Керк Монро - Осень без надежды

Конечно, райдорские таны не переметнутся к гирканцам или варварам-пиктам, но станут действовать по своему невеликому разумению и однажды испортят все дело. Если судить строго, и барон Румский, и все, кто стоит за его спиной — люди неплохие, да только любят не вовремя погалдеть и терпеть не могут подчиняться приказам. Соня рассудила верно: если господа не хотят ее слушаться и согласиться с ее решениями добровольно, их следует добротно припугнуть. Так, чтобы впредь и вякнуть не посмели против решений кернодского тана.

В подробности замыслов Рыжей Сони Дан-кварта не посвятили, но велели любой ценой продержаться от полудня до второго колокола, и вот тогда…

Колокол на донжоне Каина-Горы отбил два удара. Ненужные споры вовсю продолжались, причем толпа увеличилась — подходили родственники участников тинга, создавшие вокруг бревен плотный круг. Это только добавляло шума и неразберихи. После того, как перемыли косточки Данкварту, твердо решив, что лишенному титула и наследства человеку, будь он хоть десять раз керлатом, доверять руководство не следует, приступили к выборам командующего, но вновь перессорились.

— Страшно смотреть, — тихо сказал Данкварту молодой Эттен, убирая со лба темные волосы.

— Будто никакой войны нет… Знаете, как я получил титул тана? Очень просто — вся родня погибла. А восемнадцать мне исполнится только следующим летом. Едва успел вывести часть дружины в леса Пограничья, потом по тайным тропам отступить в Кернодо. Спасибо оборотням

— помогли.

— Сочувствую, — кивнул Данкварт. — Вам повезло, месьор Эттен.

— Называйте меня по имени, господин керлат — Босан. И можно на "ты".

— Спасибо.

— Знаете, мне ужасно хочется взять клинок и порубить всю эту орущую шайку в мелкую-мелкую крошку. Разве так можно? Любой благородный человек прежде всего должен отомстить врагу за утерянное, а они… Боюсь, у госпожи Сони ничего не выйдет, даже если ее поддержат колдовские силы.

— Какие силы? — переспросил Данкварт.

— Не прикидывайся. Все видели, как вчера альбы приехали. Слухи по лагерю мигом распространились. Только что такое десяток альбов, пускай и волшебных, против наших взбесившихся эрлов? Да ты глянь! Все-таки подрались!

И точно — кто-то из мелкопоместных танов вцепился в бороду вельможному господину Алашу. Их начали растаскивать, действо сопровождалось негодующе-восторженными криками и разудалым свистом. Данкварт, заинтересованно посматривающий на драку, недовольно отмахнулся от Босана, теребящего собеседника за рукав.

— Данкварт! Поглядите! Да плюньте вы на поганого Алаша! Надеюсь, у него вся харя будет расквашена, а я, если что, добавлю! Данкварт, опять чудеса начались!

Войт среагировал только на слово "чудеса".

К опушке, возле которой происходило столь замечательное заседание тинга, несся вынырнувший из чащобы конный отряд. Всадников двести, не менее.

— Господа! Месьоры, остановитесь! — Данкварт сбросил ладонь Босана с плеча и заорал так, что ветви на деревьях задрожали. — Себя не уважаете, так благородную госпожу Соню уважьте!

Его, конечно, не услышали. Потасовка была в самом разгаре.

— Замрите, не шевелитесь, — Данкварт попятился, потянув за собой Босана. Приближающиеся всадники натягивали луки. — Похоже, это альбы. Видите синее знамя с изображением розы, окруженной звездами? Точно, альбы. Откуда их столько?

Беззвучно поднялась в небеса туча лучных стрел и в стволы деревьев, поваленные бревна, в землю ударили наконечники. Затрепетали бело-оперенные древка, досточтимые дворяне внезапно замерли в изумлении, почуяв неладное. Ни одна стрела никого не ранила, смертоносные острия проходили на палец от человеческих тел, пронзали почву у самых подошв, расщепляли дерево рядом с пальцами сидящих на бревнах, но не причинили никому и единой царапины.

— Здорово! — восхитился Босан, поднимая одну из стрел. — Альбово колдовство! Вот не думал, что Древние вернутся и я когда-нибудь их увижу… Ах, зараза!

Тонкое тисовое древко стрелы, зажатое в пальцах тана Эттена, неожиданно начало расширяться, обращаясь чешуйчатым телом змеи. Босан с испуганным вскриком отбросил оказавшуюся в его руках гадюку и едва не споткнулся о носки сапог Данкварта. Повсюду упавшие стрелы принимали облик темных змей с зигзагообразным рисунком на туловище и острой головой. Твери ползали под ногами перепугавшихся господ, сразу несколько десятков ядовитых гадов обустроились вокруг самых отъявленных буянов, не исключая месьора Алаша. Вдруг стало очень-очень тихо. Только копыта лошадей били о землю, да беззаботно стрекотали сороки в кустах.

Всадники окружили тинг плотным кольцом. Два предводителя выехали вперед.

Соня в своем обычном костюме — белая рубашка, распахнутый колет, солнечно-рыжие волосы стянуты ремешком на затылке, клинок на левом боку. Рядом с ней знакомый Данкварту синеглазый альб — Ллэр. А за их спинами — множество его сородичей. Видна остроносая физиономия Лайлэ, больше всех пившего минувшей ночью. Улыбается чему-то.

— У-уберите змеюк! — заикнулся эрл Румский.

— Попозже, — ответила ослепительной улыбкой Соня. — Данкварт, ты живой? Надеюсь, вельможные месьоры не успели тебя оскопить?

— Ты подоспела в самое время, — хмыкнул Данкварт. — Еще немного — и было бы слишком поздно.

— Достойные дворяне, — проникновенно сказала Соня, окинув взглядом тинг, — придется мне вам кое-что объяснить. И не дергайтесь, пожалуйста. Змеи — они твари нервные и кусачие. Первое. Кто не хочет воевать со мной против гирканского кагана, может отправляться на все восемь сторон света и более не возвращаться. Второе. Кто останется, будет выполнять все, что скажу я и назначенные мною керлаты. Третье. Кто захочет бунтовать — умрет. Я доходчиво выразилась? Потрудитесь рассудить до заката. Месьор Данкварт придет ко мне и сообщит о решении тинга. До свидания.

Соня развернула коня, дала ему шпор и вместе с Ллэром отправилась в сторону Каина-Горы. Змеи еще немножко пошипели, поизвивались, а потом, будто по неслышному приказу их хозяина, исчезли вообще.

— Кхм… — прочистил горло Данкварт, ободряюще похлопав по спине Босана. — Тинг продолжается, месьоры. Кто еще хочет высказаться?

Досточтимый рудненский керлат оказался в Каина-Горе лишь к вечеру, как, впрочем, и было условленно. На этот раз Данкварт приехал не один, с небольшой свитой, состоящей из Босана, тана Эттена, нескольких дворян из области Соленых Озер, включая графа Крейна и двух "вольных эрлов", то есть младших и ненаследных сыновей богатых владетелей, не сумевших разделить землю между многочисленными отпрысками.

Вольные эрлы в Райдоре всегда составляли силу, с которой приходилось считаться, ибо именно они, люди нищие, но благородные, служили герцогам в дворцовой гвардии, достигавшей числом трех тысяч всадников. Абсолютная преданность гвардейцев райдорскому владетелю объяснялась просто — вольные эрлы были всем обязаны светлейшему герцогу, который их кормил, поил и одевал, а при удаче и усердии давал возможность выслужиться и получить собственный лен, образовав новую династию со своим гербом.