палочками.

Марк с изумлением рассматривал десятки тарелочек с сочными овощами, рыбой и различными соусами. Густой пар поднимался от блюда с гречневой лапшой со свининой. В глубокой миске горкой лежал рис. В железной кастрюле-сковородке шкворчали тушёные кусочки мяса с тофу и грибами – суки-яки. Ужин выглядел потрясающе!

– Друзья, скорее за стол! Итадакимасу! Ну или приятного аппетита! – воскликнула Миранда.

– Нормальной еды не будет? – капризно проворчал Бенни, с грохотом отодвигая стул. – Пасты или пиццы, на худой конец? – Я передам твои пожелания повару, – терпеливо ответила Миранда и указала на тарелку с рисовыми шариками, украшенными узорами из овощей и тонкими пластинками засоленного лосося. Не блюдо, а произведение искусства. – Это темари зуши. Закуска на один зуб. Обмакните в какой-нибудь соус, так вкус станет ещё более насыщенным. В Японии гостям любят подавать ещё одну закуску – темаки зуши. При этом гости сами могут выбрать любую начинку. Возьмите себе по листу нори. Отлично! На водоросли положите небольшое количество риса, а дальше начинку, например сашими из тунца, японский омлет, авокадо, угорь, огурец. Заверните – и темаки зуши готов. Мне нужно отойти по делам, а вы наслаждайтесь ужином.

Финалисты набросились на еду и принялись с увлечением собирать себе закуски. Бенни раздражался всё сильнее: курица была для него чрезмерно сладкая, свинина – переваренная, в рыбе много соли. В итоге он со злостью воткнул палочки в миску с рисом и набычился, бормоча: «E’ disgustoso! E’ disgustoso!»[18]

Неожиданно за его спиной возникла Нацуми, при этом Марк готов был поклясться, что она не входила через дверь. Не иначе как из воздуха материализовалась. Нацуми с ужасом на лице дотронулась до плеча Бенни. Он вздрогнул:

– Чего это она?

Анаит вынула палочки из риса и нравоучительно произнесла:

– Никогда не втыкай их в рис – плохая примета. Это ассоциируется со смертью. Для японцев палочки не просто столовый прибор, а часть культуры.

– Бред какой-то! Ну пусть помолятся Аллаху, чтобы спас их от смерти, – равнодушно взмахнул ладонью Бенни.

Все рассмеялись, а Билли прошипела:

– Аллах? Серьёзно? Какой же ты тупой!

Тут Марк усомнился в честности конкурса. Как Бенни, у которого на лбу крупными буквами написано «Люблю жрать и Нетфликс», умудрился попасть в финал? Да и на фото он был раза в два худее. Может ли человек так быстро растолстеть? Разве что болеет чем-то.

– Эй, Миранда! Ты где? А саке будет? Компания тухлая собралась. Ску-у-учно! – ворчал Бенни.

Дэниел в широкой рубахе с индийским орнаментом перекинул длинные волосы на правый бок, манерно взбил их и сказал:

– Тогда давайте знакомиться, заюши!

– Кто ж тебя не знает, великий и ужасный блогер. Разрушитель карьер начинающих авторов! – съязвил Питер.

Одежда на нём исключительно брендовая, волосы уложены идеально, волосок к волоску, и, конечно, поза уверенного в себе человека: плечи расправлены, подбородок слегка приподнят, кисти небрежно свисают с подлокотников стула. Хотя человеку было всего семнадцать лет.

Марк точно со стороны взглянул на себя: сжат в комок, руки скрещены на груди, лицо напряжённое. Гадкое липкое чувство вины, с которым он жил последние несколько месяцев, тяжёлым комом ворочалось в животе. Узнай эти ребята, что он натворил…

Дэниел с насмешливой улыбкой обратился к Питеру:

– Заюш, во-первых, если человек пишет дерьмово, то лучше остановить словесный понос в начале карьеры. Во-вторых, у тебя шикарные туфли.

Питер с каменным лицом, буравя взглядом блогера, произнёс:

– Не тебе решать, кто дерьмово пишет, а кто хорошо. Мои шикарные туфли с удовольствием двинут только что приобретённого фаната по морде, если он ещё раз назовёт их хозяина «заюшей».

В гостиной установилась тишина, неприятная и колючая. Кира решила разрядить обстановку. Она скрестила руки над головой:

– Ребята, тайм-аут! Я расскажу вам кое-что интересное. Два года назад мы с мамой жили пару месяцев в Киото. Она туда поехала по работе, ну и меня с собой взяла. Мы с ней устроили для себя развлечение. Пробовали странную японскую еду. Это превратилось в своеобразный квест. Например, сиокара – кальмар, замаринованный в собственных внутренностях. Запах просто отвратительный. Ещё я помню тороро. Это соус из японской картошки нагаймо. Он скользкий, как сопли. А ещё я ела натто, перебродившие соевые бобы…

Саша резко отодвинула стул и поднялась, тем самым остановив гастрономический бред Киры:

– Как там, Анаит? Аригато годзаимасу? Всем спокойной ночи.

Она двинулась к выходу из гостиной, но на полпути её догнал Дэниел.

– Заюш, я провожу тебя. Вилла пока ещё нами толком не изучена. Как бы ты не заблудилась. – Он хотел было поправить прядь волос, что упала на глаза Саши, но она грубо шлёпнула парня по руке и молча вышла в коридор.

Джастин захихикал:

– Тут тебе ничего не светит, будь ты хоть самым крутым блогером во Вселенной.

После этого все быстро разошлись. Марк дождался Нацуми, поклонился ей, а горничных поблагодарил на ломаном японском. На ватных ногах доплёлся до кровати и, даже не раздеваясь, уткнулся носом в подушку. Несколько раз с удовольствием прокрутил в голове сцену, когда Саша шлёпнула Дэниела по руке, и наконец уснул. И всю ночь ему снилась дарума, качающаяся из стороны в сторону и вопящая: «Как ты мог так поступить? Скажи всем правду! Позор! Позор!»

Глава 5

Бенни с энтузиазмом завтракал. Из кармана брюк торчала зажигалка. Миранда отчаянно боролась с его вредной привычкой, но пока безрезультатно. Бенни слопал несколько сэндвичей и выпил три чашки какао. Потом ему принесли огромную тарелку пасты с фрикадельками, залитыми томатным соусом, – «привет» от повара. Рядом с ним за столом сидела Саша, и Марк наблюдал, как она без аппетита ковырялась в омлете. Анаит тоже мало интересовалась завтраком, зато она в стотысячный раз спрашивала у Миранды, когда на остров приедет Де Люка.

Горничные унесли тарелки, а финалисты расселись на диваны и кресла, захватив с собой ноутбуки и записные книжки. Ожидали литературного агента Хизер Ветлински.

Громыхая золотыми браслетами, в гостиную влетела бойкая молодая женщина в голубом жакете и сразу заполнила собой всё пространство. Она немного поболтала с Дэниелом, с которым, как оказалось, была знакома, потом притащила маркерную доску и принялась что-то лихорадочно на ней писать. Билли, сидящая по правую руку от Марка, расшифровала каракули. «Рецепт бестселлера» –